Многочисленные чертежи, испещряющие тогдашний мой «Дневник», свидетельствуют о кропотливой и беспримерно настойчивой работе моей пробудившейся мысли, а дважды в разных местах повторенное и подчеркнутое гордое слово «εΰeηχα» уже тогда роднит меня со славным мудрецом древности, умевшим решать
великие проблемы под градом вражеских стрел, на пепелище родного города.
Неточные совпадения
В этом сказывалась утомленность
великой культурой прошлого, неверие в возможность разрешать
проблему по существу.
И весь крещеный христианский мир, даже потеряв высшее религиозное сознание того, кто был Иисус, в мистической своей стихии чувствует, что в Нем скрыта
великая тайна, что с Ним связана величайшая
проблема мировой истории.
Если зло и страдания жизни, смерть и ужас бытия не являются результатом предмирного преступления богоотступничества,
великого греха всего творения, свободного избрания злого пути, если нет коллективной ответственности всего творения за зло мира, нет круговой поруки, то теодицея [Теодицеей называется
проблема оправдания Бога, но само это словосочетание вызывает возражение.
Отцы церкви (т. наз. каппадокийцы) [Капподокийские отцы церкви (Капподокия — область в Малой Азии) — восточные богословы ГУ в.: Григорий Назианзин (Богослов), Василий
Великий, Григорий Нисский — систематизаторы христианского вероучения, разрабатывавшие в основном
проблемы «христологии» (три ипостаси, божественная сущность и т. п.).
Это была иллюзия, хотя и имеющая связь с глубокой темой H. Федоров хотел победить смерть, обратить время, изменить прошлое путем «общего дела» активного воскрешения Это была
великая и христианская идея, но она не была достаточно связана с
проблемой личности и свободы, с
проблемой победы сознания над объективацией.
Проблеме рая, которая так мучила Достоевского, посвящены «Сон смешного человека», «Сон Версилова» и в конце уже «Легенда о
Великом Инквизиторе».
Жажда искупления есть
великое ожидание, что Бог и боги примут участие в разрешении мучительной
проблемы добра и зла, примут участие в человеческих страданиях.
Белинский предвосхищает Достоевского, им была уже пережита
проблема Ивана Карамазова о слезинке ребенка, в нем зачалась диалектика Достоевского в «Легенде о
Великом Инквизиторе».
И «Легенда о
Великом Инквизиторе», и «Повесть об Антихристе» ставит
проблему антихриста в связь с
проблемой социализма.