Неточные совпадения
— А я именно хотел тебе прибавить, да ты перебил, что ты это очень хорошо давеча
рассудил, чтобы тайны и секреты эти не узнавать. Оставь до
времени, не беспокойся. Все в свое
время узнаешь, именно тогда, когда надо будет. Вчера мне один человек сказал, что надо воздуху человеку, воздуху, воздуху! Я хочу к нему сходить сейчас и узнать, что он под этим разумеет.
— Ничего не знаю, — очень равнодушно откликнулся Дмитрий. — Сначала переписывался с нею, потом оборвалось. Она что-то о боге задумалась одно
время, да, знаешь, книжно как-то. Там поморы о боге
рассуждают — заслушаешься.
Кабанова. Ишь, какие рацеи развел! Есть что послушать, уж нечего сказать! Вот времена-то пришли, какие-то учители появились. Коли старик так
рассуждает, чего уж от молодых-то требовать!
— Извольте-с, это дело должно объясниться и еще много к тому
времени впереди, но пока
рассудите: у нас, может быть, десятки свидетельств о том, что вы именно сами распространяли и даже кричали везде о трех тысячах, истраченных вами, о трех, а не о полутора, да и теперь, при появлении вчерашних денег, тоже многим успели дать знать, что денег опять привезли с собою три тысячи…
— Насчет бульонщика тоже повремените-с, а не ругаясь
рассудите сами, Григорий Васильевич.
Пораженная докторша
рассудила, пока есть еще
время, свезти Катерину в одно приспособленное к подобным случаям в нашем городке заведение у повивальной бабушки.
— Насчет подлеца повремените-с, Григорий Васильевич, — спокойно и сдержанно отразил Смердяков, — а лучше
рассудите сами, что раз я попал к мучителям рода христианского в плен и требуют они от меня имя Божие проклясть и от святого крещения своего отказаться, то я вполне уполномочен в том собственным рассудком, ибо никакого тут и греха не будет.
Рассуждая же в восходящем направлении (ανιόντες), скажем, что она не есть душа, или ум, не имеет ни фантазии, ни представления, ни слова, ни разумения; не высказывается и не мыслится; не есть число, или строй, или величина, или малость, или равенство, или неравенство, или сходство, или несходство; она не стоит и не движется, не покоится и не имеет силы, не есть сила или свет; не живет и не есть жизнь; не сущность, не вечность и не
время; не может быть доступна мышлению; не ведение, не истина; не царство и не мудрость; не единое, не единство (ένότης), не божество, не благость, не дух, как мы понимаем; не отцовство, не сыновство, вообще ничто из ведомого нам или другим сущего, не есть что-либо из не сущего или сущего, и сущее не знает ее как такового (ουδέ τα οντά γινώσκει αυτόν ή αΰθή εστίν), и она не знает сущего как такового; и она не имеет слова (ουδέ λόγος αυτής εστίν), ни имени, ни знания; ни тьма, ни свет; ни заблуждение, ни истина; вообще не есть ни утверждение (θέσις), ни отрицание (αφαίρεσις); делая относительно нее положительные и отрицательные высказывания (των μετ αύτη'ν θέσεις καί οίραιρε'σεις ποιούντες), мы не полагаем и не отрицаем ее самой; ибо совершенная единая причина выше всякого положения, и начало, превосходящее совершенно отрешенное от всего (абсолютное) и для всего недоступное, остается превыше всякого отрицания» (καί υπέρ πασαν αφαίρεσιν ή υπεροχή των πάντων απλώς οίπολελυμένου και έιε' κείνα των όλων) (de mystica theologia, cap.
С той поры между мной и Дмитрием Нехлюдовым установились довольно странные, но чрезвычайно приятные отношения. При посторонних он не обращал на меня почти никакого внимания; но как только случалось нам быть одним, мы усаживались в уютный уголок и начинали
рассуждать, забывая все и не замечая, как летит
время.
Надо признаться, что ему везло-таки счастье, так что он, уж и не говоря об интересной болезни своей, от которой лечился в Швейцарии (ну можно ли лечиться от идиотизма, представьте себе это?!!), мог бы доказать собою верность русской пословицы: «Известному разряду людей — счастье!»
Рассудите сами: оставшись еще грудным ребенком по смерти отца, говорят, поручика, умершего под судом за внезапное исчезновение в картишках всей ротной суммы, а может быть, и за пересыпанную с излишком дачу розог подчиненному (старое-то
время помните, господа!), наш барон взят был из милости на воспитание одним из очень богатых русских помещиков.
Хоть дело и не бесконечно важное, но я
рассудил, что мне нужно кое в чем откровеннейшим образом объясниться с вами, и не пропуская
времени, то есть до отъезда.
Когда мельник Ермилыч заслышал о поповской помочи, то сейчас же отправился верхом в Суслон. Он в последнее
время вообще сильно волновался и начинал не понимать, что делается кругом. Только и радости, что поговорит с писарем. Этот уж все знает и всякое дело может
рассудить. Закон-то вот как выучил… У Ермилыча было страстное желание еще раз обругать попа Макара, заварившего такую кашу. Всю округу поп замутил, и никто ничего не знает, что дальше будет.
—
Рассуди, однако. Кабы ничего не готовилось, разве позволило бы начальство вслух об таких вещах говорить? Вспомни-ка. Ведь в прежнее
время за такие речи ссылали туда, где Макар телят не гонял, а нынче всякий пащенок рот разевает: волю нужно дать, волю! А начальство сидит да по головке гладит!
Заварили майорский чай, и, несмотря на отвычку, все с удовольствием приняли участие в чаепитии. Майор пил пунш за пуншем, так что Калерии Степановне сделалось даже жалко. Ведь он ни чаю, ни рому назад не возьмет — им бы осталось, — и вдруг, пожалуй, всю бутылку за раз выпьет! Хоть бы на гогель-могель оставил! А Клобутицын продолжал пить и в то же
время все больше и больше в упор смотрел на Машу и про себя
рассуждал...
Словом сказать, мы целый час провели и не заметили, как
время прошло. К сожалению, раздалось призывное: pst! — и Струнников стремительно вскочил и исчез. Мы, с своей стороны, покинули Эвиан и, переезжая на пароходе,
рассуждали о том, как приятно встретить на чужбине соотечественника и какие быстрые успехи делает Россия, наглядно доказывая, что в качестве «гарсонов» сыны ее в грязь лицом не ударят.
Обучался он живописи в Суздале, потом ходил некоторое
время по оброку и работал по монастырям; наконец матушка
рассудила, что в четырех-пяти церквах, которые находились в разных ее имениях, и своей работы достаточно.
Так я и
рассудил: до поры до
времени пусть ее погостит у тебя, дурь-то пока из головы у ней выйдет…
«Посмотрю, что будет, —
рассуждал я, — во всяком случае я связываюсь с ними только на
время, может быть, на самое малое.
Главное,
времени у нас не оставалось ни капли, даже чтоб
рассудить.
Рассуждая теперь беспристрастно, я должен сказать, что Прасковья Ивановна была замечательная, редкая женщина и что явление такой личности в то
время и в той среде, в которой она жила, есть уже само по себе изумительное явление.
А вот я лучше приду к нему в воскресный день утром: он после канунешной субботы будет косить глазом и заспавшись, так ему нужно будет опохмелиться, а жена денег не даст, а в это
время я ему гривенничек и того, в руку, он и будет сговорчивее и шинель тогда и того…» Так
рассудил сам с собою Акакий Акакиевич, ободрил себя и дождался первого воскресенья, и, увидев издали, что жена Петровича куда-то выходила из дому, он прямо к нему.
— Нехороша, ваше превосходительство, — еще покорнее
рассуждал Саренко, — точно, водка она безвредная, но не во всякое
время, — и, поставив графин с рябиновой, взялся за другой.
— Да так, у нашего частного майора именинишки были, так там его сынок
рассуждал. «Никакой, говорит, веры не надо. Еще, говорит, лютареву ересь одну кое
время можно попотерпеть, а то, говорит, не надыть никакой». Так вот ты и говори: не то что нашу, а и вашу-то, новую, и тое под сокрытие хотят, — добавил, смеясь, Канунников. — Под лютареву ересь теперича всех произведут.
— Перед мужем все обнаружится, а то, если
рассуждать по-твоему, вслух, так, пожалуй, многие и век в девках просидят. Есть дуры, что прежде
времени обнаруживают то, что следовало бы прятать да подавлять, ну, зато после слезы да слезы: не расчет!
Он
рассуждал о страстях верно, но не признавал над собой их власти, даже смеялся над ними, считая их ошибками, уродливыми отступлениями от действительности, чем-то вроде болезней, для которых со
временем явится своя медицина.
После бессонной ночи он находился в состоянии ошеломления, точно его опоили чем-то сладким и усыпляющим; на душе было туманно, но радостно, тепло, и в то же
время в голове какой-то холодный, тяжелый кусочек
рассуждал...
— У меня с господином Тулузовым есть свое небольшое дело, и я просил бы вас, почтеннейший Иван Петрович, перейти на короткое
время в гостиную: я в несколько минут переговорю с господином Тулузовым, а потом и вас снова приглашу сюда, чтобы
рассудить о предполагаемом дворянском пансионе.
Во все это
время Клавская решительно не обращала никакого внимания на танцующего с нею кавалера — какого-то доморощенного юношу — и беспрестанно обертывалась к графу, громко с ним разговаривала,
рассуждала и явно старалась представить из себя царицу бала.
«Хорошо тебе, старому черту,
рассуждать о бескорыстии, когда у тебя с лишком тысяча душ!» — подумала она, но вслух ничего не произнесла, а, напротив, до поры до
времени постаралась как можно дальше спрятать в душе своей волновавшие ее чувствования.
Другая бы мать давно этакого молодца в суздаль-монастырь упекла!" —
рассуждает сама с собой Марья Петровна, совершенно убежденная, что есть на свете какой-то суздаль-монастырь, в который чадолюбивые родители имеют право во всякое
время упекать не нравящихся им детей.
Все мелкие виды грабежа, производимые над живым материалом и потому сопровождаемые протестом в форме оханья и криков, он предоставляет сыну Николашеньке и приказчикам, сам же на будущее
время исключительно займется грабежом «отвлеченным», не сопряженным с оханьями и криками, но дающим в несколько часов рубль на рубль."И голова у тебя слободка, и совесть чиста — потому"разговоров нет!" — так, я уверен,
рассуждает он в настоящее
время.
В это
время на гумне происходили следующие сцены: одна часть поселян была в риге, другая сидела при большой дороге и громко
рассуждала о происшествии. К этим группам присоединились поселяне и из других рот.
Так
рассуждала молодая женщина первое
время, проводя светлые минуты своей мрачной жизни в обществе любимого и любящего ее человека.
«Я ласкал ее, — продолжал
рассуждать сам с собой граф, — но только тогда, когда у меня было свободное
время, было желание, разве я мог разделять страсть этой огненной по натуре женщины, не естественно ли, что она изменяла мне?»
— Покаялся. Виноват, говорю, ваше-ство, впредь буду осмотрительнее… И что же вы думаете! Сам же он мне потом открылся:"Положим, говорит, что вы правы; но есть вещи, которые до
времени открывать не следует". Так вот вы теперь и
рассудите. Упрекают меня, что я иногда говорю, да не договариваю; а могу ли я?
— Не в носу дело, — резонно
рассудила мать, — а в том, что, кроме носа, у него… впрочем, это ты в свое
время узнаешь!
Пока у человека нет разума, он живет как животное, и хорошо ли, дурно ли ему, он не виноват в этом. Но приходит
время, когда человек может
рассудить, что ему должно и чего не должно делать. И вот тут-то человек часто, вместо того чтобы понять, что разум ему дан для того, чтобы познавать то, что должно, и то, чего не должно делать, употребляет свой разум на то, чтобы оправдать то дурное, что ему приятно и что он привык делать.
Наша душа брошена в тело, где она находит число,
время, измерение. Она
рассуждает об этом и называет это природой, необходимостью и не может мыслить иначе.
Не удавлюсь на твоем мочале, дурак — сусед еще!» Проговоря это, старик остановился на некоторое
время в раздумье, как бы все еще
рассуждая о жадности соседа, а потом вдруг обратился к седокам и присовокупил...
Кабанова
рассуждает о том, что «последние
времена приходят», и когда Феклуша рассказывает ей о разных ужасах настоящего
времени — о железных дорогах и т. п., — она пророчески замечает: «И хуже, милая, будет».
Ну-с, хорошо:
рассудили так его высокопреосвященство и оставили все это дело естественному оного течению, как было начато, а сами провели
время, как им надлежало, и отошли опять в должный час ко сну.
— Что ж, так и быть, когда она будет богата, я на ней женюсь, —
рассуждал, засыпая, Горданов, — а не то надо будет порешить на Ларисе… Конечно, здесь мало, но… все-таки за что-нибудь зацеплюсь хоть на
время.
— Я не ручаюсь даже, — добавил он, — что в то
время, когда мы с вами
рассуждаем, он, пожалуй, или спустился вниз из окна по водосточной трубе, или, что еще хуже, удавился у меня в спальне на полотенце. Так, господа, нельзя.
«Какой приятный молодой человек! — думал Андрей Ефимыч, идя к себе на квартиру. — За все
время, пока я тут живу, это, кажется, первый, с которым можно поговорить. Он умеет
рассуждать и интересуется именно тем, чем нужно».
— Позвольте вам доложить, — резонно
рассудил он, — в чем же тут грех состоит? Радоваться — ведь это, кажется, не воспрещено? И ежели бы, например, в то
время, когда я, будучи тапером, занимался внутренней политикой…
Совестно видеть, что государственные люди,
рассуждая в нынешнее
время о клеймах, ставят их опять на лицо с корректурною поправкою; уничтожая кнут, с неимоверной щедростию награждают плетьми, которые гораздо хуже прежнего кнута, и, наконец, раздробляя или, так сказать, по словам высочайшего указа, определяя с большею точностью и род преступлений и степень наказаний, не подумали, что дело не в издании законов, а в отыскании средств, чтобы настоящим образом исполнялись законы.
«Это пройдет, конечно, пройдет со
временем, — думал князь Сергей Сергеевич. — Не может же она не
рассудить, что у него не было в данном случае никакого желания, ни даже мысли причинить ей зло. Она ведь знает, как он любит ее, знает, что он готов пожертвовать для нее жизнью. Разорвать отношения только вследствие этой сумасбродной мысли — это было бы сумасшествием».
— Да, все на этом свете имеет конец, — тихо говорил он, щуря свои темные глаза. — Вы влюбитесь и будете страдать, разлюбите, будут вам изменять, потому что нет женщины, которая бы не изменяла, вы будете страдать, приходить в отчаяние и сами будете изменять. Но настанет
время, когда все это станет уже воспоминанием и вы будете холодно
рассуждать и считать это совершенными пустяками…
— Ты не гляди, что она трава, ваш этот самый чай, —
рассуждал старик. — А отчего ноне все на вонтаранты пошло? Вот от этой самой травы! Мужики с кругу снились, бабы балуются… В допрежние
времена и звания не было этого самого чаю, а народу было куды вольготнее. Это уж верно.
В первое
время все были как будто ошеломлены. Что же, ежели такие порядки заведутся, так и житья на промыслах не будет. Конечно, промысловые люди не угодники, а все-таки и по человечеству
рассудить надобно. Чаще и чаще рабочие вспоминали Карачунского и почесывали в затылках. Крепкий был человек, а умел где нужно и не видеть и не слышать. В кабаках обсуждался подробно каждый шаг Оникова, каждое его слово, и наконец произнесен был приговор, выражавшийся одним словом...