Неточные совпадения
До деревни было сажен полтораста, она вытянулась по течению узенькой речки, с мохнатым кустарником на берегах; Самгин хорошо видел все, что творится
в ней, видел, но не понимал. Казалось ему, что толпа идет торжественно, как за крестным ходом, она даже сбита
в пеструю кучу теснее, чем вокруг икон и хоругвей. Ветер лениво гнал шумок
в сторону Самгина, были слышны даже отдельные голоса, и особенно разрушал слитный
гул чей-то пронзительный крик...
Удар грома пошатнул его, он отступил на шаг
в сторону, вытирая виски платком, мигая, — зал наполнился
гулом, ноющей дрожью стекол
в окнах, а поверенный Марины, подскочив на стуле, довольно внятно пробормотал...
По улицам, прохладным и влажным еще с левой
стороны,
в тени, и высохшим посередине, не переставая гремели по мостовой тяжелые воза ломовых, дребезжали пролетки, и звенели конки. Со всех
сторон дрожал воздух от разнообразного звона и
гула колоколов, призывающих народ к присутствованию при таком же служении, какое совершалось теперь
в тюрьме. И разряженный народ расходился каждый по своему приходу.
В один из первых вечеров, когда мы сидели
в столовой за чаем, со
стороны пруда послышался странный
гул.
Сердце его разрывалось от этого звона, но он стал прислушиваться к нему с любовью, как будто
в нем звучало последнее прощание Елены, и когда мерные удары, сливаясь
в дальний
гул, замерли наконец
в вечернем воздухе, ему показалось, что все родное оторвалось от его жизни и со всех
сторон охватило его холодное, безнадежное одиночество…
Двоеточие. А я рад, что вы со мной едете. Городишко у нас маленький, красивый; кругом лес, река… Дом у меня огромный — десять комнат.
В одной кашлянешь — по всем
гул идет. Зимой, когда вьюга воет, очень гулко
в комнатах. Н-да! (Соня быстро идет с правой
стороны.)
В юности, понимаете, одиночество полезно человеку… а вот под старость лучше вдвоем, хо-хо! А, озорница!.. Прощайте!
Шампанское, истребляемое дюжинами, оказывало свое действие: сплошной
гул стоял
в павильоне, и произносившему тост приходилось каждый раз, прежде чем начать говорить, долго и тщетно стучать ножом по стакану.
В стороне, на отдельном маленьком столике, красавец Миллер приготовлял
в большой серебряной чаше жженку… Вдруг опять поднялся Квашнин, на лице его играла добродушно-лукавая улыбка.
Бойня находилась за кладбищем, и раньше я видел ее только издали. Это были три мрачных сарая, окруженные серым забором, от которых, когда дул с их
стороны ветер, летом
в жаркие дни несло удушливою вонью. Теперь, войдя во двор,
в потемках я не видел сараев; мне все попадались лошади и сани, пустые и уже нагруженные мясом; ходили люди с фонарями и отвратительно бранились. Бранились и Прокофий и Николка так же гадко, и
в воздухе стоял непрерывный
гул от брани, кашля и лошадиного ржанья.
Вечерняя заря догорала, окрашивая гряды белых облаков розовым золотом; стрелки елей и пихт купались
в золотой пыли; где-то
в густой осоке звонко скрипел коростель; со
стороны прииска наносило запахом гари и нестройным
гулом разнородных звуков.
Природа оцепенела; дом со всех
сторон сторожит сад, погруженный
в непробудный сон; прислуга забралась на кухню, и только смутный
гул напоминает, что где-то далеко происходит галдение, выдающее себя за жизнь;
в барских покоях ни шороха; даже мыши — и те беззвучно перебегают из одного угла комнаты
в другой.
Майская чудная ночь смотрела
в окно своим мягким душистым сумраком и тысячью тысяч своих звезд отражалась
в расстилавшейся перед нашими глазами, точно застывшей поверхности небольшого заводского пруда; где-то далеко-далеко лаяла собака, обрывками доносилась далекая песня, слышался глухой
гул со
стороны заводской фабрики, точно там шевелилось какое-то скованное по рукам и ногам чудовище, — все эти неясные отрывистые звуки чутко отзывались
в дремлющем воздухе и ползли
в нашу комнату вместе с холодной струей ночного воздуха, веявшего на нас со
стороны пруда.
В тихие безветренные утра, ранней весной или осенью, со
стороны города приносился звон церквей и мягкий
гул езды, а
в остальное время было тихо — тише, чем
в самой деревне, где лают собаки, поют петухи и кричат дети.
Задыхаясь, бежим. Ветер толкает нас
в спины, осыпая нас тревожным криком, заливчатым лаем собак и глухим
гулом чугунного била. Проснулась деревня, но кажется, что она боязливо отходит
в сторону, удаляется от мельницы.
Заинтересовало это меня: слыхал я об этих леших, — слыхал много, а на опыте сам не имел. Вышел я из своего логовища к калитке, и точно-с, на удивление:
гул такой, что я бы не поверил, если бы не своими ушами слышал: то ржет, например, как трехгодовалый жеребенок, то вдруг захохочет, как человек, то перекликаться, аукаться начнет, потом
в ладоши захлопает, а по заре, знаете, так во все
стороны и раздается.
— Она моя невеста… Ага-наиб, не беспокойся за дочь! — обернулся он
в сторону моего дедушки, — Гуль-Гуль будет счастлива с Керимом. — И, дав шпоры коню, он умчался прочь от сакли наиба по узкой тропинке, ежеминутно рискуя сверзиться
в бездну или разбить голову о придорожные скалы.
Срывая и крутя перед собой гребешки волн, рассыпающихся водяной пылью, шквал с грозным
гулом напал на корвет, окутав его со всех
сторон мглой. Страшный тропический ливень стучит на палубе и на стекле люков. Яростно шумит он
в рангоуте и во вздувшихся снастях, кладет корвет набок, так что подветренный борт почти чертит воду и мчит его с захватывающей дух быстротой несколько секунд. Кругом одна белеющая, кипящая пена.
— Нет, — вмешалась
Гуля Рамкина, самая степенная из старшеотделенок, — я видела, он
в стороне держался,
в бинокль все глядел на крепость, пока они сговаривались. А потом только, после всего подошел.
При этих словах все поднялось, взмешалось, и кто бежал к двери, кто бросался к окнам; а
в окна чрез двойные рамы врывался сплошной
гул, и во тьме, окружающей дом, плыло большое огненное пятно, от которого то
в ту, то
в другую
сторону отделялись светлые точки. Невозможно было понять, что это такое. Но вот все это приближается и становится кучей народа с фонарями и пылающими головнями и сучьями
в руках.
В длинном коридоре, по обе
стороны которого шли классы, было шумно и весело.
Гул смеха и говора доносился до лестницы, но лишь только мы появились
в конце коридора, как тотчас же воцарилась мертвая тишина.
— Василий Иваныч! — предложил ему Хрящев, весь
в копоти и дыме, под треском и
гулом, — позвольте зажечь с этой
стороны? Огонь огнем остановить — одно средство.
С четверть часа шли они «скрозь», держались чуть заметной тропки и попадали
в чащу. Обоим был люб крепнувший
гул заказника. С одной
стороны неба тучи сгустились. Справа еще оставалась полоса чистой лазури. Кусты чернолесья местами заслоняли им путь. На концах свислых еловых ветвей весенняя поросль ярко-зеленым кружевом рассыпалась по старой синеющей хвое.
Прислуга расступилась. Антонов отбежал
в сторону, чтобы видеть полет снаряда, трубка вспыхнула, и зазвенела медь.
В то же мгновение нас обдало пороховым дымом, и из поразительного
гула выстрела отделился металлический, жужжащий, с быстротою молнии удалявшийся звук полета, посреди всеобщего молчания замерший
в отдалении.
Он сидел
в своем кресле перед столом, заваленным книгами, и не исчез, как тогда, но остался. Сквозь опущенные драпри
в комнату пробивался красноватый свет, но ничего не освещал, и он был едва виден. Я сел
в стороне от него на диване и начал ждать.
В комнате было тихо, а оттуда приносился ровный
гул, трещание чего-то падающего и отдельные крики. И они приближались. И багровый свет становился все сильнее, и я уже видел
в кресле его: черный, чугунный профиль, очерченный узкой красною полосой.
Длинная,
в целый манеж, зала с пролетными арками
в обе
стороны наполнена
гулом голосов, ходьбой, щелканьем счетов, скрипом перьев.
И как мне жаль, что он умер, и как я рад, что он жив опять!» С одной
стороны стола сидели Анатоль, Долохов, Несвицкой, Денисов и другие такие же (категория этих людей так же ясно была во сне определена
в душе Пьера, как и категория тех людей, которых он называл они), и эти люди, Анатоль, Долохов, громко кричали, пели; но из-за их крика слышен был голос благодетеля, неумолкаемо говоривший, и звук его слов был так же значителен и непрерывен, как
гул поля сраженья, но он был приятен и утешителен.
— Урра! Урра! Урра! — гремело со всех
сторон, и один полк за другим принимал государя звуками генерал-марша; потом «урра!…» генерал-марш и опять «урра!» и «урра!!», которые, всё усиливаясь и прибывая, сливались
в оглушительный
гул.
Стягин искренно любовался. Волны медного
гула, шедшего сверху, настраивали его особенно. Он оглянулся на ту
сторону храма, где главные двери. Народ понемногу собирался к службе, почти только простой люд — мещанки
в белых шелковых платках, чуйки мастеровых, кое-когда купеческая хорьковая шуба.
Со всех
сторон слышны были шаги и говор проходивших, проезжавших и кругом размещавшейся пехоты. Звуки голосов, шагов и переставляемых
в грязи лошадиных копыт, ближний и дальний треск дров сливались
в один колеблющийся
гул.