Неточные совпадения
Рядом с Харитиной на первой скамье сидел доктор
Кочетов. Она была не рада такому соседству и старалась не дышать, чтобы не слышать перегорелого запаха водки. А доктор старался быть с ней особенно любезным, как бывают любезными на похоронах с дамами в трауре: ведь она
до некоторой степени являлась тоже героиней настоящего судного дня. После подсудимого публика уделяла ей самое большое внимание и следила за каждым ее движением. Харитина это чувствовала и инстинктивно приняла бесстрастный вид.
Странно, что все эти переговоры и пересуды не доходили только
до самого Полуянова. Он, заручившись благодарностью Шахмы, вел теперь сильную игру в клубе. На беду, ему везло счастье, как никогда. Игра шла в клубе в двух комнатах старинного мезонина. Полуянов заложил сам банк в три тысячи и метал. Понтировали Стабровский, Ечкин, Огибенин и Шахма. В числе публики находились Мышников и доктор
Кочетов. Игра шла крупная, и Полуянов загребал куши один за другим.
— Ни слуху, ни гулу, ни шороху, — молвил, отходя от окошка. —
Кочетáм полночь пора опевать, а их нет да нет… И пес их знает, куда
до сих пор занесло непутных!..
Разборка кончалась. Оставалось сотни три-четыре блюд перебрать, остальное было разобрано, Пантелеем уложено и работниками вытащено в сени, либо сложено на дровни, чтоб завтра же,
до заревых
кочетов, в Городец посуду везти.
Раз
до вторых
кочетóв не спала Марья Гавриловна, ночь ноченскую провздыхала да проплакала…
Первые
кочета «полночь опевают», вторые (перед зарей) «чертей разгоняют», третьи (на заре) «солнышко нá небо зовут».], засидевшись у Глафириных, шла я
до своей обители и в небе летуна заприметила…
А немало ночей,
до последних
кочетов, с милым другом бывало сижено, немало в те ноченьки тайных любовных речей бывало с ним перемолвлено, по полям, по лугам с добрым молодцем было похожено, по рощам, по лесочкам было погулено… Раздавались, расступались кустики ракитовые, укрывали от людских очей стыд девичий, счастье молодецкое… Лес не видит, поле не слышит; людям не по что знать…
—
До моей команды не стрелять, — говорит
Кочетов.
Я, дальнозоркий, вижу только два темных пятнышка.
Кочетов принес бинокль, но в бинокль я вижу немного больше, чем простым глазом. Мы с Кочетовым обсуждаем план защиты позиции, если будет десант, и постановляем: биться
до конца в случае высадки десанта и послать бегом сообщить на Цисквили, где есть телеграф с Озургетами. Корабли приближались, Галям уже видит...
В последние годы царствования государыни Екатерины Второй, удержавшей своею рукою свирепствовавшие
до тех пор гонения на старую веру, обществом Старого Города был избран в старшины и наставники богатый купец Мина Силыч
Кочетов.