Неточные совпадения
Издатель не счел, однако ж,
себя вправе утаить эти подробности; напротив того, он думает, что возможность подобных фактов в прошедшем еще с большею ясностью укажет читателю на ту бездну, которая
отделяет нас от него.
Вообразите только, что он, этот характер, получив тогда эти деньги, да еще таким образом, чрез такой стыд, чрез такой позор, чрез последней степени унижение, — вообразите только, что он в тот же день возмог будто бы
отделить из них половину, зашить в ладонку и целый месяц потом иметь твердость носить их у
себя на шее, несмотря на все соблазны и чрезвычайные нужды!
Ибо всякий-то теперь стремится
отделить свое лицо наиболее, хочет испытать в
себе самом полноту жизни, а между тем выходит изо всех его усилий вместо полноты жизни лишь полное самоубийство, ибо вместо полноты определения существа своего впадают в совершенное уединение.
Мало того, когда он уверял потом следователя, что
отделил полторы тысячи в ладонку (которой никогда не бывало), то, может быть, и выдумал эту ладонку, тут же мгновенно, именно потому, что два часа пред тем
отделил половину денег и спрятал куда-нибудь там в Мокром, на всякий случай, до утра, только чтобы не хранить на
себе, по внезапно представившемуся вдохновению.
Но ведь уверяет же он сам, что еще за месяц пред тем, в один тоже самый тревожный и роковой для него момент, он
отделил от трех тысяч половину и зашил
себе в ладонку, и если, конечно, это неправда, что и докажем сейчас, то все же эта идея Карамазову знакомая, он ее созерцал.
При этом она
отделяет от
себя в сторону большие слепые рукава, от которых идут длинные, узкие и глубокие каналы, сообщающиеся с озерами и болотами или с такими речками, которые также впадают в Лефу значительно ниже.
Ничто,
отделяя тварь от Абсолютного, как бы образует вокруг нее собственную фотосферу, дает ей для
себя и в
себе бытие.
Меня
отделяло от людей, которые считали
себя вполне ортодоксальными, то, что историческое откровение было для меня вторичным по сравнению с откровением духовным.
Та общая нить, которая связывает людей, порвалась сама
собой, порвалась прежде, чем успела окрепнуть, и Привалов со страхом смотрел на ту цыганскую жизнь, которая царила в его доме, с каждым днем
отделяя от него жену все дальше и дальше.
Отделив помятые паданцы, Анна Павловна дает один персик Грише, который не ест его, а в один миг всасывает в
себя и выплевывает косточку.
Вера в естественное бессмертие сама по
себе бесплодна и безотрадна; для этой веры не может быть никакой задачи жизни и самое лучшее поскорее умереть, смертью
отделить душу от тела, уйти из мира.
Но самое большое впечатление произвело на него обозрение Пулковской обсерватории. Он купил и
себе ручной телескоп, но это совсем не то. В Пулковскую трубу на луне «как на ладони видно: горы, пропасти, овраги… Одним словом — целый мир, как наша земля. Так и ждешь, что вот — вот поедет мужик с телегой… А кажется маленькой потому, что, понимаешь, тысячи, десятки тысяч… Нет, что я говорю: миллионы миллионов миль
отделяют от луны нашу землю».
И теперь еще, хотя целые десятилетия
отделяют меня от того времени, я по временам вижу
себя во сне гимназистом ровенской гимназии…
Это не значит, что для того, чтобы нравственное суждение было правдивым, свободным и первородным, личность должна
себя изолировать от всех социальных, сверхличных образований и целостей, от своей семьи, своего народа, своей церкви и т. д., но это значит, что личность должна в первородном акте своей совести
отделить правду от лжи в оценках давящих ее социальных группировок.
Но владычествующий дух первозданной натуры, князь мира сего, первый носитель божественного света в природе, отчего и называется он Люцифером, сиречь светоносцем или Денницею, действием воли своей расторг союз бога с натурою,
отделил огонь своей жизни от света жизни божественной, захотев сам
себе быть светом.
Судьба человека зависит от судьбы природы, судьбы космоса, и он не может
себя отделить от него.
Сотворенный по образу и подобию Божьему человек-андрогин распадается,
отделяет от
себя природно-женственную стихию, отчуждается от космоса и подпадает рабской власти женственной природы.
Отделял ли в то время Имярек государство от общества — он не помнит; но помнит, что подкладка, осевшая в нем вследствие недавних сновидений, не совсем еще была разорвана, что она оставила по
себе два существенных пункта: быть честным и поступать так, чтобы из этого выходила наибольшая сумма общего блага. А чтобы облегчить достижение этих задач на арене обязательной бюрократической деятельности, — явилась на помощь и целая своеобразная теория.
— Сгоревший дом и имущество стоили вдвое, чем то, что я получил из страхового общества, но я считал и считаю это для
себя возмездием за то, что я погубил привязавшуюся ко мне молодую женщину, от которой
отделяла меня неравность общественного положения и воспитания. Настоящий суд надо мной тяжел мне, но не как суд, могущий лишить меня доброго имени и признать поджигателем — я глубоко убежден, что на это не поднимется рука судей совести — а как воспоминание о покойной, так трагически покончившей с
собою.
Ведь совершенствование, о котором мы не раз говорили, состоит в том, чтобы
отделить, насколько возможно, душу от тела и приучить ее собираться и сосредоточиваться вне тела в
себе самой; смерть же дает это самое освобождение.
Если бы ты и хотел этого, ты не можешь
отделить свою жизнь от человечества. Ты живешь в нем, им и для него. Живя среди людей, ты не можешь не отрекаться от
себя, потому что мы все сотворены для взаимодействия, как ноги, руки, глаза, а взаимодействие невозможно без самоотречения.
— О боже мой! Но каким же образом можно
отделить, особенно в деле любви, душу от тела? Это как корни с землей: они ее переплетают, а она их облепляет, и я именно потому не позволяю
себе переписки, чтоб не делать девушке еще большего зла.
Вот, осторожно ступая по склизкому скату, кони спустились на плотину у мукомольной мельницы, прислонившейся внизу, у ручьистого оврага, перебрались на противоположную сторону, — и казачий отряд, разделясь на две группы, тотчас же на рысях разъехался вправо и влево, и там и здесь растянулся широкою цепью,
отделяя от
себя где одного, где пару казаков, окружил село и занял все выходы.
— Герасим Сергеевич… Он разоряет не меня. Мне скоро в могилу, — с
собой не унесу, — но он разоряет братьев… Я заплачу, но я вычту из его части и
отделю его… А об танцорке ему надо будет позабыть. Пусть лучше займется делом — хозяйством…
По его мнению, эти чувства были нераздельны и связаны настолько крепко между
собой, что
отделить их одно от другого невозможно без нарушения общей гармонии любви.
Цепко ухватившись за румпель руля, Лопатин с напряженным вниманием, прерывисто дыша, смотрит перед
собой, направляя баркас в разрез волне. Подавшись всем корпусом вперед, точно этим положением ускорялось движение шлюпки, он всей фигурой своей и возбужденным лицом с лихорадочно блестевшими глазами олицетворял нетерпение. Он обернулся: корвет уже казался маленьким суденышком, точно от него
отделяло необыкновенно большое пространство, а не верста или полторы. Он взглянул на компас и умоляющим голосом произнес...
Поэтому в мечтах о предстоящей привольной жизни в Петербурге он постоянно
отделял в предполагаемом собственном доме особый апартамент для
себя.
Мы видели уже, что у Плотина зло происходит от смешения с материей, нужно отсечь, почти механически
отделить высшую природу человека, которая сама по
себе непорочна и чиста, от материи, и тогда достигается освобождение от зла, избавление от страданий.
Высокий-Камень
отделяет от
себя еще новый боец, Мултык, который считается очень опасным.
Чтоб как-нибудь скрыть в собственных глазах эту пустоту, она распорядилась немедленно заколотить парадные комнаты и мезонин, в котором жили сироты («кстати, и дров меньше выходить будет», — думала она при этом), а для
себя отделила всего две комнаты, из которых в одной помещался большой киот с образами, а другая представляла в одно и то же время спальную, кабинет и столовую.
— Да замолчи, Христа ради… недобрый ты сын! (Арина Петровна понимала, что имела право сказать «негодяй», но, ради радостного свидания, воздержалась.) Ну, ежели вы отказываетесь, то приходится мне уж собственным судом его судить. И вот какое мое решение будет: попробую и еще раз добром с ним поступить:
отделю ему папенькину вологодскую деревнюшку, велю там флигелечек небольшой поставить — и пусть
себе живет, вроде как убогого, на прокормлении у крестьян!
По совету некоторых из соседей, как раз в тот год, когда прибыл в Петербург граф Казимир Нарцисович Свенторжецкий, старушки Белоярцевы
отделили три коматы с парадным ходом и приказав омеблировать их лучшей из находившейся в запертых парадных комнатах мебелью, стали приискивать
себе постояльца.
— Представьте
себе, меня обвиняют в намерении
отделить Миргородский уезд от Полтавской губернии! — сказал он упавшим голосом.
Действительно, я в этом нуждался. За два часа произошло столько событий, а главное, — так было все это непонятно, что мои нервы упали. Я не был
собой; вернее, одновременно я был в гавани Лисса и здесь, так что должен был
отделить прошлое от настоящего вразумляющим глотком вина, подобного которому не пробовал никогда. В это время пришел угловатый человек с сдавленным лицом и вздернутым носом, в переднике. Он положил на кровать пачку вещей и спросил Тома...
— Мне очень вас жаль, — продолжал он, — и чтобы хоть сколько-нибудь улучшить вашу участь, я могу предложить вам одно средство: разойдемтесь; разойдемтесь, если хотите, форменным порядком; я вам
отделю треть моего состояния и приму даже на
себя, если это нужно будет, наказанье по законам…
Мы сказали, что Иван Васильевич сосредоточивал силы свои и Руси. Тверь
отделяла его от северных областей: он решил правдою и неправдою уничтожить эту преграду и соединить сердце Руси с ее севером. Приготовив заранее ревностных
себе доброжелателей в Твери и, как мы видели в первой части романа, причину к объявлению войны ее князю, Иван Васильевич кликнул рать, чтобы докончить одним ударом то, что подрывал так долго хитростью.
Рассказывает, что у них уж не бьют учеников, как, бывало, нас все, от Петра Андреевича Аз — на, нашего инспектора, до его наперсника сторожа Леонова, которого Петр Андреевич не
отделял от
себя и, приглашая учеников «в канцелярию», говорил обыкновенно: «Пойдем, мы с Леоновым восписуем тя».
В заключение упомяну еще о подмастерье Германе Вермане, который сам
себя не
отделял от семейства Норков и которого грех было бы
отделить от него в этом рассказе.
Нет в человеке ни одного и того же тела, ни одного того, что
отделяет это тело от всего другого, — нет сознания постоянно одного, во всю жизнь одного человека, а есть только ряд последовательных сознаний, чем-то связанных между
собой, — и человек всё-таки чувствует
себя собою.
Но и это объясняется довольно удовлетворительно двумя обстоятельствами: во-первых, тем, что сатира не
отделяла своего дела и своих стремлений от идей и расноряжений правительства, подававших, особенно сначала, весьма большие надежды; во-вторых, тем, что, раз ставши под покровительство «премудрый Минервы», сатирики того времени могли позволять
себе, в самом деле, значительную свободу в своих обличениях частных недостатков и злоупотреблений.
Кирилл, который любил выпить, но считал неуместным делать это на свои деньги, покрепившись дня два и видя, что из нас ему нет сотоварищей и хлебосолов, поднялся на штуку: он
отделил у
себя на козлах так называемую «беседочку», в которую постоянно присаживал кого-нибудь из прохожих, и выручаемые этим путем деньги считал позволительным вручать Ивану Ивановичу Елкину.
Оно выразилось особенно резко потому, что учение Христа есть самое высшее учение; а самое высшее оно потому, что метафизика и этика учения Христа до такой степени неразрывно связаны и определяются одна другою, что
отделить одну от другой нельзя, не лишив всё учение его смысла, и еще потому, что Христово учение есть уже само по
себе протестантизм, т. е. отрицание не только обрядных постановлений иудаизма, но и всякого внешнего богопочитания.
Теперь я не могу содействовать ничему тому, что внешне возвышает меня над людьми,
отделяет от них; не могу, как я прежде это делал, признавать ни за
собой, ни за другими никаких званий, чинов и наименований, кроме звания и имени человека; не могу искать славы и похвалы, не могу искать таких знаний, которые
отделяли бы меня от других, не могу не стараться избавиться от своего богатства, отделяющего меня от людей, не могу в жизни своей, в обстановке ее, в пище, в одежде, во внешних приемах не искать всего того, что не разъединяет меня, а соединяет с большинством людей.
Этим умением
отделять служебную сторону, не смешивая ее с своей настоящей жизнью, Иван Ильич владел в высшей степени и долгой практикой, и талантом выработал его до такой степени, что он даже, как виртуоз, иногда позволял
себе, как бы шутя, смешивать человеческое и служебное отношения.
Он
отделяет свое счастье, например, от родины; он, бедняк, не умеет возвыситься до того, чтобы понять благо родины не раздельно с своим собственным счастьем и чтобы не понимать счастья для
себя иначе, как при благоденствии родины.
Воздух был наполнен неизобразимым мельканием; густая белесоватая кашица кружилась и металась перед глазами,
отделяя из
себя крупные-крупные снежины, мокрые, разорванные, которые тяжко шлепались об оконные стекла.
Хризалид денных бабочек я старался развесить [Потому что они сами всегда устроивают
себя в висячем положении.] на стенках или приклеить к верхней крышке ящика, который нарочно открывался сбоку; но это было очень трудно сделать, потому что клейкая материя, похожая на шелк-сырец, которою червячки приклеивают свой зад к исподу травяных и древесных листьев, а в дуплах и щелях — к дереву, уже высохла, и хотя я снимал хризалид очень бережно,
отделяя ножичком приклейку, но, будучи намочена, она уже теряла клейкость, не приставала и не держалась даже и на стенках ящичка, не только на верхней крышке.
Своей мысли от
себя он не
отделял, мыслил как-то весь, всем телом, и каждый логический вывод тотчас становился для него и действенным, — как это бывает только у очень здоровых, непосредственных людей, не сделавших еще из своей мысли игрушку.
Катерина сняла со стола старый ковер, потом открыла сундук, вынула из него драгоценную скатерть, всю расшитую яркими шелками и золотом, и накрыла ею стол; потом вынула из шкафа старинный, прадедовский, весь серебряный поставец, поставила его на средину стола и
отделила от него три серебряные чарки — хозяину, гостю и чару
себе; потом важным, почти задумчивым взглядом посмотрела на старика и на гостя.
Монархиня чувствовала, сколь нужно
отделить сию власть, чтобы главное Место в Губернии не присвоило
себе опасного самовластия; и таким образом, оно не может предписать решения нижним Судам, которые в совершенной свободе действуют по уставам; но требует от них скорости, наказывает пенею нерадивую медленность; и в случае неисправления предаст виновного законам — следственно имеет все способы благотворить обществу, не вмешиваясь в права Судейские.