Неточные совпадения
Англичанин стоит и сзади
держит на веревке
собаку, и под
собакой разумеется Наполеон: «Смотри, мол, говорит, если что не так, так я на тебя сейчас выпущу эту
собаку!» — и вот теперь они, может быть, и выпустили его с острова Елены, и вот он теперь и пробирается в Россию, будто бы Чичиков, а в самом деле вовсе не Чичиков.
Коль подлинно не плох пастух,
Так он плохих
собак держать не станет.
— Ну, теперь расходимся, — сказал Степан Аркадьич и, прихрамывая на левую ногу и
держа ружье наготове и посвистывая
собаке, пошел в одну сторону. Левин с Весловским пошли в другую.
— Ну, так так и делай, как велено! — крикнул Левин, садясь на катки. — Пошел!
Собак держи, Филипп!
Красивая борзая
собака с голубым ошейником вбежала в гостиную, стуча ногтями по полу, а вслед за нею вошла девушка лет восемнадцати, черноволосая и смуглая, с несколько круглым, но приятным лицом, с небольшими темными глазами. Она
держала в руках корзину, наполненную цветами.
Происходил он от старинного дома, некогда богатого; деды его жили пышно, по-степному: то есть принимали званых и незваных, кормили их на убой, отпускали по четверти овса чужим кучерам на тройку,
держали музыкантов, песельников, гаеров и
собак, в торжественные дни поили народ вином и брагой, по зимам ездили в Москву на своих, в тяжелых колымагах, а иногда по целым месяцам сидели без гроша и питались домашней живностью.
Я так думаю, по простому моему разуму:
собак больше для важности, так сказать,
держать следует…
Покойный граф — царство ему небесное! — охотником отродясь, признаться, не бывал, а
собак держал и раза два в год выезжать изволил.
То был прекрасный весенний день. Природа ликовала; воробьи чирикали;
собаки радостно взвизгивали и виляли хвостами. Обыватели,
держа под мышками кульки, теснились на дворе градоначальнической квартиры и с трепетом ожидали страшного судбища. Наконец ожидаемая минута настала.
Она стала и,
держа в левой руке на отвесе кулек, принялась глядеть на
собаку.
Коля же в эти мгновения или смотрел нахмуренно в окно, или разглядывал, не просят ли у него сапоги каши, или свирепо звал Перезвона, лохматую, довольно большую и паршивую
собаку, которую с месяц вдруг откуда-то приобрел, втащил в дом и
держал почему-то в секрете в комнатах, никому ее не показывая из товарищей.
По одному виду можно было понять, что каждому из них ничего не стоит остановить коня на полном карьере, прямо с седла ринуться на матерого волка, задержанного на лету доспевшей
собакой, налечь на него всем телом и железными руками схватить за уши, придавить к земле и
держать, пока не сострунят.
Заяц поскакал к гумну по субоям; зайца
держали субои, а
собака на десятом прыжке завязла в снегу и остановилась.
Рыцарское обращение с женщиной возводится почти в культ и в то же время не считается предосудительным уступить за деньги приятелю свою жену; или вот еще лучше: с одной стороны, отсутствие сословных предрассудков — здесь и с ссыльным
держат себя, как с ровней, а с другой — не грех подстрелить в лесу китайца-бродягу, как
собаку, или даже поохотиться тайком на горбачиков.
— Отвяжитесь вы от меня. Как
собаку на цепи
держат, да еще упрекают.
Да еще я помню двух
собак, Плутонку и Трезорку, которых
держали на цепи около застольной, а в дом не пускали.
— Я и сам знаю. У генерала
собаки дорогие, породистые, а эта — черт знает что! Ни шерсти, ни вида… подлость одна только… И этакую
собаку держать?!.. Где же у вас ум? Попадись этакая
собака в Петербурге или Москве, то знаете, что было бы? Там не посмотрели бы в закон, а моментально — не дыши! Ты, Хрюкин, пострадал и дела этого так не оставляй… Нужно проучить! Пора…
Солнце, закрытое облаками, уже садилось, дождь продолжался, и наступали ранние сумерки; мы были встречены страшным лаем
собак, которых чуваши
держат еще больше, чем татары.
Желать он боялся, зная, что часто, в момент достижения желаемого судьба вырвет из рук счастье и предложит совсем другое, чего вовсе не хочешь — так, дрянь какую-нибудь; а если наконец и даст желаемое, то прежде измучит, истомит, унизит в собственных глазах и потом бросит, как бросают подачку
собаке, заставивши ее прежде проползти до лакомого куска, смотреть на него,
держать на носу, завалять в пыли, стоять на задних лапах, и тогда — пиль!
Старик поднял
собаку на задние лапы и всунул ей в рот свой древний, засаленный картуз, который он с таким тонким юмором назвал «чилиндрой».
Держа картуз в зубах и жеманно переступая приседающими ногами, Арто подошел к террасе. В руках у болезненной дамы появился маленький перламутровый кошелек. Все окружающие сочувственно улыбались.
За
собакой шел двенадцатилетний мальчик Сергей, который
держал под левым локтем ковер для акробатических упражнений, а в правой нес тесную и грязную клетку со щеглом, обученным вытаскивать из ящика разноцветные бумажки с предсказаниями на будущую жизнь.
Живин махнул рукой Вихрову, чтобы тот тише и осторожнее себя
держал, встал сзади
собаки, вытянул ружье, скомандовал что-то своему псу; тот слегка пролаял, и из травы выпорхнула какая-то сероватая масса.
Не
держать его за руки, так он к утру подымет, пожалуй, всех здешних докторов; поднял же всех
собак у меня на улице.
— Бедность, голод и болезни — вот что дает людям их работа. Все против нас — мы издыхаем всю нашу жизнь день за днем в работе, всегда в грязи, в обмане, а нашими трудами тешатся и объедаются другие и
держат нас, как
собак на цепи, в невежестве — мы ничего не знаем, и в страхе — мы всего боимся! Ночь — наша жизнь, темная ночь!
Он очень любил птиц, которых
держал различных пород до сотни; кроме того, он был охотник ходить с ружьем за дичью и удить рыбу; но самым нежнейшим предметом его привязанности была легавая
собака Дианка.
— Ну, чего еще, на что нам еще
собака? Только одни беспорядки заводить. Старшего нет в доме, вот что. И на что немому
собака? Кто ему позволил
собак у меня на дворе
держать? Вчера я подошла к окну, а она в палисаднике лежит, какую-то мерзость притащила, грызет, а у меня там розы посажены.
Но соседи заметили, что со времени своего возвращения из Москвы он совсем перестал водиться с женщинами, даже не глядит на них, и ни одной
собаки у себя не
держит.
Старики бурлаки еще помнили Собаку-барина. Называли даже его фамилию. Но я ее не упомнил, какая-то неяркая. Его имение было на высоком берегу Волги, между Ярославлем и Костромой. Помещик
держал псарню и на проходящих мимо имения бурлаков спускал
собак. Его и прозвали Собака-барин, а после него кличка так и осталась, перемена — Собака-барин!
Но он все стоял и не уходил, и спрашивал себя: «Что же меня
держит здесь?» И ему было досадно и на себя, и на эту черную
собаку, которая валялась на камнях, а не шла в поле, в лес, где бы она была независима, радостна. И ему, и этой
собаке мешало уйти со двора, очевидно, одно и то же: привычка к неволе, к рабскому состоянию…
Мы шли с Глеголой и разговаривали.
Собаку он
держал на поводке. Она тащилась сзади и мешала итти: ремень то и дело задевал за сучки. Иногда Хыча обходила дерево справа, в то время как Глегола обходил его слева. Это принуждало его часто останавливаться и перетаскивать
собаку на свою сторону или, наоборот, самому итти к
собаке.
Один из них
держал на веревке великолепнейшую большую
собаку, очевидно дорогой породы.
— Поверите ли, сударь, что собачонка не стоит восьми гривен, то есть я не дал бы за нее и восьми грошей; а графиня любит, ей-богу любит, — и вот тому, кто ее отыщет, сто рублей! Если сказать по приличию, то вот так, как мы теперь с вами, вкусы людей совсем не совместны: уж когда охотник, то
держи легавую
собаку или пуделя; не пожалей пятисот, тысячу дай, но зато уж чтоб была
собака хорошая.
Так не лучше ли бы, сударь, и ворота
держать на запоре, и собакам-та не прикидываться волками; волк бы жил да жил у себя в лесу, а овцы были бы целы!
В самом деле, Морозов приобрёл сходство с большой
собакой, которая выучилась ходить на задних лапах; сожжённая кожа на голове его, должно быть, полопалась, он иногда обёртывал голову, как чалмой, купальным, мохнатым полотенцем Татьяны, которое дал ему Митя; огромная голова, придавив Захара, сделала его ниже ростом; шагал он важно, как толстый помощник исправника Экке, большие пальцы
держал за поясом отрёпанных солдатских штанов и, пошевеливая остальными пальцами, как рыба плавниками, покрикивал...
— Не беспокойтесь! Я не дворовая
собака, которую она вольна
держать на привязи: служу свободно, пока меня кормят и ласкают; не так — при первом толчке ногой могу показать и хвост, то есть хочу сказать, что я не крепостной слуга баронессин. К тому ж, нанимаясь к ней в кучера и коновалы, я условился с ее милостью, чтобы мне позволено было заниматься практикою в окружности Гельмета. Надеюсь, вы мне дадите хлебец и по другим эскадронам. В плате ж за труды…
Густав сидел в углублении комнаты,
держа на колене румяное, как спелое яблочко, дитя, двухлетнюю дочь бывшего кастеляна, которая, стиснув в ручонках своих кусок белого хлеба, то лукаво манила им
собаку, прыгавшую около нее на задних ногах, то с хохотом прятала его под мышку, когда эта готовилась схватить приманку.
Они искоса взглядывали на свекра и, как
собаки, ловили каждое его движение; заметно было, что Прохор Пантелеич
держал снох в ежовых рукавицах и не давал им воли.
— Чу — Марьушина
собака воет, слышишь?
Держат пса на цепи не кормя, почитай, это — чтобы пес-от злее был. Видишь, как хорошо ночью на улице-то? Народу совсем никого нету… То-то! Вон — звезда упала. А когда придет конец миру, они — снегом, звезды-то, посыпятся с неба. Вот бы дожить да поглядеть…
Бурмистров вздрагивал от холода. Часто повторяемый вопрос — что делать? — был близок ему и
держал его в углу, как
собаку на цепи. Эти зажиточные люди были не любимы им, он знал, что и они не любят его, но сегодня в его груди чувства плыли подобно облакам, сливаясь в неясную свинцовую массу. Порою в ней вспыхивал какой-то синий болотный огонек и тотчас угасал.
Дворовых он
держал без числа и меры, у него были мальчики, единственно употребляемые днем на то, чтоб чистить клетки соловьев, а ночью ходить по двору, чтоб
собаки не лаяли близ господского дома.
Драч подождал, пока прекратились судороги, отогнал
собак, подвинувшихся ближе, и потом, взяв за ногу и отворотив мерина на спину и велев Ваське
держать за ногу, начал свежевать.
Открывая кассу, я порешил не
держать ни огромных
собак, ни сильного лакея, как, например,
держит Мозер.
— Дать-то можно, — вздохнул кум. — Отчего не дать? Но на кой леший, скажи на милость, ты этих одров
держишь? Добро бы лошадь путевая была, а то — тьфу! глядеть совестно… А
собака — чистый шкилет! На кой чёрт ты их кормишь?
Смейся на мой нос, Венерка, — пристает он к
собаке,
держа ее за передние лапки.
Ступайте вы теперь на базар и купите вы себе собаку-щенка, которого вы при себе
держите неотлучно — день и ночь.
«А
собак и девиц при себе не
держишь?» Нет, говорю, тетенька, мы этим баловством не занимаемся.
Квартиру нашел на Лиговке, у Иоанна Предтечи; за 8 р. в месяц, нанял комнату у старушки с условием, чтобы не петь, на гитаре не играть, дам к себе не принимать, водку,
собак и птиц не
держать, не кашлять и не болеть. Чего доброго, говорит, еще заболеешь да умрешь, так и хлопот не оберешься!
Моя прозябшая рыженькая лошадка неслась быстро, так что молодой кучеренок Матвей, из своих орловских крепостных, едва мог
держать озябшими руками туго натянутые вожжи, и тут вдруг на повороте у «царского сада» что-то мелькнуло — человек не человек и
собака как будто не
собака, а что-то такое, от чего моя немного пугливая лошадь шарахнулась в сторону и мы с кучером оба чуть не вылетели из санок.
Заглянув в одно воскресное утро в кухню, Гриша замер от удивления. Кухня битком была набита народом. Тут были кухарки со всего двора, дворник, два городовых, унтер с нашивками, мальчик Филька… Этот Филька обыкновенно трется около прачешной и играет с
собаками, теперь же он был причесан, умыт и
держал икону в фольговой ризе. Посреди кухни стояла Пелагея в новом ситцевом платье и с цветком на голове. Рядом с нею стоял извозчик. Оба молодые были красны, потны и усиленно моргали глазами.
Шел солдат на станцию, с побывки на позицию возвращался. У опушки поселок вилами раздвоился: ни столба, ни надписи, — мужичкам это без надобности. Куда, однако, направление
держать? Вправо аль влево? Видит, под сосной избушка притулилась, сруб обомшелый, соломенный козырек набекрень, в оконце, словно бельмо, дерюга торчит. Ступил солдат на крыльцо, кольцом брякнул: ни человек не откликнулся, ни
собака не взлаяла.