Неточные совпадения
— В том-то и дело, что премерзейшее дело! Говорят, что Чичиков и что подписано завещание уже после смерти: нарядили какую-то бабу, наместо покойницы, и она уж подписала. Словом, дело соблазнительнейшее. Говорят, тысячи просьб поступило с разных сторон. К Марье Еремеевне теперь подъезжают
женихи; двое уж чиновных
лиц из-за нее дерутся. Вот какого роду дело, Афанасий Васильевич!
Потом уже начинались повторения: рождение детей, обряды, пиры, пока похороны не изменят декорации; но ненадолго: одни
лица уступают место другим, дети становятся юношами и вместе с тем
женихами, женятся, производят подобных себе — и так жизнь по этой программе тянется беспрерывной однообразною тканью, незаметно обрываясь у самой могилы.
«Нет, пусть замолкнут толки, пусть посторонние
лица, посещающие дом Ольги, забудут немного его и увидят уж опять каждый день там тогда, когда они объявлены будут
женихом и невестой».
Крестьянка не хотела у меня взять непорочных, благоумышленных ста рублей, которые в соразмерности состояний долженствуют быть для полковницы, советницы, майорши, генеральши пять, десять, пятнадцать тысяч или более; если же госпоже полковнице, майорше, советнице или генеральше (в соразмерности моего посула едровской ямщичихе), у которой дочка
лицом недурна или только что непорочна, и того уже довольно, знатной боярин седмидесятой, или, чего боже сохрани, седмьдесят второй пробы, посулит пять, десять, пятнадцать тысяч, или глухо знатное приданое, или сыщет чиновного
жениха, или выпросит в почетные девицы, то я вас вопрошаю, городские матушки, не ёкнет ли у вас сердечко? не захочется ли видеть дочку в позлащенной карете, в бриллиантах, едущую четвернею, если она ходит пешком, или едущую цугом вместо двух заморенных кляч, которые ее таскают?
Адвокат был маленький, коренастый, плешивый человек с черно-рыжеватою бородой, светлыми длинными бровями и нависшим лбом. Он был наряден, как
жених, от галстука и двойной цепочки до лаковых ботинок.
Лицо было умное, мужицкое, а наряд франтовской и дурного вкуса.
Священник зажег две украшенные цветами свечи, держа их боком в левой руке, так что воск капал с них медленно, и пoвернулся
лицом к новоневестным. Священник был тот же самый, который исповедывал Левина. Он посмотрел усталым и грустным взглядом на
жениха и невесту, вздохнул и, выпростав из-под ризы правую руку, благословил ею
жениха и так же, но с оттенком осторожной нежности, наложил сложенные персты на склоненную голову Кити. Потом он подал им свечи и, взяв кадило, медленно отошел от них.
Клим видел, что Алина круто обернулась, шагнула к
жениху, но подошла к Лидии и села рядом с ней, ощипываясь, точно курица пред дождем. Потирая руки, кривя губы, Лютов стоял, осматривая всех возбужденно бегающими глазами, и
лицо у него как будто пьянело.
И когда она появилась, радости и гордости Татьяны Марковны не было конца. Она сияла природной красотой, блеском здоровья, а в это утро еще лучами веселья от всеобщего участия, от множества — со всех сторон знаков внимания, не только от бабушки,
жениха, его матери, но в каждом
лице из дворни светилось непритворное дружество, ласка к ней и луч радости по случаю ее праздника.
Сознание новой жизни, даль будущего, строгость долга, момент торжества и счастья — все придавало
лицу и красоте ее нежную, трогательную тень.
Жених был скромен, почти робок; пропала его резвость, умолкли шутки, он был растроган. Бабушка задумчиво счастлива, Вера непроницаема и бледна.
Через два дня учитель опять нашел семейство за чаем и опять отказался от чаю и тем окончательно успокоил Марью Алексевну. Но в этот раз он увидел за столом еще новое
лицо — офицера, перед которым лебезила Марья Алексевна. «А,
жених!»
Когда священник возлагал на головы
жениха и невесты венцы и просил бога, чтобы он венчал их славою и честью, то
лица присутствовавших женщин выражали умиление и радость, и, казалось, было забыто, что действие происходит в тюремной церкви, на каторге, далеко-далеко от родины.
Матренка уже не делала дальнейших попыток к сближению с
женихом. Она воротилась в дом, когда уже засветили огонь, и молча вместе с другими села за пряжу. По
лицу ее товарки сразу увидали, что она «прощенья» не принесла.
Матушка с тоской смотрит на графинчик и говорит себе: «Целый стакан давеча влили, а он уж почти все слопал!» И, воспользовавшись минутой, когда Стриженый отвернул
лицо в сторону, отодвигает графинчик подальше.
Жених, впрочем, замечает этот маневр, но на этот раз, к удовольствию матушки, не настаивает.
При этом толковании матушка изменяется в
лице,
жених таращит глаза, и на носу его еще ярче выступает расширение вен; дядя сквозь зубы бормочет: «Попал пальцем в небо!»
Жених пополовел — в
лице ни кровинки. Зарыдала Марья Гавриловна. Увели ее под руки. Гаврила Маркелыч совсем растерялся, захмелевший Масляников на сына накинулся, бить его вздумал. Гости один по другому вон. Тем и кончился Машин сговор.
— Сама тех же мыслей держусь, — молвила Дуня. — Что красота! С
лица ведь не воду пить. Богатства, слава Богу, и своего за глаза будет; да и что богатство? Сама не видела, а люди говорят, что через золото слезы текут… Но как человека-то узнать — добрый ли он, любит ли правду? Женихи-то ведь, слышь, лукавы живут — тихим, кротким, рассудливым всякий покажется, а после венца станет иным. Вот что мне боязно…
И снова терем пуст и тих;
Встает испуганный
жених,
С
лица катится пот остылый;
Трепеща, хладною рукой
Он вопрошает мрак немой…
Как! — этот худосочный юноша, с жидкими, выцветшими пейсами, с нездоровым желтым цветом точно налитого
лица и тусклым взглядом —
жених красавицы Иты…
С прежней надменной холодностью повторила княжна Анна Васильевна Гарина свое согласие явившемуся на другой день, предупрежденному уже княгиней, счастливому своей победой, князю Владимиру. Драма, происходившая в душе молодой девушки, с неподвижным
лицом выслушивавшей в продолжение двух месяцев до дня свадьбы вычурные любезности презираемого ею
жениха, ее будущего мужа, осталась скрытой в глубине ее загадочной натуры. Через несколько времени она сделалась с ним даже почти любезна.
— Да-с, Варвара Карповна, вы у меня на выборах извольте замуж выйти; я найду
женихов, ну, а вам поблажки больше не дам; что ты о себе думаешь, красавица, что ли, такая, что тебя очень будут искать: ни
лица, ни тела, да и шагу не хочешь сделать, одеться не умеешь, слова молвить не умеешь, а еще училась в Москве; нет, голубушка, книжки в сторону, довольно начиталась, очень довольно, пора, матушка, за дело приниматься.
Вы, верно, давным-давно забыли о существовании двух юных
лиц, оттертых на далекое расстояние длинным эпизодом, — о Любоньке и о скромном, милом Круциферском. А между тем в их жизни совершилось очень много: мы их оставили почти
женихом и невестой, мы их встретим теперь мужем и женою; мало этого: они ведут за руку трехлетнего bambino [мальчика (ит.).], маленького Яшу.
Почти всегда угрюмый, некрасивый
лицом, казавшийся далеко старше своих лет и говоривший в нос, граф Алексей Андреевич не мог, понятно, представлять идеала
жениха и любимого мужа для восемнадцатилетней цветущей девушки, каковой была Талечка.
Только появление Макарки прекратило побоище: он, как кошку, отбросил Илюшку в сторону и поднял с земли
жениха Федорки в самом жалком виде, —
лицо было в крови, губы распухли.
Когда, наконец, счастливая минута настала и
жених с невестой стали рука об руку в костеле, то в усах и в чубе молодцеватого
жениха половина волос были совершенно седые, а покрытое стыдливым румянцем
лицо невесты было также обрамлено серебристыми локонами.
— А вы не видите, — вставил граф Стоцкий, как у нашего графа Вельского вся кровь бросилась в
лицо от ревности… Стыдно, а еще
жених.
— Дорогая Ольга Ивановна, — сказал он, обращаясь к молодой девушке, — уважение, которое я к вам питаю, так же велико, как и преклонение перед вашей красотой, а потому позвольте мне,
жениху вашей подруги, быть вашим защитником от наглости этих господ. Не ревность, а негодование заставило меня измениться в
лице.
С своей стороны Калисфения Фемистокловна достала себе посажённых отца и мать тоже из высокопоставленных
лиц Петербурга, а потом и шаферов для нее и для
жениха, который не хотел брать из числа своего бывшего крепостного круга.
— Мужчинам, вам хорошо, управу как раз найдете, — томно закатив глаза, тихим шепотом говорила молодящаяся дама с раскрашенным
лицом и с подведенными глазами и бровями. — У меня браслет, покойный муж еще в
женихах подарил, сувенир… С жемчугом… Как твои зубки, говорил покойный, — осклабилась дама беззубым ртом. — За три рубля… Пропадет…
Иосаф Висленев был взят и в бумагах его был отыскан дерзостнейший план, за который автора, по справедливости, можно было бы посадить, если не в сумасшедший, то в смирительный дом, но, что всего хуже, при этом плане был длинный список
лиц, имевших неосторожность доверяться моему легкомысленному
жениху.
Джемма схватила его руку и, с спокойной решительностью подав ему свою, посмотрела прямо в
лицо своему бывшему
жениху… Тот прищурился, съежился, вильнул в сторону — и, пробормотав сквозь зубы: «Обычный конец песенки!» (Das alte Ende vom Liede!) — удалился той же щегольской, слегка подпрыгивающей походкой.
Он не успел еще одеться, как кельнер доложил ему о приходе двух господ. Один из них оказался Эмилем; другой, видный и рослый молодой мужчина, с благообразнейшим
лицом, был герр Карл Клюбер,
жених прекрасной Джеммы.
Большинство, конечно, влекло к исполнению этого долга не чувство к покойной, так как многие из прибывших знали ее только в
лицо, а некоторые даже понаслышке, а любопытство присутствовать при одном из актов трагедии жизни, с романическим оттенком, придаваемым положением осиротевшей княжны-невесты. Слухи о том, что князь Луговой объявлен
женихом княжны Полторацкой, уже успели облететь чуть ли не все наместничество.
Для графа Петра Игнатьевича, не говоря уже о князе Луговом, день, проведенный в Зиновьеве, показался часом. Освоившаяся быстро с другом своего
жениха, княжна была обворожительно любезна, оживлена и остроумна. Она рассказывала приезжему петербуржцу о деревенском житье-бытье, в
лицах представляла провинциальных кавалеров и заставляла своих собеседников хохотать до упаду. Их свежие молодые голоса и раскатистый смех доносились в открытые окна княжеского дома и радовали материнский слух княгини Вассы Семеновны.
Марта была рада: ведь это была ее постоянная мечта, что вот найдется ей
жених, и она выйдет замуж, и у нее будет хорошее хозяйство, и дом — полная чаша. И она смотрела на Мурина влюбленными глазами. Сорокалетний громадный мужчина с грубым голосом и с простоватым выражением в
лице и в каждом движении казался ей образцом мужской силы, молодечества, красоты и доброты.
— Вот мой
жених, — представила она его. Рубцов молча протянул ему руку. Его
лицо понравилось Ивану Алексеевичу.
Светские толки об объявлении его в скором времени
женихом Похвисневой представились ей возмутившим ее до глубины души доказательством, что он не очень-то обращает на нее много внимания, быть может, заручившись содействием
лиц сильнее и властнее ее.
Девизом подобных
женихов в выборе невест были русские пословицы: «Была бы коза да золотые рога» и «С
лица не воду пить».
— Он является неподходящим
женихом для такого
лица, которое имеет виды на красавицу…
Девушки одна за другою выходили на середину и с пылающими
лицами и блестящими глазами отплясывали лезгинку. К ним присоединялись юноши-лезгины, стараясь превзойти друг друга в искусстве танцев. Только юный бек Израил,
жених Бэллы, сидел задумчивый между дедом Магометом и своим отцом наибом. Мне было почему-то жаль молоденького бека, жаль и Бэллу, связанных навеки друг с другом по желанию старших, и я искренно пожелала им счастья…
По окончании обряда приказал
жениху с невестою поцеловаться, обнял их горячо и сильно, сколько мог, и, поглядев пристально в
лицо Алексею Степанычу, сказал: «Люби ее и всегда так, как любишь теперь.
Софья Николавна спокойно и твердо вошла в церковь, ласково и весело подала руку своему
жениху, но смутилась, увидев на его
лице то же грустное выражение, и все заметили, что
жених и невеста были невеселы под венцом.
Жених приехал к невесте поутру, и Софья Николавна, уже встревоженная накануне, к огорчению своему увидела, что вчерашнее грустное выражение не сошло с
лица Алексея Степаныча.
Наконец явился Суворов, в мундире, в орденах. Хозяйка представила ему обоих
женихов. Граф подал им руки, но при первом взгляде на учителя сделал гримасу, и на
лице его появилась насмешливая улыбка.
То счастье, какое она видела на молодых
лицах сперва
жениха и невесты, а затем мужа и жены, доставляло княжне Александре то еще не испытанное ею удовольствие — удовольствие доброго дела.
Жених красавец-граф также, как и его будущая подруга жизни, с несколько взволнованным, побледневшим
лицом представлял достойную ей пару.
— Ох вы, девушки, девушки! Все-то вы на одну стать! Не он, так слава богу! А если б он, так и нарядов бы у нас недостало! Нет, матушка, сегодня будет какой-то пан Тишкевич; а от
жениха твоего, пана Гонсевского, прислан из Москвы гонец. Уж не сюда ли он сбирается, чтоб обвенчаться с тобою? Нечего сказать: пора бы честным пирком да за свадебку… Что ты, что ты, родная? Христос с тобой! Что с тобой сделалось? На тебе вовсе
лица нет!
Смолин снова бросил Любови улыбающийся взгляд, и вновь ее сердце радостно дрогнуло. С ярким румянцем на
лице она сказала отцу, внутренно адресуясь к
жениху...
Вечерами приходил ее
жених — маленький, бойкий человечек, белобрысый, с пушистыми усами на загорелом круглом
лице; он, не уставая, смеялся целый вечер и, вероятно, мог бы смеяться целый день. Они уже были обручены, и для них строился новый дом в одной из лучших улиц города — самой чистой и тихой. Горбун никогда не был на этой стройке и не любил слушать, когда говорили о ней.
Жених хлопал его по плечам маленькой, пухлой рукой, с кольцами на ней, и говорил, оскаливая множество мелких зубов...
Он долго отказывался под разными предлогами, наконец уступил и пошел с ним и сестрой, а когда они двое взошли на верхний ярус лесов, то упали оттуда —
жених прямо на землю, в творило с известью, а брат зацепился платьем за леса, повис в воздухе и был снят каменщиками. Он только вывихнул ногу и руку, разбил
лицо, а
жених переломил позвоночник и распорол бок.
Адвокат — молодой человек самой изящной наружности. Он одет в щегольскую коротенькую визитку; волосы аккуратно расчесаны a la Jesus; [как у Христа.]
лицо чистое, белое, слегка лоснящееся; от каждой части тела пахнет особыми, той части присвоенными, духами. Улыбка очаровательная; жест мягкий, изысканный; произношение такое, что вот так и слышится: а хочешь, сейчас по-французски заговорю! Прокоп в первую минуту думает, что это
жених, приехавший свататься к старшей его дочери.