Не буду рассказывать, сколько еще ужасов, опасностей и разочарований испытал наш герой в этот вечер: как вместо такой стрельбы, которую он видел на Волковом поле, при всех условиях точности и порядка, которые он надеялся найти здесь, он нашел 2 разбитые мортирки без прицелов, из которых одна была смята ядром в дуле, а другая стояла на щепках разбитой платформы; как он не мог до утра добиться рабочих, чтоб починить платформу;как ни один заряд не был того веса, который означен был в Руководстве, как ранили 2 солдат его команды, и как 20 раз он
был на волоске от смерти.
Неточные совпадения
Тарас поглядел
на этого Соломона, какого ещё не
было на свете, и получил некоторую надежду. Действительно, вид его мог внушить некоторое доверие: верхняя губа у него
была просто страшилище; толщина ее, без сомнения, увеличилась
от посторонних причин. В бороде у этого Соломона
было только пятнадцать
волосков, и то
на левой стороне.
На лице у Соломона
было столько знаков побоев, полученных за удальство, что он, без сомнения, давно потерял счет им и привык их считать за родимые пятна.
Не важно, какому бы тягчайшему наказанию подверг Берди-Паша дерзилу. Гораздо опаснее
было бы, если бы весь батальон, раздраженный Пашой до крайности и
от души сочувствовавший смельчаку, вступился в его защиту. Вот тут как раз и висели
на волоске события, которые грозили бы многим юнкерам потерею карьеры за несколько дней до выпуска, а славному дорогому училищу темным пятном.
Не может этого
быть: не может
быть того, чтобы мы, люди нашего времени, с нашим вошедшим уже в нашу плоть и кровь христианским сознанием достоинства человека, равенства людей, с нашей потребностью мирного общения и единения народов, действительно жили бы так, чтобы всякая наша радость, всякое удобство оплачивалось бы страданиями, жизнями наших братий и чтобы мы при этом еще всякую минуту
были бы
на волоске от того, чтобы, как дикие звери, броситься друг
на друга, народ
на народ, безжалостно истребляя труды и жизни людей только потому, что какой-нибудь заблудший дипломат или правитель скажет или напишет какую-нибудь глупость другому такому же, как он, заблудшему дипломату или правителю.
И
от него пахнуло
на меня тем же счастьем, что и
от его ковров и кресел. Полный, здоровый, с красными щеками, с широкою грудью, вымытый, в ситцевой рубахе и шароварах, точно фарфоровый, игрушечный ямщик. У него
была круглая, курчавая бородка — и ни одного седого
волоска, нос с горбинкой, а глаза темные, ясные, невинные.
— Ваше высокородие! Довольно вам сказать: как перед истинным, так и перед вами-с! Наплюйте вы мне в лицо! В самые, тоись, глаза мне плюньте, ежели я хоть
на волосок сфальшу! Сами посудить извольте: они мне теперича двести рублей посулили, а
от вас я четыреста в надежде получить! Не низкий ли же я против вас человек
буду, ежели я этих пархатых в лучшем виде вашему высокородию не предоставлю! Тоись, так их удивлю! так удивлю! Тоись… и боже ты мой!
— У меня сейчас
был один барин, — продолжал Грохов после недолгой остановки, — и говорил, что старик Олухов
на волоске держался
от банкротства.
Юные супруги, с милым нетерпением ожидающие плода
от брачного нежного союза вашего! Если вы хотите иметь сына, то каким его воображаете? Прекрасным?.. Таков
был Леон. Беленьким, полненьким, с розовыми губками, с греческим носиком, с черными глазками, с кофейными
волосками на кругленькой головке: не правда ли?.. Таков
был Леон. Теперь вы имеете об нем идею: поцелуйте же его в мыслях и ласковою улыбкою ободрите младенца жить
на свете, а меня —
быть его историком!
К-дин в течение всего последнего года считался «висящим
на волоске», а так как, по живости характера, этому кадету
было очень трудно воздерживаться
от резвых и рискованных шалостей, то положение его представлялось очень опасным, и в заведении того только и ожидали, что вот-вот К-дин в чем-нибудь попадется, и тогда Ламновский с ним не поцеремонится и все его дроби приведет к одному знаменателю, «даст себя помнить
на всю жизнь».
— Что, — соображал он, — если бы из них кто-нибудь знал,
на каком тонком-претонком
волоске я мотаюсь? Если бы только кто-нибудь из них пронюхал, что у меня под ногами нет никакой почвы, что я зависимее каждого из них и что пропустить меня и сквозь сито, и сквозь решето зависит вполне
от одного каприза этой женщины?.. Как бы презирал меня самый презренный из них! И он
был бы прав и тысячу раз прав.
Слушая собеседника, Лука Иванович посматривал
на его благообразную подстриженную бороду, где каждый
волосок шел по кривой линии
от среднего пробора и так явственно, точно
волоски эти
были накрахмалены.
Вспомнил он, в чем
суть,
от радости
на весь дом засвистал, аж в шканделябрах хрусталики закачались. Теперь можно. Шваркнул серничком о пол, запалил
волосок, — и смыло солдата, как пар со щей…
Тетя-мама часто плакала и все спрашивала Валю, хочет ли он уйти
от нее; дядя-папа ворчал, гладил свою лысину, отчего белые
волоски на ней поднимались торчком, и, когда мамы не
было в комнате, также расспрашивал Валю, не хочет ли он к той женщине.