Неточные совпадения
Бесконечное расширение и могущество Британской
империи означает
конец Англии, как национального государства, как индивидуально-партикуляристического народного существования.
Некоторые склонны объяснять это ожидание
конца мира предчувствием
конца русской
империи, русского царства, которое почиталось священным.
В Бонапартово время, даже и к
концу Второй
империи, такие пьесы привлекали не одних мелких лавочников из того квартала Парижа, который давно прозван"Бульваром преступлений"(Boulevard du crime).
Его магистерская диссертация, защищенная до моего приезда в Дерпт, называлась:"О расселении болгар", а докторская, которую он защищал при мне, уже в
конце 50-х годов, написанная также по-латыни (тогда это еще требовалось от словесника), носила такое трудно переваримое заглавие:"Об изменении формы управления в провинциях восточной
империи".
Но настоящим, характерным газетных дел мастером
конца Второй
империи был Вильмессан, создатель"Фигаро", сначала еще еженедельника, сделавшегося очень популярным среди молодежи Латинского квартала.
— Речь идет об официальном гимне Российской
империи «Боже, царя храни».], и к
концу обеда все подвыпили, не выключая даже дам, и особенно разрумянилась Екатерина Петровна, которая после горячего выпила хересу, перед рыбой портвейну, а после мяса красного вина — и не рюмку, а стакан; шампанского тоже не то что глотала понемногу из бокала, а разом его опустошала.
В
конце октября или в начале ноября Балаклава — этот оригинальнейший уголок пестрой русской
империи — начинает жить своеобразной жизнью.
Из «Введения» (стр. LXXVII) мы узнаем, что в
конце 1842 года автору открыт был доступ во все архивы
империи, а в 1845 году дозволено отправиться за границу для обозрения архивов в Вене и Париже.
Можно быть уверену, что к
концу недели встречался он в кабинете того, в ком искал милостей, и выходил от него, получив желаемое, с гордостью набоба [Набоб (от арабского слова на’иб — наместник) — в Индии титул правителя областей, отколовшихся от
империи Великих Моголов.
В последней книжке его помещена статья с следующим заглавием: «Исторические, философические, политические и критические рассуждения о причинах возвышения и упадка книги, во всех
концах Российской
империи славившейся и по столичным, губернским, областным и уездным городам той
империи до сего дня читаемой, но не столько, как прежде, покупаемой, а именно «Собеседника любителей российского слова».
Но при
конце сего начертания взор мой невольно устремляется на всю неизмеримую
Империю, где столько морей и народов волнуется, где столько климатов цветет или свирепствует, где столько необозримых степей расстилается и столько величественных гор бросает тень на землю!
Это не есть принцип новой истории, это, скорее, принцип
конца римской
империи и начала средневековья.