Неточные совпадения
Доносы на Чичикова, на подложность последнего завещания, доносы на подложность и первого завещания, улики
в покраже и
в утаении
сумм.
На другой же день пугнул он всех до одного, потребовал отчеты, увидел недочеты, на каждом шагу недостающие
суммы, заметил
в ту же минуту дома красивой гражданской архитектуры, и пошла переборка.
Нельзя, однако же, сказать, чтобы природа героя нашего была так сурова и черства и чувства его были до того притуплены, чтобы он не знал ни жалости, ни сострадания; он чувствовал и то и другое, он бы даже хотел помочь, но только, чтобы не заключалось это
в значительной
сумме, чтобы не трогать уже тех денег, которых положено было не трогать; словом, отцовское наставление: береги и копи копейку — пошло впрок.
Так проводили жизнь два обитателя мирного уголка, которые нежданно, как из окошка, выглянули
в конце нашей поэмы, выглянули для того, чтобы отвечать скромно на обвиненье со стороны некоторых горячих патриотов, до времени покойно занимающихся какой-нибудь философией или приращениями на счет
сумм нежно любимого ими отечества, думающих не о том, чтобы не делать дурного, а о том, чтобы только не говорили, что они делают дурное.
Например, затеявши какое-нибудь благотворительное общество для бедных и пожертвовавши значительные
суммы, мы тотчас
в ознаменование такого похвального поступка задаем обед всем первым сановникам города, разумеется, на половину всех пожертвованных
сумм; на остальные нанимается тут же для комитета великолепная квартира, с отоплением и сторожами, а затем и остается всей
суммы для бедных пять рублей с полтиною, да и тут
в распределении этой
суммы еще не все члены согласны между собою, и всякий сует какую-нибудь свою куму.
— Нет, что ж за куш пятьдесят? Лучше ж
в эту
сумму я включу тебе какого-нибудь щенка средней руки или золотую печатку к часам.
«Нет, я не так, — говорил Чичиков, очутившись опять посреди открытых полей и пространств, — нет, я не так распоряжусь. Как только, даст Бог, все покончу благополучно и сделаюсь действительно состоятельным, зажиточным человеком, я поступлю тогда совсем иначе: будет у меня и повар, и дом, как полная чаша, но будет и хозяйственная часть
в порядке. Концы сведутся с концами, да понемножку всякий год будет откладываться
сумма и для потомства, если только Бог пошлет жене плодородье…» — Эй ты — дурачина!
— Уму непостижимо! — сказал он, приходя немного
в себя. — Каменеет мысль от страха. Изумляются мудрости промысла
в рассматриванье букашки; для меня более изумительно то, что
в руках смертного могут обращаться такие громадные
суммы! Позвольте предложить вам вопрос насчет одного обстоятельства; скажите, ведь это, разумеется, вначале приобретено не без греха?
В наследстве оказались четыре заношенные безвозвратно фуфайки, два старых сертука, подбитых мерлушками, и незначительная
сумма денег.
— Так-с. Ну-с, так имейте
в виду-с; а теперь благоволите принять, для интересов вашей родственницы, на первый случай, посильную
сумму от меня лично. Весьма и весьма желаю, чтоб имя мое при сем не было упомянуто. Вот-с… имея, так сказать, сам заботы, более не
в состоянии…
Да и уж с год будет, как Марфа Петровна
в именины мои мне и документ этот возвратила, да еще вдобавок примечательную
сумму подарила.
Утром сегодня я разменял, для своих надобностей, несколько пятипроцентных билетов, на
сумму, номинально,
в три тысячи рублей.
Шел напрямик без дальней думы,
С его женой и с ним пускался
в реверси,
Ему и ей какие
суммыСпустил, что боже упаси!
Мрачились их дни, но ненадолго. Неудачи
в делах, утрата значительной
суммы денег — все это едва коснулось их. Это стоило им лишних хлопот, разъездов, потом скоро забылось.
— А ты тем временем вот что сделаешь, кум, — продолжал Тарантьев, — ты выведи какие-нибудь счеты, какие хочешь, за дрова, за капусту, ну, за что хочешь, благо Обломов теперь передал куме хозяйство, и покажи
сумму в расход. А Затертый, как приедет, скажем, что привез оброчных денег столько-то и что
в расход ушли.
Подарок! А у него двести рублей
в кармане! Если деньги и пришлют, так к Рождеству, а может быть, и позже, когда продадут хлеб, а когда продадут, сколько его там и как велика
сумма выручена будет — все это должно объяснить письмо, а письма нет. Как же быть-то? Прощай, двухнедельное спокойствие!
Потом, когда он получил деньги из деревни, братец пришли к нему и объявили, что ему, Илье Ильичу, легче будет начать уплату немедленно из дохода; что года
в три претензия будет покрыта, между тем как с наступлением срока, когда документ будет подан ко взысканию, деревня должна будет поступить
в публичную продажу, так как
суммы в наличности у Обломова не имеется и не предвидится.
— Нет, нет, Боже сохрани! Все испортишь, кум: скажет, что принудили, пожалуй, упомянет про побои, уголовное дело. Нет, это не годится! А вот что можно; предварительно закусить с ним и выпить; он смородиновку-то любит. Как
в голове зашумит, ты и мигни мне: я и войду с письмецом-то. Он и не посмотрит
сумму, подпишет, как тогда контракт, а после поди, как у маклера будет засвидетельствовано, допрашивайся! Совестно будет этакому барину сознаваться, что подписал
в нетрезвом виде; законное дело!
Уж
сумма вся исполнилась,
А щедрота народная
Росла: — Бери, Ермил Ильич,
Отдашь, не пропадет! —
Ермил народу кланялся
На все четыре стороны,
В палату шел со шляпою,
Зажавши
в ней казну.
Сдивилися подьячие,
Позеленел Алтынников,
Как он сполна всю тысячу
Им выложил на стол!..
Не волчий зуб, так лисий хвост, —
Пошли юлить подьячие,
С покупкой поздравлять!
Да не таков Ермил Ильич,
Не молвил слова лишнего.
Копейки не дал им!
В расходной книге у казначея записано: по предложению его высокопревосходительства дано курьеру Н. Н., отправленному
в С.-П. с наинужнейшими донесениями, прогонных денег
в оба пути на три лошади из экстраординарной
суммы… Книга казначейская пошла на ревизию, но устерсами не пахнет.
Левин был удивлен, что об этом так долго спорили,
в особенности потому, что, когда он спросил у Сергея Ивановича, предполагает ли он, что
суммы растрачены, Сергей Иванович отвечал...
Комиссия, которой поручено было поверить
суммы, доложила собранию, что
суммы были все
в целости.
Губернский предводитель,
в руках которого по закону находилось столько важных общественных дел, — и опеки (те самые, от которых страдал теперь Левин), и дворянские огромные
суммы, и гимназии женская, мужская и военная, и народное образование по новому положению, и наконец земство, — губернский предводитель Снетков был человек старого дворянского склада, проживший огромное состояние, добрый человек, честный
в своем роде, но совершенно не понимавший потребностей нового времени.
Но
в это время один дворянин из партии Сергея Ивановича сказал, что он слышал, что комиссия не поверяла
сумм, считая поверку оскорблением губернскому предводителю.
— Хлопоты у меня большие с мужиками
в нынешнем году, — продолжал Николай Петрович, обращаясь к сыну. — Не платят оброка. [Оброк — более прогрессивная по сравнению с барщиной денежная форма эксплуатации крестьян. Крестьянин заранее «обрекался» дать помещику определенную
сумму денег, и тот отпускал его из имения на заработки.] Что ты будешь делать?
С голоду умру, а Малек-Аделя не отдам!» Волновался он очень и даже задумывался; но тут судьба —
в первый и
в последний раз — сжалилась над ним, улыбнулась ему: какая-то дальняя тетка, самое имя которой было неизвестно Чертопханову, оставила ему по духовному завещанию
сумму, огромную
в его глазах, целых две тысячи рублей!
Дела у него — запутаны, и предупреждаю — репутация неважная: гонорары — берет, но дважды пропустил сроки апелляции, и
в одном случае пришлось уплатить клиенту
сумму его иска: совет, рассмотрев жалобу клиента, признал иск бесспорным.
— Наши дни — не время для расширения понятий. Мы кружимся пред необходимостью точных формулировок, общезначимых, объективных. Разумеется, мы должны избегать опасности вульгаризировать понятия. Мы единодушны
в сознании необходимости смены власти, эго уже — много. Но действительность требует еще более трудного — единства, ибо
сумма данных обстоятельств повелевает нам отчислить и утвердить именно то, что способно объединить нас.
— Мы почти уже колония. Металлургия наша на 67 процентов
в руках Франции,
в деле судостроения французский капитал имеет 77 процентов. Основной капитал всех банков наших 585 миллионов, а иностранного капитала
в них 434;
в этой — последней —
сумме 232 миллиона — французских.
— Правду говорю, Григорий, — огрызнулся толстяк, толкая зятя ногой
в мягком замшевом ботинке. — Здесь иная женщина потребляет
в год товаров на
сумму не меньшую, чем у нас население целого уезда за тот же срок. Это надо понять! А у нас дама, порченная литературой, старается жить, одеваясь
в ризы мечты, то воображает себя Анной Карениной, то сумасшедшей из Достоевского или мадам Роллан, а то — Софьей Перовской. Скушная у нас дама!
— Был на закрытом докладе Озерова. Думцы. Редактора. Папаша Суворин и прочие, иже во святых. Промышленники, по производствам, связанным с сельским хозяйством, — настроены празднично. А пшеница
в экспорт идет по 91 копейке,
в восьмом году продавали по рубль двадцать. — Он вытащил из кармана записную книжку и прочитал: — «
В металлургии капитал банков 386 миллионов из общей
суммы 439,
в каменноугольной — 149 из 199». Как это понимать надо?
— Национальное имущество России исчисляется
суммой 120 миллиардов, если не ошибаюсь.
В это имущество надо включить изношенные заводы Урала и такие предметы, как, например, сверлильный станок 1845 ‹года› и паровой молот 1837, работающие
в екатеринбургских железнодорожных мастерских…
А между тем отцу его
в той же доверенности по случаю заплаты всей
суммы владеть тем покупным у него имением и распоряжаться впредь до совершения оной крепости, как настоящему владельцу, и ему, продавцу Троекурову, впредь и никому
в то имение уже не вступаться.
Грэй пробыл
в замке семь дней; на восьмой день, взяв крупную
сумму денег, он вернулся
в Дубельт и сказал капитану Гопу: «Благодарю.
Месяца три назад хозяйственные дела молодой матери были совсем плохи. Из денег, оставленных Лонгреном, добрая половина ушла на лечение после трудных родов, на заботы о здоровье новорожденной; наконец потеря небольшой, но необходимой для жизни
суммы заставила Мери попросить
в долг денег у Меннерса. Меннерс держал трактир, лавку и считался состоятельным человеком.
Грэй дал еще денег. Музыканты ушли. Тогда он зашел
в комиссионную контору и дал тайное поручение за крупную
сумму — выполнить срочно,
в течение шести дней.
В то время, как Грэй вернулся на свой корабль, агент конторы уже садился на пароход. К вечеру привезли шелк; пять парусников, нанятых Грэем, поместились с матросами; еще не вернулся Летика и не прибыли музыканты;
в ожидании их Грэй отправился потолковать с Пантеном.
Решили: излишек
в экономии от вина приложить к
сумме, определенной на библиотеку.
Но как весь привоз товаров
в колонию простирался на
сумму около 1 1/2 миллиона фунт. ст., и именно:
в 1851 году через Капштат, Саймонстоун, порты Елизабет и Восточный Лондон привезено товаров на 1 277 045 фунт. ст.,
в 1852 г. на 1 675 686 фунт. ст., а вывезено через те же места
в 1851 г. на 637 282,
в 1852 г. на 651 483 фунт. ст., и таможенный годовой доход составлял
в 1849 г. 84 256,
в 1850 г. 102 173 и 1851 г. 111 260 фунт. ст., то нельзя и из этого заключить, чтобы англичане чересчур эгоистически заботились о своих выгодах, особенно если принять
в соображение, что большая половина товаров привозится не на английских, а на иностранных судах.
Тридцать пять лет назад
в целый Китай привозилось европейцами товаров всего на
сумму около пятнадцати миллионов серебром.
Впрочем,
в 1837 году некоторые налоги были отменены, например налог с дохода, с слуг, также с некоторых продуктов. Многие ошибочно думают, что вообще колонии, и
в том числе капская, доходами своими обогащают британскую казну; напротив, последняя сама должна была тратить огромные
суммы.
Следовательно, ежели человек, произведший
в свою пользу отчуждение на
сумму в несколько миллионов рублей, сделается впоследствии даже меценатом [Мецена́т — покровитель искусств.] и построит мраморный палаццо,
в котором сосредоточит все чудеса науки и искусства, то его все-таки нельзя назвать искусным общественным деятелем, а следует назвать только искусным мошенником.
В этом случае грозящая опасность увеличивается всею
суммою неприкрытости,
в жертву которой,
в известные исторические моменты, кажется отданною жизнь…
Масса, с тайными вздохами ломавшая дома свои, с тайными же вздохами закопошилась
в воде. Казалось, что рабочие силы Глупова сделались неистощимыми и что чем более заявляла себя бесстыжесть притязаний, тем растяжимее становилась
сумма орудий, подлежащих ее эксплуатации.
Сумма же краденого была незначительная, и он вскорости всю эту
сумму, и даже гораздо большую, пожертвовал на учредившуюся у нас
в городе богадельню.
— Это вы все потом, потом! — замахала на него рукой
в свою очередь госпожа Хохлакова, — да и все, что бы вы ни сказали, я знаю все наперед, я уже говорила вам это. Вы просите какой-то
суммы, вам нужны три тысячи, но я вам дам больше, безмерно больше, я вас спасу. Дмитрий Федорович, но надо, чтобы вы меня послушались!
— Вполне последую вашим благоразумным советам, — ввязался вдруг прокурор, обращаясь к Мите, — но от вопроса моего, однако, не откажусь. Нам слишком существенно необходимо узнать, для чего именно вам понадобилась такая
сумма, то есть именно
в три тысячи?
— Да вот что вы сейчас сказали, —
в удивлении смотрел на него Николай Парфенович, — то есть что вы до самого последнего часа все еще располагали идти к госпоже Верховцевой просить у нее эту
сумму… Уверяю вас, что это очень важное для нас показание, Дмитрий Федорович, то есть про весь этот случай… и особенно для вас, особенно для вас важное.
Была бы
в кармане моем такая
сумма, и меня бы здесь давно не было.
Но так как он все-таки до призыва свидетелей-мужиков
в находке ста рублей отрицался, то и показание его о возврате
суммы хмельному Мите, естественно, подверглось большому сомнению.
С другой стороны — непонятное, упорное и почти ожесточенное умолчание ваше насчет происхождения денег, вдруг появившихся
в ваших руках, тогда как еще за три часа до этой
суммы вы, по собственному показанию, заложили пистолеты ваши, чтобы получить только десять рублей!