Неточные совпадения
Она взяла хлеб и
поднесла его
ко рту. С неизъяснимым наслаждением глядел Андрий, как она ломала его блистающими пальцами своими и ела; и вдруг вспомнил о бесновавшемся от голода, который испустил дух в глазах его, проглотивши кусок хлеба. Он побледнел и, схватив ее за руку, закричал...
— Вот так, — сказала она, взяв руку мужа,
поднося ее
ко рту и дотрогиваясь до нее нераскрытыми губами. — Как у архиерея руку целуют.
Она подняла чашку, отставив мизинец, и
поднесла ее
ко рту. Отпив несколько глотков, она взглянула на него и по выражению его лица ясно поняла, что ему противны были рука, и жест, и звук, который она производила губами.
Обалдуй, весь разнеженный, стоял, глупо разинув
рот; серый мужичок тихонько всхлипывал в уголку, с горьким шепотом покачивая головой; и по железному лицу Дикого-Барина, из-под совершенно надвинувшихся бровей, медленно прокатилась тяжелая слеза; рядчик
поднес сжатый кулак
ко лбу и не шевелился…
«Бывший человек», — вспомнил Самгин ходовые слова; первый раз приятно и как нельзя более уместно было повторить их. Туробоев пил водку,
поднося рюмку
ко рту быстрым жестом, всхрапывал, кашляя, и плевал, как мастеровой.
— Меня политика не интересует, — сухо ответила Варвара,
поднося стакан вина
ко рту.
Сокол поймал зайца. Царь отнял зайца и стал искать воды, где бы напиться. В бугре царь нашел воду. Только она по капле капала. Вот царь достал чашу с седла и подставил под воду. Вода текла по капле, и когда чаша набралась полная, царь поднял ее
ко рту и хотел пить. Вдруг сокол встрепенулся на руке у царя, забил крыльями и выплеснул воду. Царь опять подставил чашу. Он долго ждал, пока она наберется вровень с краями, и опять, когда он стал
подносить ее
ко рту, сокол затрепыхался и разлил воду.
— Здравия желаем! — проговорил Макар Григорьев, прищуривая глаза и
поднося стакан с красным донским
ко рту.
Катря подала кружку с пенившимся квасом, который издали приятно шибанул старика по носу своим специфическим кисленьким букетом. Он разгладил усы и совсем
поднес было кружку
ко рту, но отвел руку и хрипло проговорил...
И, сливаясь в единое, миллионнорукое тело, в одну и ту же, назначенную Скрижалью, секунду, мы
подносим ложки
ко рту и в одну и ту же секунду выходим на прогулку и идем в аудиториум, в зал Тэйлоровских экзерсисов, отходим
ко сну…
Дрожащей рукой наполнил Строев рюмку и медленно
поднес ее
ко рту, опрокинул ее в него, крякнул и круто посолив кусок хлеба, тоже отправил его в
рот.
Она умылась, убрала наскоро голову и села к поданному ей стакану молока, но только что
поднесла его
ко рту, как глаза ее остановились на кольце и сердце вдруг упало и замерло.
И, снявши фуражку, подходит к ендове. Лицо его в это мгновение принимает серьезно-напряженное и несколько торжественное выражение. Слегка дрожащей от волнения рукой зачерпывает он полную чарку и осторожно, словно бы драгоценность, чтобы не пролить ни одной капли,
подносит ее
ко рту, быстро и жадно пьет и отходит.
На зловонном майдане, набитом отбросами всех стран и народов, я первым делом сменял мою суконную поддевку на серый почти новый сермяжный зипун, получив трешницу придачи, расположился около торговки съестным в стоячку обедать. Не успел я
поднести ложку мутной серой лапши
ко рту, как передо мной выросла богатырская фигура, на голову выше меня, с рыжим чубом… Взглянул — серые знакомые глаза… А еще знакомее показалось мне шадровитое лицо… Не успел я
рта открыть, как великан обнял меня.
С чувством неизъяснимого страха бросился он к столу, придвинул зеркало, чтобы как-нибудь не поставить нос криво. Руки его дрожали. Осторожно и осмотрительно наложил он его на прежнее место. О, ужас! Нос не приклеивался!.. Он
поднес его
ко рту, нагрел его слегка своим дыханием и опять
поднес к гладкому месту, находившемуся между двух щек; но нос никаким образом не держался.
Получилась сладкая вкусная медово-маковая масса, одним своим видом уже прельщавшая лакомку. Оглянувшись на Жилинского и убедившись, что тот ничего не замечает, занятый наблюдением над чистившими рыбу Дуней и Олей, Маша проворно
поднесла ложку
ко рту и добросовестнейшим образом облизала прилипшую к ней сладкую массу. Медовое тесто пришлось ей по вкусу… Еще раз погрузила ложку и еще раз отведала понравившегося ей лакомства…
Старик достал откуда-то стакан, зачерпнул вина вместе с цветами, тяжело поднялся на колени и,
поднося стакан
ко рту, успокоительно, серьезно сказал...
Артамонов сказал это, желая напомнить Никите о тягостной ночи, когда Тихон вынул его из петли, но думая о мальчике Никонове. Монах не понял намёка; он
поднёс рюмку
ко рту, окунул язык в вино и, облизав губы, продолжал жестяными словами...
После бани старец Спиридон преподнес Арефе монастырского травника, который на подворье не переводился, и недавний узник даже крякнул от удовольствия. Но не успел он
поднести чарку
ко рту, как в дверях появились два солдата с воеводского двора.
И смотрел иногда, как она наливала чай, махала ногой или
подносила ложку
ко рту, шлюпала, втягивала в себя жидкость, и ненавидел ее именно за это, как за самый дурной поступок.
А у него руки связаны, и он не может выпить… он сказал мне, подняв немного свою голову, всю в крови: «Дайте, барышня,
ко рту», Я
поднесла ему, — он выпил так медленно, медленно и сказал: «Спасибо вам, барышня!
Вытащив пробку, он
поднес бутылку
ко рту — женщина отняла вино.
Старик ухватил своим пальцем, как подвижным крючком, горлышко бутылки и дрожащей рукой
поднес его
ко рту. Долго цедил он по каплям сквозь зубы водку, потом передал бутылку Бузыге, утерся рукавом и спросил с деланной развязностью...
Борис Андреич в свою очередь
поднесет сигарку
ко рту, пыхнет раза два и, отхлебнув глоток холодного чаю со сливками, промолвит...
Николай тяжело вздохнул, отирая ладонью пот со лба. Ему не нравилось, как эти люди едят: Будилов брал лепёшки, словно брезгуя, концами тонких пальцев;
поднося кусок
ко рту, вытягивал губы, как лошадь и морщил нос; потом, ощупав кусок губами, неохотно втягивал его в
рот и медленно, словно по обязанности, жевал, соря крошками; всё это казалось парню неприятным ломаньем человека избалованного и заевшегося.
Привычным жестом сваха
поднесла рюмку
ко рту, выпила и не поморщилась.
Из трактира мы пошли к церкви и сели на паперти в ожидании кучера. Сорок Мучеников стал поодаль и
поднес руку
ко рту, чтобы почтительно кашлянуть в нее, когда понадобится. Было уже темно; сильно пахло вечерней сыростью и собиралась восходить луна. На чистом, звездном небе было только два облака и как раз над нами: одно большое, другое поменьше; они одинокие, точно мать с дитятею, бежали друг за дружкой в ту сторону, где догорала вечерняя заря.