Неточные совпадения
Это была клетушка до того маленькая, что даже почти не под рост Свидригайлову, в одно окно; постель очень грязная, простой крашеный
стол и стул
занимали почти все пространство.
― А, Алины-Надины. Ну, у нас места нет. А иди к тому
столу да
занимай скорее место, ― сказал князь и, отвернувшись, осторожно принял тарелку с ухою из налимов.
Толстоногий
стол, заваленный почерневшими от старинной пыли, словно прокопченными бумагами,
занимал весь промежуток между двумя окнами; по стенам висели турецкие ружья, нагайки, сабля, две ландкарты, какие-то анатомические рисунки, портрет Гуфеланда, [Гуфеланд Христофор (1762–1836) — немецкий врач, автор широко в свое время популярной книги «Искусство продления человеческой жизни».] вензель из волос в черной рамке и диплом под стеклом; кожаный, кое-где продавленный и разорванный, диван помещался между двумя громадными шкафами из карельской березы; на полках в беспорядке теснились книги, коробочки, птичьи чучелы, банки, пузырьки; в одном углу стояла сломанная электрическая машина.
Вскоре порядок установился; кивот с образами, шкаф с посудою,
стол, диван и кровать
заняли им определенные углы в задней комнате; в кухне и гостиной поместились изделия хозяина: гробы всех цветов и всякого размера, также шкафы с траурными шляпами, мантиями и факелами.
— Да, как будто нахальнее стал, — согласилась она, разглаживая на
столе документы, вынутые из пакета. Помолчав, она сказала: — Жалуется, что никто у нас ничего не знает и хороших «Путеводителей» нет. Вот что, Клим Иванович, он все-таки едет на Урал, и ему нужен русский компаньон, — я, конечно, указала на тебя. Почему? — спросишь ты. А — мне очень хочется знать, что он будет делать там. Говорит, что поездка
займет недели три, оплачивает дорогу, содержание и — сто рублей в неделю. Что ты скажешь?
Освобожденный
стол тотчас же
заняли молодцеватый студент, похожий на переодетого офицера, и скромного вида человек с жидкой бородкой, отдаленно похожий на портреты Антона Чехова в молодости. Студент взял карту кушаний в руки, закрыл ею румяное лицо, украшенное золотистыми усиками, и сочно заговорил, как бы читая по карте...
Клим остался в компании полудюжины венских стульев, у
стола, заваленного книгами и газетами; другой
стол занимал средину комнаты, на нем возвышался угасший самовар, стояла немытая посуда, лежало разобранное ружье-двухстволка.
Стол для ужина
занимал всю длину столовой, продолжался в гостиной, и, кроме того, у стен стояло еще несколько столиков, каждый накрыт для четверых. Холодный огонь электрических лампочек был предусмотрительно смягчен розетками из бумаги красного и оранжевого цвета, от этого теплее блестело стекло и серебро на
столе, а лица людей казались мягче, моложе. Прислуживали два старика лакея во фраках и горбоносая, похожая на цыганку горничная. Елена Прозорова, стоя на стуле, весело командовала...
— Вы все изволите шутить, батюшка Кирила Петрович, — пробормотал с улыбкою Антон Пафнутьич, — а мы, ей-богу, разорились, — и Антон Пафнутьич стал
заедать барскую шутку хозяина жирным куском кулебяки. Кирила Петрович оставил его и обратился к новому исправнику, в первый раз к нему в гости приехавшему и сидящему на другом конце
стола подле учителя.
Отсутствие Кирила Петровича придало обществу более свободы и живости. Кавалеры осмелились
занять место подле дам. Девицы смеялись и перешептывались со своими соседами; дамы громко разговаривали через
стол. Мужчины пили, спорили и хохотали, — словом, ужин был чрезвычайно весел и оставил по себе много приятных воспоминаний.
Наконец дворецкий провозгласил: «кушание поставлено», — и Кирила Петрович первый пошел садиться за
стол, за ним двинулись дамы и важно
заняли свои места, наблюдая некоторое старшинство, барышни стеснились между собою как робкое стадо козочек и выбрали себе места одна подле другой.
— «Спросите, есть ли у них виноград, — прибавил Зеленый, — если есть, так чтоб побольше подали; да нельзя ли бананов, арбузов?…» Меня
занимали давно два какие-то красные шарика, которые я видел на
столе, на блюдечке.
На ответ, что «вышла», он велел Марфенькин букет поставить к Вере на
стол и отворить в ее комнате окно, сказавши, что она поручила ему еще с вечера это сделать. Потом отослал ее, а сам
занял свою позицию в беседке и ждал, замирая от удалявшейся, как буря, страсти, от ревности, и будто еще от чего-то… жалости, кажется…
Он был в их глазах пустой, никуда не годный, ни на какое дело, ни для совета — старик и плохой отец, но он был Пахотин, а род Пахотиных уходит в древность, портреты предков
занимают всю залу, а родословная не укладывается на большом
столе, и в роде их было много лиц с громким значением.
Приезжие идут во второй зал, низенький, с широкими дубовыми креслами.
Занимают любимый
стол, к которому привыкли, располагаясь на разлатых диванах…
Затем стало сходить на нет проевшееся барство. Первыми появились в большой зале московские иностранцы-коммерсанты — Клопы, Вогау, Гопперы, Марки. Они являлись прямо с биржи, чопорные и строгие, и
занимали каждая компания свой
стол.
Сотни людей
занимают ряды
столов вдоль стен и середину огромнейшего «зала». Любопытный скользит по мягкому от грязи и опилок полу, мимо огромной плиты, где и жарится и варится, к подобию буфета, где на полках красуются бутылки с ерофеичем, желудочной, перцовкой, разными сладкими наливками и ромом, за полтинник бутылка, от которого разит клопами, что не мешает этому рому пополам с чаем делаться «пунштиком», любимым напитком «зеленых ног», или «болдох», как здесь зовут обратников из Сибири и беглых из тюрем.
Хозяйка и две ее знакомые дамы
заняли места в конце
стола.
Голохвастов
занимал другую избу, они взошли туда; старик лежал действительно мертвый возле
стола, за которым хотел бриться; громовой удар паралича мгновенно прекратил его жизнь.
Письменный
стол занимал самую средину.
— Надеюсь, драгоценное здоровье Игнатия Львовича совсем поправилось? — льстиво заговорил управляющий, с низким поклоном
занимая свое обычное место за письменным
столом.
«Спинджак» опять выиграл, вытер лицо платком и отошел к закуске. Косоглазый купец
занял его место и начал проигрывать карту за картой; каждый раз, вынимая деньги, он стучал козонками по
столу и тяжело пыхтел. В гостиной послышался громкий голос и сиплый смех; через минуту из-за портьеры показалась громадная голова Данилушки. За ним в комнату вошла Катерина Ивановна под руку с Лепешкиным.
Обстановка кабинета была самая деловая: рабочий громадный
стол занимал середину комнаты, у окна помещался верстак, в углу — токарный станок, несколько шкафов
занимали внутреннюю стену.
— Это Надя что-то работала… — проговорил Бахарев, взглянув на письменный
стол. — Когда она приезжает сюда, всегда
занимает эту комнату, потому что она выходит окнами в сад. Тебе, может быть, не нравится здесь? Можно, пожалуй, перейти в парадную половину, только там мерзость запустения.
Увы! Аглая не выходила, и князь пропадал. Чуть лепеча и потерявшись, он было выразил мнение, что починить дорогу чрезвычайно полезно, но Аделаида вдруг засмеялась, и князь опять уничтожился. В это-то самое мгновение и вошла Аглая спокойно и важно, церемонно отдала князю поклон и торжественно
заняла самое видное место у круглого
стола. Она вопросительно посмотрела на князя. Все поняли, что настало разрешение всех недоумений.
Эта комната была еще уже и теснее предыдущей, так что я не знал даже, где повернуться; узкая, односпальная кровать в углу
занимала ужасно много места; прочей мебели было всего три простые стула, загроможденные всякими лохмотьями, и самый простой кухонный, деревянный
стол пред стареньким клеенчатым диваном, так что между
столом и кроватью почти уже нельзя было пройти.
Писарь Замараев
занял с приличною важностью свое место за волостным
столом, а мельник Ермилыч поместился в качестве публики на обсиженной скамеечке у печки. Ермилыч, как бывший крестьянин, сохранял ко всякой власти подобострастное уважение и участенно вздыхал, любуясь властными приемами дружка писаря.
Самовар подан. На
столе целая груда чищеной клубники, печенье, масло, сливки и окорок ветчины. Струнников съедает глубокую тарелку ягод со сливками и выпивает две больших чашки чая,
заедая каждый глоток ветчиной с маслом.
Работники, деревенские мужики, бабы, девки и подростки гурьбой привалили к уличным
столам и суетливо, но без шума, безо всяких разговоров,
заняли места в ожиданьи чары зелена вина, кутьи, блинов, киселя и иного поминального брашна.
Проводя игуменью, все стали вокруг
столов. Казначея мать Таифа, как старейшая,
заняла место настоятельницы. Подали в чашках кушанье, Таифа ударила в кандию, прочитали молитву перед трапезой, сели и стали обедать в строгом молчании. Только один резкий голос канонницы, нараспев читавшей житие преподобного Ефрема Сирина, уныло раздавался в келарне.
Как истинный русак, Писемский, отдавшись работе над вещью крупных размеров, писал запоем, просиживал целые дни в халате за письменным
столом, и тогда уже не жаловался на то, что редакторство
заедает его как романиста.
— Я так и знал, что ты так примешь, Соня, — проговорил он. Так как мы все встали при входе его, то он, подойдя к
столу, взял кресло Лизы, стоявшее слева подле мамы, и, не замечая, что
занимает чужое место, сел на него. Таким образом, прямо очутился подле столика, на котором лежал образ.
За лежанкой только и было места, чтоб поставить два стула и
стол, на котором готовился чай, кофе, закуска. Евсей прочно
занимал место и за печкой и в сердце Аграфены. На другом стуле заседала она сама.
Правитель дел, кажется, ожидал, что сей, впервые еще являвшийся посетитель поклонится и ему, но, когда Егор Егорыч не удостоил даже его взглядом, он был этим заметно удивлен и, отойдя от
стола,
занял довольно отдаленно стоявший стул.
Павел Федорыч уехал, а мы перешли в гостиную. Филофей Павлыч почти толкнул меня на диван ("вы, братец, — старший в семействе; по христианскому обычаю, вам следовало бы под образами сидеть, а так как у нас, по легкомыслию нашему, в парадных комнатах образов не полагается — ну, так хоть на диван попокойнее поместитесь!" — сказал он при этом, крепко сжимая мне руку), а сам сел на кресло подле меня. Сбоку, около
стола, поместились маменька с дочкой, и я слышал, как Машенька шепнула:"
Займи дядю-то!"
К обеду набралось уже множество гостей. Наталья Федоровна вышла, с холодною любезностью поздоровалась с мужем, Бахметьевой и гостями и
заняла место хозяйки за
столом после обычных представлений некоторых еще незнакомых ей лиц.
— Я к вам постояльца привел, — продолжал Неведомов, входя с Павлом в номер хозяйки, который оказался очень пространной комнатой. Часть этой комнаты
занимал длинный обеденный
стол, с которого не снята еще была белая скатерть, усыпанная хлебными крошками, а другую часть отгораживали ширмы из красного дерева, за которыми Каролина Карловна, должно быть, и лежала в постели.
— От тебя бежала, — отвечала Мари, — и что я там вынесла — ужас! Ничто не
занимает, все противно — и одна только мысль, что я тебя никогда больше не увижу, постоянно грызет; наконец не выдержала — и тоже в один день собралась и вернулась в Петербург и стала разыскивать тебя: посылала в адресный
стол, писала, чтобы то же сделали и в Москве; только вдруг приезжает Абреев и рассказал о тебе: он каким-то ангелом-благовестником показался мне… Я сейчас же написала к тебе…
Огромный поднос с двадцатью пятью стаканами и корзина с обыкновенным французским белым хлебом, изрезанным на множество ломтей, вроде как в благородных мужских и женских пансионах для воспитанников,
занимали конец
стола.
Комната Марьи Тимофеевны была вдвое более той, которую
занимал капитан, и меблирована такою же топорною мебелью; но
стол пред диваном был накрыт цветною нарядною скатертью; на нем горела лампа; по всему полу был разостлан прекрасный ковер; кровать была отделена длинною, во всю комнату, зеленою занавесью, и, кроме того, у
стола находилось одно большое мягкое кресло, в которое, однако, Марья Тимофеевна не садилась.
Но Морозов не услышал зловещего звона. Другие мысли
занимали его. Внутреннее чувство говорило Морозову, что ночной его оскорбитель пирует с ним за одним
столом, и боярин придумал наконец средство его открыть. Средство это, по мнению его, было надежно.
Сперва он
занимал казначейскую должность и надзирал за шитьем казенных мундиров; затем заседал за обер-прокурорским
столом в святейшем синоде, «дабы слушанием, читанием и собственным сочинением текущих резолюций навыкам быть способным и искусным к сему месту», — как сказано в указе синоду.
Князь
занимал один из больших нумеров в гостинице Демут. В одно утро он, сверх обыкновения не одетый, а в спальном шелковом халате, сидел перед письменным
столом и что-то высчитывал. Греясь у камина, стоял другой господин, в пальто, рыжий, с птичьей, одутловатой физиономией, довольно неуклюжий и сразу дававший узнать в себе иностранца.
Вообще это последнее время большей частью первое место за
столом занимала Мими, которую мы никто не уважали, и обед много потерял своей прелести.
Я подвинулся ближе к
столу, но профессора продолжали почти шепотом говорить между собой, как будто никто из них и не подозревал моего присутствия. Я был тогда твердо убежден, что всех трех профессоров чрезвычайно
занимал вопрос о том, выдержу ли я экзамен и хорошо ли я его выдержу, но что они так только, для важности, притворялись, что это им совершенно все равно и что они будто бы меня не замечают.
— Где это ты пропадал? — спросил лениво Лаптев, когда Прейн
занял свое место за
столом.
— Передайте Прейну и Платону Васильичу, что я извиняюсь пред Евгением Константинычем, что не могу сегодня, по болезни,
занять за
столом свое место хозяйки дома…
Поклонившись в ответ на комплимент набоба, Тетюев с напускной развязностью
занял стул около письменного
стола; Прейн, закурив сигару, следил за этой сценой своими бесцветными глазами и думал о том, как ему утишить ненависть Луши к Раисе Павловне.
Генерал
занял председательское кресло, около него поместились Тетюев и Майзель; Вершинин и Родион Антоныч сидели дальше, через
стол.
Против каждого сиденья была положена пачка чистой бумаги и карандаш; центр
стола занимали две стопки разных юридических книг, нужных для справок: горный устав, сборник узаконений о крестьянах, земское положение и т. д.