Неточные совпадения
— Сделайте же одолжение, — раздражительно продолжал Раскольников, — позвольте вас просить поскорее объясниться и сообщить мне, почему вы удостоили меня чести вашего посещения… и… и… я тороплюсь, мне некогда, я хочу
со двора идти…
Обломов боялся, чтоб и ему не пришлось
идти по мосткам на ту сторону, спрятался от Никиты, написав в ответ, что у него сделалась маленькая опухоль в горле, что он не решается еще выходить
со двора и что «жестокая судьба лишает его счастья еще несколько дней видеть ненаглядную Ольгу».
Задумывается ребенок и все смотрит вокруг: видит он, как Антип поехал за водой, а по земле, рядом с ним,
шел другой Антип, вдесятеро больше настоящего, и бочка казалась с дом величиной, а тень лошади покрыла собой весь луг, тень шагнула только два раза по лугу и вдруг двинулась за гору, а Антип еще и
со двора не успел съехать.
При отчаянном лае собаки коляска выехала
со двора и
пошла колыхаться по засохшим кочкам немощеного переулка.
— Ничего, матушка, — отвечала она, — должно быть, я вам чем-нибудь противна, что вы меня
со двора гоните… Что ж, я
пойду.
Но Калитин и Мокеев ушли
со двора. Самгин
пошел в дом, ощущая противный запах и тянущий приступ тошноты. Расстояние от сарая до столовой невероятно увеличилось; раньше чем он прошел этот путь, он успел вспомнить Митрофанова в трактире, в день похода рабочих в Кремль, к памятнику царя; крестясь мелкими крестиками, человек «здравого смысла» горячо шептал: «Я — готов, всей душой! Честное слово: обманывал из любви и преданности».
— Скажи Кирилу Петровичу, чтоб он скорее убирался, пока я не велел его выгнать
со двора…
пошел! — Слуга радостно побежал исполнить приказание своего барина; Егоровна всплеснула руками. «Батюшка ты наш, — сказала она пискливым голосом, — погубишь ты свою головушку! Кирила Петрович съест нас». — «Молчи, няня, — сказал с сердцем Владимир, — сейчас
пошли Антона в город за лекарем». — Егоровна вышла.
Варвара. Я
со двора пойду.
Варвара. Ну так что ж! У нас калитка-то, которая
со двора, изнутри заперта, из саду; постучит, постучит, да так и
пойдет. А поутру мы скажем, что крепко спали, не слыхали. Да и Глаша стережет; чуть что, она сейчас голос подаст. Без опаски нельзя! Как же можно! Того гляди в беду попадешь.
И вот только что съезжает
со двора Иван Федорович, как Смердяков, под впечатлением своего, так сказать, сиротства и своей беззащитности,
идет за домашним делом в погреб, спускается вниз по лестнице и думает: «Будет или не будет припадок, а что, коль сейчас придет?» И вот именно от этого настроения, от этой мнительности, от этих вопросов и схватывает его горловая спазма, всегда предшествующая падучей, и он летит стремглав без сознания на дно погреба.
Но сад был на ночь запираем
со двора на замок, попасть же в него, кроме этого входа, нельзя было, потому что кругом всего сада
шел крепкий и высокий забор.
Вера, узнав, что Райский не выходил
со двора,
пошла к нему в старый дом, куда он перешел с тех пор, как Козлов поселился у них, с тем чтобы сказать ему о новых письмах, узнать, как он примет это, и, смотря по этому, дать ему понять, какова должна быть его роль, если бабушка возложит на него видеться с Марком.
— Рада бы, хоть сейчас
со двора! Нам с Верой теперь вдвоем нужно девушку да человека. Да не
пойдут! Куда они денутся? Избалованы, век — на готовом хлебе!
Райский с раннего утра сидит за портретом Софьи, и не первое утро сидит он так. Он измучен этой работой. Посмотрит на портрет и вдруг с досадой набросит на него занавеску и
пойдет шагать по комнате, остановится у окна, посвистит, побарабанит пальцами по стеклам, иногда уйдет
со двора и бродит угрюмый, недовольный.
— Все
идет чудесно, они при мне ускакали! — кричал он нам
со двора. — Ступай сейчас за Рогожскую заставу, там у мостика увидишь лошадей недалеко Перова трактира. С богом. Да перемени на полдороге извозчика, чтоб последний не знал, откуда ты.
Продрогнув на снегу, чувствуя, что обморозил уши, я собрал западни и клетки, перелез через забор в дедов сад и
пошел домой, — ворота на улицу были открыты, огромный мужик сводил
со двора тройку лошадей, запряженных в большие крытые сани, лошади густо курились паром, мужик весело посвистывал, — у меня дрогнуло сердце.
Утром было холодно и в постели, и в комнате, и на
дворе. Когда я вышел наружу,
шел холодный дождь и сильный ветер гнул деревья, море ревело, а дождевые капли при особенно жестоких порывах ветра били в лицо и стучали по крышам, как мелкая дробь. «Владивосток» и «Байкал», в самом деле, не совладали
со штормом, вернулись и теперь стояли на рейде, и их покрывала мгла. Я прогулялся по улицам, по берегу около пристани; трава была мокрая, с деревьев текло.
Не совсем доругавшись, встал Марко Данилыч с постели и подошел к окну освежиться. Увидел его
со двора Василий Фадеев и тотчас к нему
пошел. Постучался у дверей.
Настоящая гульба, впрочем,
идет не на улице, а в избах, где не сходит
со столов всякого рода угощение, подкрепляемое водкой и домашней брагой. В особенности чествуют старосту Федота, которого под руки, совсем пьяного, водят из дома в дом. Вообще все поголовно пьяны, даже пастух распустил сельское стадо, которое забрело на господский красный
двор, и конюха то и дело убирают скотину на конный
двор.
— Чтоб к обительским лошадям и подходить он не смел, — приказывал Патап Максимыч, — а коль Манефа тайком
со двора пойдет — за ворот ее да в избу… Так и тащи… А чужим не болтай, что у нас тут было, — прибавил он, уходя, Пантелею.
Постояла на крылечке игуменьиной стаи Фленушка, грустно поглядела вслед за кибитками, потихоньку съезжавшими
со двора обительского, и, склоня голову,
пошла в свою горницу. Там постояла она у окна, грустно и бессознательно обрывая листья холеных ею цветочков. Потом вдруг выпрямилась во весь рост, подойдя к двери, отворила ее и громким голосом крикнула...
Толпа решила —
идти, и вся она прямо
со двора двинулась в порядке через Дворцовый мост по Невскому.
Жилище батарейного командира, которое указал ему часовой, был небольшой 2-х этажный домик
со входом с
двора. В одном из окон, залепленном бумагой, светился слабый огонек свечки. Денщик сидел на крыльце и курил трубку. Он
пошел доложить батарейному командиру и ввел Володю в комнату. В комнате между двух окон, под разбитым зеркалом, стоял стол, заваленный казенными бумагами, несколько стульев и железная кровать с чистой постелью и маленьким ковриком около нее.
В мягких, глубоких креслах было покойно, огни мигали так ласково в сумерках гостиной; и теперь, в летний вечер, когда долетали с улицы голоса, смех и потягивало
со двора сиренью, трудно было понять, как это крепчал мороз и как заходившее солнце освещало своими холодными лучами снежную равнину и путника, одиноко шедшего по дороге; Вера Иосифовна читала о том, как молодая, красивая графиня устраивала у себя в деревне школы, больницы, библиотеки и как она полюбила странствующего художника, — читала о том, чего никогда не бывает в жизни, и все-таки слушать было приятно, удобно, и в голову
шли всё такие хорошие, покойные мысли, — не хотелось вставать.
Под влиянием таких мыслей он поднялся
со скамейки и
пошел в обратный путь к своему экипажу, но когда опять очутился на
дворе, то его поразили: во-первых, яркий свет в окнах комнаты, занимаемой Екатериной Филипповной, а потом раздававшаяся оттуда через отворенную форточку игра на арфе, сопровождаемая пением нескольких дребезжащих старческих голосов.
Холодность эта мало-помалу перешла и на Агнушку, особливо с тех пор, как генерал, однажды стоя у окна, увидал, что Агнушка, озираясь,
идет со скотного
двора и что-то хоронит под фартуком.
Через час мать была в поле за тюрьмой. Резкий ветер летал вокруг нее, раздувал платье, бился о мерзлую землю, раскачивал ветхий забор огорода, мимо которого
шла она, и с размаху ударялся о невысокую стену тюрьмы. Опрокинувшись за стену, взметал
со двора чьи-то крики, разбрасывал их по воздуху, уносил в небо. Там быстро бежали облака, открывая маленькие просветы в синюю высоту.
Девочки с гувернанткою уже пришли. Я слышал в саду их голоса, различал голос Маши. Но долго еще взволнованно прихорашивался перед зеркалом, начесывал мокрою щеткою боковой пробор. Потом
пошел на
двор, позвал Плутона и
со смехом,
со свистом, с весело лающим псом бурно побежал по аллее. Набежал на Плещеевых, — удивленно остановился, как будто и не знал, что Плещеевы у нас, — церемонно поздоровался.
Воротился из гимназии,
пошел домой
двором, через кухню. Акулина жарила картошку. Очень вкусная бывает картошка, когда только что поджарена, Я стал есть
со сковороды. Окна кухни выходили в сад, — вдруг слышу, папа с террасы кричит...
Отзвонили вечерню во святых церквах;
За Кремлем горит заря туманная,
Набегают тучки на небо, —
Гонит их метелица распеваючи;
Опустел широкий гостиный
двор.
Запирает Степан Парамонович
Свою лавочку дверью дубовою
Да замком немецким
со пружиною;
Злого пса-ворчуна зубастого
На железную цепь привязывает,
И
пошел он домой, призадумавшись,
К молодой хозяйке за Москву-реку.
Я воротился на
двор, к Ардальону, — он хотел
идти со мною ловить раков, а мне хотелось рассказать ему об этой женщине. Но его и Робенка уже не было на крыше; пока я искал их по запутанному
двору, на улице начался шум скандала, обычный для нее.
Лариса видела, как они сошли
со двора, и
пошла рядом и слышала, как Синтянина сказала Подозерову...
Висленев вышел
со двора, раскрыл щегольской шелковый зонт, но, сделав несколько шагов по улице, тотчас же закрыл его и
пошел быстрым ходом. Дождя еще не было; город Висленев знал прекрасно и очень скоро дошел по разным уличкам и переулкам до маленького, низенького домика в три окошечка. Это был опять тот же самый домик, пред которым за час пред этим Синтянина разговаривала с Форовой.
Шубин вышел
со двора. В недальнем расстоянии от дачи Стаховых встретился ему Берсенев. Он
шел проворными шагами, наклонив голову и сдвинув шляпу на затылок.
— Да вот часа два тому назад. Как же. Я с ним в воротах повстречался; он уж опять отсюда
шел,
со двора выходил. Я было хотел спросить его насчет собаки-то, да он, видно, не в духе был. Ну и толкнул меня; должно быть, он так только отсторонить меня хотел: дескать, не приставай, — да такого необыкновенного леща мне в становую жилу поднес, важно так, что ой-ой-ой! — И Степан с невольной усмешкой пожался и потер себе затылок. — Да, — прибавил он, — рука у него, благодатная рука, нечего сказать.
Сложив и запечатав эту записку, Санин хотел было позвонить кельнера и
послать ее с ним… «Нет! этак неловко… Через Эмиля? Но отправиться в магазин, отыскивать его там между другими комми — неловко тоже. Притом уже ночь на
дворе — и он, пожалуй, уже ушел из магазина». Размышляя таким образом, Санин, однако, надел шляпу и вышел на улицу; повернул за угол, за другой — и, к неописанной своей радости, увидал перед собою Эмиля. С сумкой под мышкой,
со свертком бумаги в руке, молодой энтузиаст спешил домой.
Рассветало, когда мы с Андреевым-Бурлаком вышли от А. А. Бренко. Народу на улицах было много. Несли освященные куличи и пасхи. По Тверской
шел народ из Кремля. Ни одного извозчика, ни одного экипажа:
шли и по тротуарам и посреди улиц. Квартира Бурлака находилась при театре в нижнем этаже, вход в нее был
со двора.
— Что ж… я?! повертелся-повертелся — вздохнул и
пошел в овошенную… там уж свою обязанность выполнил… Ах, друзья, друзья! наше ведь положение… очень даже щекотливое у нас насчет этих иностранцев положение! Разумеется, предостерег-таки я его:"Смотри, говорю, однако, Альфонс Иваныч, мурлыкай свою републик, только ежели, паче чаяния,
со двора или с улицы услышу… оборони бог!"
Но он все стоял и не уходил, и спрашивал себя: «Что же меня держит здесь?» И ему было досадно и на себя, и на эту черную собаку, которая валялась на камнях, а не
шла в поле, в лес, где бы она была независима, радостна. И ему, и этой собаке мешало уйти
со двора, очевидно, одно и то же: привычка к неволе, к рабскому состоянию…
Со двора доносятся голоса, когда
идет отправка или прием товара.
— Знаешь ты, что он Марильку выдрал за косу, этот чёртов вор, кабацкая душа? Избил сына и её и грозит выгнать их
со двора, а? Знаешь ты? Куда она
пойдёт, ну?
После сытного ужина, за которым хозяин не слишком изнурял свое греховное тело, Юрий, простясь с боярином,
пошел в отведенный ему покой. Алексей сказал ему, что Кирша ушел
со двора и еще не возвращался. Милославский уже ложился спать, как вдруг запорожец вошел в комнату.
— Прежде чем
идти, надо сговориться, девоньки, — шепотом оживленно затараторила Васса. — Пашки нет, она
со двора ушедши, так это хорошо, а все же зевать не след… Надо тут же сейчас решить, о чем гадать будем.
Однажды разговор коснулся Кости и Маши. Кузьма спокойно рассказал, как он вынес последнюю на руках
со двора, как не знал, что с ней делать, и как Господь Бог
послал Бестужева, которому он и сдал девушку.
Большов. Это точно, поторговаться не мешает: не возьмут по двадцати пяти, так полтину возьмут; а если полтины не возьмут, так за семь гривен обеими руками ухватятся. Все-таки барыш. Там, что хошь говори, а у меня дочь невеста, хоть сейчас из полы в полу да
со двора долой. Да и самому-то, братец ты мой, отдохнуть пора; проклажались бы мы, лежа на боку, и торговлю всю эту к черту. Да вот и Лазарь
идет.
Если б не мать, они подошли бы, вероятно, к самым избам никем не замеченные: семейство сидело за обедом; тетка Анна, несмотря на весь страх, чувствуемый ею в присутствии мужа, который
со вчерашнего дня ни с кем не перемолвил слова, упорно молчал и сохранял на лице своем суровое выражение, не пропускала все-таки случая заглядывать украдкою в окна, выходившие, как известно, на Оку; увидев сыновей, она забыла и самого Глеба — выпустила из рук кочергу, закричала пронзительным голосом: «Батюшки,
идут!» — и сломя голову кинулась на
двор.
— А я и сам не знаю, за что, — отвечал
со вздохом Ваня. — Я на
дворе играл, а он стоял на крыльце; ну, я ему говорю: «Давай, говорю, играть»; а он как пхнет меня: «Я-те лукну!» — говорит, такой серчалый!.. Потом он опять говорит: «Ступай, говорит, тебя тятька кличет». Я поглядел в ворота: вижу, ты меня не кличешь, и опять стал играть; а он опять: «Тебя, говорит, тятька кличет; ступай!» Я не
пошел… что мне!.. Ну, а он тут и зачал меня бить… Я и
пошел…
И вдруг что-то сделалось с моим сознанием; точно мне приснилось, будто зимой, ночью, я стою в бойне на
дворе, а рядом
со мною Прокофий, от которого пахнет перцовкой; я сделал над собой усилие и протер глаза, и тотчас же мне представилось, будто я
иду к губернатору для объяснений.
— Так; ты прилечь здесь можешь, когда устанешь. Часто и все чаще и чаще она стала
посылать его к Онучиным, то за газетами, которые потом заставляла себе читать и слушала, как будто
со вниманием, то за узором, то за русским чаем, которого у них не хватило. А между тем в его отсутствие она вынимала из-под подушки бумагу и скоро, и очень скоро что-то писала. Схватится за грудь руками, подержит себя сколько может крепче, вздохнет болезненно и опять пишет, пока на
дворе под окнами раздадутся знакомые шаги.
Несколько успокоившись и отерев слезы, Татьяна Петровна вышла из сада, затем
со двора и тихо
пошла по направлению к поселку. Она
шла к своей крестной матери Фекле.