Неточные совпадения
И вот ввели
в семью чужую…
Да ты не слушаешь меня…» —
«Ах, няня, няня, я тоскую,
Мне тошно, милая моя:
Я плакать, я рыдать готова!..» —
«Дитя мое, ты нездорова;
Господь помилуй и спаси!
Чего ты хочешь, попроси…
Дай окроплю святой водою,
Ты вся горишь…» — «Я не больна:
Я… знаешь, няня… влюблена».
«Дитя мое, Господь с тобою!» —
И няня девушку с
мольбойКрестила дряхлою
рукой.
— Ох, нет!.. Бог этого не попустит! — вырвалось, наконец, из стесненной груди у Сони. Она слушала, с
мольбой смотря на него и складывая
в немой просьбе
руки, точно от него все и зависело.
— Замучаешься, замучаешься, — повторяла она,
в отчаянной
мольбе простирая к нему
руки.
Кити держала ее за
руку и с страстным любопытством и
мольбой спрашивала ее взглядом: «Что же, что же это самое важное, что дает такое спокойствие? Вы знаете, скажите мне!» Но Варенька не понимала даже того, о чем спрашивал ее взгляд Кити. Она помнила только о том, что ей нынче нужно еще зайти к М-me Berthe и поспеть домой к чаю maman, к 12 часам. Она вошла
в комнаты, собрала ноты и, простившись со всеми, собралась уходить.
Но злаков на полях все не прибавлялось, ибо глуповцы от бездействия весело-буйственного перешли к бездействию мрачному. Напрасно они воздевали
руки, напрасно облагали себя поклонами, давали обеты, постились, устраивали процессии — бог не внимал
мольбам. Кто-то заикнулся было сказать, что"как-никак, а придется
в поле с сохою выйти", но дерзкого едва не побили каменьями, и
в ответ на его предложение утроили усердие.
— Сударыня, — вскочил наконец Митя, складывая пред ней
руки ладонями
в бессильной
мольбе, — вы меня заставите заплакать, сударыня, если будете откладывать то, что так великодушно…
— Ваше превосходительство, ваше превосходительство… неужели?.. — начал было он и не договорил, а лишь всплеснул
руками в отчаянии, хотя все еще с последнею
мольбой смотря на доктора, точно
в самом деле от теперешнего слова доктора мог измениться приговор над бедным мальчиком.
Вера бросилась к окнам и жадно вглядывалась
в это странствие бабушки с ношей «беды». Она успела мельком уловить выражение на ее лице и упала
в ужасе сама на пол, потом встала, бегая от окна к окну, складывая вместе
руки и простирая их, как
в мольбе, вслед бабушке.
Лебедев даже
руки сложил, как бы
в мольбе.
— Она поймет, она поймет! — бормотал князь, складывая
в мольбе свои
руки, — она поймет, что всё это не то, а совершенно, совершенно другое!
Она взяла его за
руку и — опять полилась нежная, пламенная речь,
мольбы, слезы. Он ни взглядом, ни словом, ни движением не обнаружил сочувствия, — стоял точно деревянный, переминаясь с ноги на ногу. Его хладнокровие вывело ее из себя. Посыпались угрозы и упреки. Кто бы узнал
в ней кроткую, слабонервную женщину? Локоны у ней распустились, глаза горели лихорадочным блеском, щеки пылали, черты лица странно разложились. «Как она нехороша!» — думал Александр, глядя на нее с гримасой.
— Мы любим друг друга… — продолжал Хвостов, и
в голосе его была такая
мольба по адресу матери, не разрушать даже, малейшим колебанием его счастья, что старуха торжественно подняла
руки.
Записка, бывшая
в руке Талечки, очутилась у Андрея Павловича. Это случилось так неожиданно для нее, что вся кровь бросилась ей
в голову и даже слезы навернулись на ее глазах. Последние так умоляюще посмотрели на Кудрина,
в них было столько красноречивой
мольбы, что он ответил
в конец сконфуженной девушке добродушной улыбкой и взглядом, которым очень выразительно повел
в сторону Зарудина.
Удачная операция, а тем более ряд таких операций, кружат головы, и
в руки счастливого дельца стекаются громадные суммы, приносимые добровольно, чуть не с
мольбою.
Я едва верил глазам своим. Кровь бросилась
в голову старика и залила его щеки; он вздрогнул. Анна Андреевна стояла, сложив
руки, и с
мольбою смотрела на него. Лицо ее просияло светлою, радостною надеждою. Эта краска
в лице, это смущение старика перед нами… да, она не ошиблась, она понимала теперь, как пропал ее медальон!
Затем, помню, я лежал на той же софе, ни о чем не думал и молча отстранял
рукой пристававшего с разговорами графа… Был я
в каком-то забытьи, полудремоте, чувствуя только яркий свет ламп и веселое, покойное настроение… Образ девушки
в красном, склонившей головку на плечо, с глазами, полными ужаса перед эффектною смертью, постоял передо мной и тихо погрозил мне маленьким пальцем… Образ другой девушки,
в черном платье и с бледным, гордым лицом, прошел мимо и поглядел на меня не то с
мольбой, не то с укоризной.
Не оставлю
Твоей
руки, пока
в мольбах и стонах
Не выскажу тебе, как ноет сердце,
Какой тоской душа больна.
В тоне голоса, которым произнесено было это двусложное, но великое слово: «отец»,
в выражении взгляда умирающего красноречиво читались
мольба о прощении и искреннее раскаяние. Старик не выдержал. Он склонил колена перед умирающим сыном, взял
в руки его голову с уже снова закрывшимися глазами и поцеловал его
в губы.
Юлия Сергеевна лениво поднялась и вышла, слегка прихрамывая, так как отсидела ногу.
В дверях показалась дама, худая, очень бледная, с темными бровями, одетая во все черное. Она сжала на груди
руки и проговорила с
мольбой...
И, еще раз поцеловав меня, он стремительно направился к выходу. Я видела, как удалялась его статная фигура, как он оглядывался назад, весь бледный, с судорожно подергивающимися губами, и только молча с
мольбою протянула к нему
руки. Он тоже оглянулся и
в ту же минуту был снова подле.
Начался смертельный бой. Поляки защищались, как львы. Битва продолжалась
в течение двенадцати часов. Кровь лилась рекой, стоны, вопли,
мольбы, проклятия и боевые крики стояли гулом, сопровождаемые барабанным боем, ружейной трескотней и пушечными выстрелами. На общую беду своих, многие, спрятавшиеся
в домах, стали оттуда стрелять, бросать каменьями и всем тяжелым, что попадалось под
руку. Это еще более усилило ярость солдат.
Она чувствовала себя столь преступною и виноватою, что ей оставалось только унижаться и просить прощения; а
в жизни теперь, кроме него, у нее никого не было, так что она и к нему обращала свою
мольбу о прощении. Она держала его
руки и не шевелилась. Да, эти поцелуи — то, что куплено этим стыдом. Да, и эта
рука —
рука моего сообщника. Она подняла эту
руку и поцеловала ее».
Кругом них мелькали
в воде утопающие, к ним тянулись
руки с
мольбой о помощи, их звал последний крик отчаяния; но они думали только о собственном спасении и отталкивали цеплявшиеся за них
руки, чтобы не утонуть самим
в бездонной глубине.
Как пробужденная от сна, вскочила Ольга, не веруя глазам своим; с минуту пристально вглядывалась
в лицо седого ловчего и наконец воскликнула с внезапным восторгом: «так он меня не забыл? так он меня любит? любит! он хочет бежать со мною, далеко, далеко…» — и она прыгала и едва не целовала шершавые
руки охотника, — и смеялась и плакала… «нет, — продолжала она, немного успокоившись, — нет! бог не потерпит, чтоб люди нас разлучили, нет, он мой, мой на земле и
в могиле, везде мой, я купила его слезами кровавыми,
мольбами, тоскою, — он создан для меня, — нет, он не мог забыть свои клятвы, свои ласки…»
Она поняла и поверила мне — это я видел по ее внезапной бледности и по тому, как она вдруг скрестила на груди
руки со страхом и
мольбой.
В мгновение
в ее памяти промелькнуло ее недавнее прошлое, она сообразила и с неумолимою ясностью увидела всю правду. Но
в то же время она вспомнила, что я лакей, низшее существо… Проходимец с всклокоченными волосами, с красным от жара лицом, быть может пьяный,
в каком-то пошлом пальто, грубо вмешался
в ее интимную жизнь, и это оскорбило ее. Она сказала мне сурово...
Челкаш, испуганный, изумленный и озлобленный, сидел на песке, откинувшись назад и упираясь
в него
руками, сидел, молчал и страшно таращил глаза на парня, уткнувшегося головой
в его колени и шептавшего, задыхаясь, свои
мольбы. Он оттолкнул его наконец, вскочил на ноги и, сунув
руку в карман, бросил
в Гаврилу бумажки.
Я стала молиться или, вернее, просить, всей душой и сердцем просить, умоляя помочь мне, отвести беду. С наивною и робкою
мольбою стояла я перед образом, судорожно сжимая
руки у самого подбородка, так что хрустели хрупкие маленькие пальцы. Судорога сжимала мне горло.
В груди закипали рыдания… Я зажимала губы, чтобы не дать вырваться крику исступления… Мои мысли твердили
в пылавшем мозгу: «Помоги, Боже, помоги, помоги мне! Я знаю только первые десять билетов!»
И она для большей убедительности с
мольбой сложила
руки на груди и смотрела на обезьянку. Обезьянка живо отставила горшок
в сторону и, сложив передние лапки, уставилась глазами на Тасю с таким же умоляющим выражением, очевидно, передразнивая девочку. Это было очень забавно, и Тася не могла не улыбнуться проделке проказницы, несмотря на переживаемые ею страхи. Но когда Коко снова принялась за еду, ей уже было не до смеха.
Сердце замирало у него,
руки тряслись, а грозный голос твердил: «Ты убийца! ты убийца!..» Колосов боялся оглянуться назад: вдруг он встретит глаза Тани и прочтет
в них
мольбу о спасении и слепую веру
в него?