Неточные совпадения
Пан Данило стал вглядываться и не
заметил уже
на нем красного жупана; вместо того показались
на нем широкие шаровары, какие носят турки; за
поясом пистолеты;
на голове какая-то чудная шапка, исписанная вся не русскою и не польскою грамотою.
Чуб выпучил глаза, когда вошел к нему кузнец, и не знал, чему дивиться: тому ли, что кузнец воскрес, тому ли, что кузнец
смел к нему прийти, или тому, что он нарядился таким щеголем и запорожцем. Но еще больше изумился он, когда Вакула развязал платок и положил перед ним новехонькую шапку и
пояс, какого не видано было
на селе, а сам повалился ему в ноги и проговорил умоляющим голосом...
Начиная с лестниц, ведущих в палатки, полы и клетки содержатся крайне небрежно,
помет не вывозится, всюду запекшаяся кровь, которою пропитаны стены лавок, не окрашенных, как бы следовало по санитарным условиям, масляного краскою; по углам
на полу всюду набросан сор, перья, рогожа, мочала… колоды для рубки мяса избиты и содержатся неопрятно, туши вешаются
на ржавые железные невылуженные крючья, служащие при лавках одеты в засаленное платье и грязные передники, а ножи в неопрятном виде лежат в привешанных к
поясу мясников грязных, окровавленных ножнах, которые, по-видимому, никогда не чистятся…
Не глядя ни
на кого, никого не
замечая, не отвечая
на поталкивания и тихие и нежные зазывания проституток, пробирался по Моховой вдохновенный и одинокий, увенчанный неожиданною славой Персиков к огненным часам у Манежа. Здесь, не глядя кругом, поглощенный своими мыслями, он столкнулся со странным, старомодным человеком, пребольно ткнувшись пальцами прямо в деревянную кобуру револьвера, висящего у человека
на поясе.
Сусанна по-прежнему сидела
на подоконнике, и я тут только
заметил, как легко она была одета: серое платьице с белыми пуговицами и широкий кожаный
пояс, вот и все. Я приблизился к ней, но она не обратила
на меня внимания.
И вдруг-с
замечаю я во тьме, к которой глаз мой пригляделся, что из лесу выходит что-то поначалу совсем безвидное, — не разобрать, зверь или разбойник, но стал приглядываться и различаю, что и не зверь и не разбойник, а очень небольшой старичок в колпачке, и видно мне даже, что в
поясу у него топор заткнут, а
на спине большая вязанка дров, и вышел он
на поляночку; подышал, подышал часто воздухом, точно со всех сторон поветрие собирал, и вдруг сбросил
на землю вязанку и, точно почуяв человека, идет прямо к моему товарищу.
Вечером того же дня Кузьма Васильевич, ложась спать и раздеваясь,
заметил, что в верхнем крае его кожаного
пояса вершка
на полтора распоролся шов. Как человек аккуратный, он тотчас достал иголку и нитку, навощил ее и сам зашил прореху, а впрочем, не обратил никакого внимания
на это, по-видимому, ничтожное обстоятельство.
Пошел в праздник Аггей в церковь. Пришел он туда с женою своею в пышных одеждах: мантии
на них были златотканые,
пояса с дорогими каменьями, а над ними несли парчовый балдахин. И впереди их и сзади шли воины с
мечами и секирами и довели их до царского места, откуда им слушать службу. Вокруг них стали начальники да чиновники. И слушал Аггей службу и думал по-своему, как ему казалось, верно или неверно говорится в Святом Писании.
И видит Аггей: идут его воины-телохранители с секирами и
мечами, и начальники, и чиновники в праздничных одеждах. И идут под балдахином парчовым правитель с правительницей: одежды
на них золототканые,
пояса дорогими каменьями украшенные. И взглянул Аггей в лицо правителю и ужаснулся: открыл ему Господь глаза, и узнал он ангела Божия. И бежал Аггей в ужасе из города.
Орлиным
мечут оком
Не взоры, но лучи;
На поясе широком
Крыжатые
мечи.
Керим все еще стоял там, скрестив руки
на груди. Его поза выражала лишь беспечную удаль, но глаза
метали молнии… Ноздри тонкого носа и губы трепетали, как у дикой лошади. Никакого оружия не было у него в руках… Кинжалы оставались заткнутыми за
пояс.
Одет он был в белом кителе, в коротких полотняных панталонах, сапогах, с короткими
мечом, подвязанным к
поясу портупеей.
На голове была шляпа.
Окруженная подругами, которые смотрели
на нее, как бы желали себе: одна — ее мягких волос, свивавшихся черными лентами около шеи и до
пояса, другая — ее румянца, третия — ее стана, плеч и бог знает чего еще;
замечая в их глазах невольную дань ее превосходству и видя это превосходство в зеркале, осыпанная нежными заботами служанки, стоявшей
на коленах у ног ее, Мариорица казалась какою-то восточною царицей, окруженною своими подданными.
«Приехав после болезни
на кладбище, — продолжал Павел Сергеич, — старуха к ужасу своему
заметила, что она забыла, где находится могила ее сына. Болезнь отняла у нее память… Она бегала по кладбищу, по
пояс вязла в снегу, умоляла сторожей… Сторожа могли указать ей место, где погребен ее сын, только приблизительно, так как
на несчастье старухи во время ее долгого отсутствия крест был украден с могилы нищими, занимающимися продажей могильных крестов.
Взволнованный Карасев не
заметил этого тона и, взглянув в последний раз
на Елену Афанасьевну, ласково смотревшую
на него, и поклонившись в
пояс обеим женщинам, вышел.