Неточные совпадения
Несмотря на это, на меня часто находили минуты отчаяния: я воображал, что нет счастия на земле для человека с таким широким носом, толстыми губами и маленькими серыми глазами, как я; я просил бога сделать
чудо — превратить меня в красавца, и все, что имел в
настоящем, все, что мог иметь в будущем, я все отдал бы за красивое лицо.
— Я часто гуляю в поле, смотрю, как там казармы для артиллеристов строят. Сам — лентяй, а люблю смотреть на работу. Смотрю и думаю: наверное, люди когда-нибудь устанут от мелких, подленьких делишек, возьмутся всею силою за
настоящее, крупное дело и — сотворят
чудеса.
Понимая всю важность этих вопросов, издатель
настоящей летописи считает возможным ответить на них нижеследующее: история города Глупова прежде всего представляет собой мир
чудес, отвергать который можно лишь тогда, когда отвергается существование
чудес вообще.
А между тем если было когда-нибудь на земле совершено
настоящее громовое
чудо, то это в тот день, в день этих трех искушений.
В протестантской Германии образовалась тогда католическая партия, Шлегель и Лео меняли веру, старый Ян и другие бредили о каком-то народном и демократическом католицизме. Люди спасались от
настоящего в средние века, в мистицизм, — читали Эккартсгаузена, занимались магнетизмом и
чудесами князя Гогенлоэ; Гюго, враг католицизма, столько же помогал его восстановлению, как тогдашний Ламенне, ужасавшийся бездушному индифферентизму своего века.
Когда эмпирики отвергают
чудеса и утверждают закономерность всего происходящего, когда они ставят границы опыту и заранее слишком хорошо знают, чего в опыте никогда не может быть дано, они являются самыми
настоящими, хотя и наивными, рационалистами.
И когда пришел
настоящий час, стало у молодой купецкой дочери, красавицы писаной, сердце болеть и щемить, ровно стало что-нибудь подымать ее, и смотрит она то и дело на часы отцовские, аглицкие, немецкие, — а все рано ей пускаться в дальний путь; а сестры с ней разговаривают, о том о сем расспрашивают, позадерживают; однако сердце ее не вытерпело: простилась дочь меньшая, любимая, красавица писаная, со честным купцом, батюшкой родимыим, приняла от него благословение родительское, простилась с сестрами старшими, любезными, со прислугою верною, челядью дворовою и, не дождавшись единой минуточки до часа урочного, надела золот перстень на правый мизинец и очутилась во дворце белокаменном, во палатах высокиих зверя лесного,
чуда морского, и, дивуючись, что он ее не встречает, закричала она громким голосом: «Где же ты мой добрый господин, мой верный друг?
О, как ему знакомы, близки и жалки были беспомощные неуклюжести новичков, их растерянность, их неумение найти тон. Он никогда не забывал своих первых жутких впечатлений в училище, когда был, точно
чудом, перенесен из игрушечной жизни в суровую и строгую
настоящую жизнь.
«Вот это
чудо настоящее!» — подумал Сверстов про себя.
Ты и теперь
настоящий моряк, а вернешься таким лихим мичманом, что
чудо…
В этой надежде приехал он в свое место и начал вредить. Вредит год, вредит другой. Народное продовольствие — прекратил, народное здравие — упразднил, письмена — сжег и пепел по ветру развеял. На третий год стал себя проверять — что за
чудо! — надо бы, по-настоящему, вверенному краю уж процвести, а он даже остепеняться не начинал! Как ошеломил он с первого абцуга обывателей, так с тех пор они распахня рот и ходят…
Тут Александр Васильевич Суворов впервые видел русские войска в
настоящем деле, и в душе его сложилось убеждение, что с ними можно легко победить весь мир. Тут впервые назвал он русского солдата «чудо-богатырем» и это название сохранил за ним всю свою жизнь, так как не имел случая ни разу убедиться в его неправильности. Русские дрались с тем сознательным одушевлением, которое уже одно дает верный залог победы.
Вот почему мы, провинциальная интеллигенция, в
настоящее время валом валим в Петербург. Все думается: не полегче ли будет? не совершится ли
чудо какое-нибудь? не удастся ли примазаться хоть к краешку какой-нибудь концессии, потом сбыть свое учредительское право, и в сторону. А там — за границу, на минеральные воды…
Вообрази, что ты, дорогой мой царь природы, пожелал стать ближе к муравьям и силою
чуда или волшебства сделался муравьем,
настоящим крохотным муравьем, таскающим яйца, — и тогда ты немного почувствуешь ту пропасть, что отделяет Меня бывшего от
настоящего… нет, еще хуже!
Что, если бы
чудом настоящее оказалось сном, страшным кошмаром, и мы проснулись бы обновленные, чистые, сильные, гордые своею правдой?..
И снова ушел в свою мечту Саша. Было с ним то странное и похожее на
чудо, что как дар милостивый посылается судьбою самым несчастным для облегчения: полное забвение мыслей, поступков и слов и радостное ощущение
настоящей, скрытой словами и мыслями, вечной бестелесной жизни. Остановилось и время.
Господин Голядкин был убит — убит вполне, в полном смысле слова, и если сохранил в
настоящую минуту способность бежать, то единственно по какому-то
чуду, по
чуду, которому он сам, наконец, верить отказывался.
Асклипиодот усердствовал и показывал на своей «актрисе»
чудеса искусства, такие пиччикато и стаккато, от которых даже сам о. Андроник только кряхтел, очевидно негодуя на свой сан, не дозволявший ему пуститься вместе с другими вприсядку; когда посторонней публики поубавилось и остались только свои,
настоящий фурор произвела Фатевна; она с неподражаемым шиком семенила и притопывала ногами, томно склоняла голову то на один, то на другой бок, плыла лебедью, помахивая платочком, и, подперев руку в бок, лихо вскрикивала тонким голосом.
Филицата (одна). Ну как мне себя не хвалить! Добрая-то я всегда была, а ума-то я в себе что-то прежде не замечала: все казалось, что мало его, не в
настоящую меру; а теперь выходит, что в доме-то я умней всех. Вот чудо-то: до старости дожила, не знала, что я умна! Нет, уж я теперь про себя совсем иначе понимать буду. Какую силу сломили! Ее и пушкой-то не прошибешь, а я вот нашла на нее грозу.
Одни говорили, что на них сошли огненные языки, другие говорили, что они видели самого умершего учителя и многое другое. Они выдумывали то, чего никогда не было, и лгали во имя того, кто назвал нас лжецами, не хуже нас, сами не замечая этого. Одни говорили про других: ваши
чудеса ненастоящие — наши
настоящие, а те говорили про этих: нет, ваши ненастоящие, наши
настоящие.