Неточные совпадения
Гениальные люди из миллионов, а великие
гении, завершители
человечества, может быть, по истечении многих тысячей миллионов людей на земле.
И только в тех, в ком
человечество имеет своих
гениев и посланников, выходит наружу эта скрытая, но всеобщая гениальность, каковая есть наша реальная, существенная причастность к Софии.
Ибо, en parenthèse, [между прочим (фр.).] глупость, как и высочайший
гений, одинаково полезны в судьбах
человечества…
Но есть, mon cher, другой разряд людей, гораздо уже повыше; это… как бы назвать… забелка
человечества: если не
гении, то все-таки люди, отмеченные каким-нибудь особенным талантом, люди, которым, наконец, предназначено быть двигателями общества, а не сносливыми трутнями; и что я вас отношу к этому именно разряду, в том вы сами виноваты, потому что вы далеко уж выдвинулись из вашей среды: вы не школьный теперь смотритель, а литератор, следовательно, человек, вызванный на очень серьезное и широкое поприще.
Он умолк и задумался, тяжело глядя в пол: так, вероятно, смотрят люди в глубину собственной могилы. И я понял, чего боялся этот
гений, и еще раз преклонился перед этим сатанинским умом, знавшим в мире только себя и свою волю. Вот Бог, который даже с Олимпом не пожелает разделить своей власти! И сколько презрения к
человечеству! И какое открытое пренебрежение ко мне! Вот проклятая щепотка земли, от которой способен расчихаться даже дьявол!
Гению третьего снился новый мир с новыми океанами, и он наяву сходил за ним и принес его
человечеству.
— Черт возьми! Я это знаю — одно есть в сто лет. Они на счету, эти исключения. Истинная любовь — это высокое, прекрасное, благородное чувство, удел людей с возвышенным сердцем и умом — так редка, что в продолжение целых веков сохраняются и записываются в народной памяти и истории
человечества наряду с величайшими
гениями имена избранников судьбы, умевших любить всем сердцем, всей душой, умевших жить своею любовью и умереть за нее.
Гений творчества облетал все лучшие головы: электричество, пар, рабочий вопрос — все в идеях предъявлено было
человечеству; но стали эти идеи реализировать, и кто на это пришел?
— Нет, она это в полном сознании говорила. И потом: любить женщин — что такое это за высокое качество? Конечно, все люди, большие и малые, начиная с идиота до
гения первой величины, живут под влиянием двух главнейших инстинктов: это сохранение своей особы и сохранение своего рода, — из последнего чувства и вытекает любовь со всеми ее поэтическими подробностями. Но сохранить свой род — не все еще для человека: он обязан заботиться о целом обществе и даже будто бы о всем
человечестве.
Иван Петрович. Жалкие люди. Копошатся, хлопочут. И не понимают — ничего не понимают… Я не тебе. Я так, высказываю свои мысли. А что нужно для
человечества? Очень мало: ценить своих
гениев, а они всегда казнили их, гнали, мучали. Нет. Я не буду вашей игрушкой. Я выведу вас на чистую воду. Не-е-ет. Лицемеры!
— Конечно. Мы высшие существа, и если бы в самом деле мы сознали всю силу человеческого
гения и жили бы только для высших целей, то в конце концов мы стали бы как боги. Но этого никогда не будет, —
человечество выродится, и от
гения не останется и следа.
Доктора и добрые родственники в конце концов сделают то, что
человечество отупеет, посредственность будет считаться
гением и цивилизация погибнет.
Редко, и то у высших
гениев поэзии, являлась чистая любовь к
человечеству, не возмущаемая интересами партий.
В подтверждение своих взглядов они указывают на великие поэмы первых веков
человечества, на поэзию индийскую, еврейскую, греческую и на продолжение их в творениях величайших
гениев новых времен.
В эпоху, близкую к нашей, другой
гений той же нации, называемый обыкновенно ненавистником
человечества, сказал пророчески, что «пройдет на земле царство меча и невозможны будут поработители».
Очевидная преувеличенность этой оценки убедительнее всего показывает то, что оценка эта есть последствие не здравого рассуждения, а внушения. Чем ничтожнее, ниже, бессодержательнее явление, если только оно стало объектом внушения, тем больше ему приписывается сверхъестественное, преувеличенное значение. Папа не просто святой, а святейший и т. п. — Шекспир не просто хороший писатель, но величайший
гений, вечный учитель
человечества.
Если бы кто-нибудь стал превозносить Станкевича выше меры, стал бы уверять, что он был главою кружка, что от него заимствовано все, что было хорошего у его друзей; если бы кто-нибудь стал приписывать великое, мировое значение его беседам с друзьями и возводить его в
гении и благодетели
человечества; тогда, конечно, было бы отчего в отчаянье прийти и даже, пожалуй, ожесточиться.
— Это талант! Нет, это — необыкновенный талант!
Человечество многое теряет, что не старается понять его! Но как мы, ничтожные, счастливы, что живем под одной крышей с таким
гением!
Если допустить, как то делают историки, что великие люди ведут
человечество к достижению известных целей, состоящих или в величии России или Франции, или в равновесии Европы, или в разнесении идей революции, или в общем прогрессе, или в чем бы то ни было, то невозможно объяснить явлений истории без понятий о случае и о
гении.