Неточные совпадения
Сольвычегодские уходили насмерть устьсысольских, хотя и от них понесли крепкую ссадку на
бока, под микитки и в подсочельник, свидетельствовавшую
о непомерной величине кулаков, которыми
были снабжены покойники.
Еще помолишься
о том, чтобы дал бог счастия всем, чтобы все
были довольны и чтобы завтра
была хорошая погода для гулянья, повернешься на другой
бок, мысли и мечты перепутаются, смешаются, и уснешь тихо, спокойно, еще с мокрым от слез лицом.
Потом он должен
был стоять более часа на кладбище, у могилы, вырытой в рыжей земле; один
бок могилы узорно осыпался и напоминал беззубую челюсть нищей старухи. Адвокат Правдин сказал речь, смело доказывая закономерность явлений природы; поп говорил
о царе Давиде, гуслях его и
о кроткой мудрости бога. Ветер неутомимо летал, посвистывая среди крестов и деревьев; над головами людей бесстрашно и молниеносно мелькали стрижи; за церковью, под горою, сердито фыркала пароотводная труба водокачки.
Но он
был в затруднении,
о чем думать:
о письме ли старосты,
о переезде ли на новую квартиру, приняться ли сводить счеты? Он терялся в приливе житейских забот и все лежал, ворочаясь с
боку на
бок. По временам только слышались отрывистые восклицания: «Ах, Боже мой! Трогает жизнь, везде достает».
Потом стало ворочать его то в одну, то в другую сторону с такой быстротой, что в тридцать минут, по словам рапорта,
было сделано им сорок два оборота! Наконец начало бить фрегат, по причине переменной прибыли и убыли воды, об дно,
о свои якоря и класть то на один, то на другой
бок. И когда во второй раз положило — он оставался в этом положении с минуту…
Войдя теперь в сени полуэтапа, где стояла огромная вонючая кадка, так называемая «параха», первое, что увидал Нехлюдов,
была женщина, сидевшая на краю кадки. Напротив нее — мужчина со сдвинутой на
бок на бритой голове блинообразной шапкой. Они
о чем-то разговаривали. Арестант, увидав Нехлюдова, подмигнул глазом и проговорил...
Обрадованный таким благосклонным вниманием, кузнец уже хотел
было расспросить хорошенько царицу
о всем: правда ли, что цари
едят один только мед да сало, и тому подобное; но, почувствовав, что запорожцы толкают его под
бока, решился замолчать; и когда государыня, обратившись к старикам, начала расспрашивать, как у них живут на Сечи, какие обычаи водятся, — он, отошедши назад, нагнулся к карману, сказал тихо: «Выноси меня отсюда скорее!» — и вдруг очутился за шлагбаумом.
Если курица какого-нибудь пана Кунцевича попадала в огород Антония, она, во — первых, исчезала, а во — вторых, начинался иск
о потраве. Если, наоборот, свинья Банькевича забиралась в соседний огород, — это
было еще хуже. Как бы почтительно ни выпроводил ее бедный Кунцевич, — все-таки оказывалось, что у нее перебита нога, проколот
бок или каким иным способом она потерпела урон в своем здоровье, что влекло опять уголовные и гражданские иски. Соседи дрожали и откупались.
Я слышал, как он ударил ее, бросился в комнату и увидал, что мать, упав на колени, оперлась спиною и локтями
о стул, выгнув грудь, закинув голову, хрипя и страшно блестя глазами, а он, чисто одетый, в новом мундире, бьет ее в грудь длинной своей ногою. Я схватил со стола нож с костяной ручкой в серебре, — им резали хлеб, это
была единственная вещь, оставшаяся у матери после моего отца, — схватил и со всею силою ударил вотчима в
бок.
Правда, у него не
было недостатка в некоторой резкости, доходящей иногда до nec plus ultra, [Крайности (лат.).] но
о бок с этим у него порою шла нежнейшая деликатность.
—
О проклятая! Заскакала! — промычал он и передернул вожжи, а сам все продолжал хлестать. Тарантас, то уходя, то выскакивая из рытвин, немилосердно тряс. У Калиновича, как ни поглощен он
был своими грустными мыслями, закололо, наконец,
бока.
— Ничего не
будет, уж я чувствую, — сказал барон Пест, с замиранием сердца думая
о предстоящем деле, но лихо на
бок надевая фуражку и громкими твердыми шагами выходя из комнаты, вместе с Праскухиным и Нефердовым, которые тоже с тяжелым чувством страха торопились к своим местам. «Прощайте, господа», — «До свиданья, господа! еще нынче ночью увидимся», — прокричал Калугин из окошка, когда Праскухин и Пест, нагнувшись на луки казачьих седел, должно
быть, воображая себя казаками, прорысили по дороге.
Иудушка в течение долгой пустоутробной жизни никогда даже в мыслях не допускал, что тут же,
о бок с его существованием, происходит процесс умертвия. Он жил себе потихоньку да помаленьку, не торопясь да Богу помолясь, и отнюдь не предполагал, что именно из этого-то и выходит более или менее тяжелое увечье. А, следовательно, тем меньше мог допустить, что он сам и
есть виновник этих увечий.
Таким образом, историческая коляска,
о которой думал Алексей Абрамович в то самое время, в которое Глафира Львовна думала
о несчастной дочери преступной любви, состаревшаяся, осунувшаяся, порыжевшая, с сломанной рессорой и с значительной раной на
боку,
была доставлена с большими затруднениями на маленький дворик Круциферского; сарая у него не
было, и коляска долго служила приютом кротких кур.
— Может статься, ты и дело говоришь, Юрий Дмитрич, — сказал Кирша, почесывая голову, — да удальство-то нас заело! Ну, как сидеть весь век поджавши руки? С тоски умрешь!.. Правда, нам, запорожцам,
есть чем позабавиться: татары-то крымские под
боком, а все охота забирает помериться с ясновельможными поляками… Однако ж, боярин, тебе пора, чай, отдохнуть. Говорят, завтра ранехонько
будет на площади какое-то сходбище; чай, и ты захочешь послушать,
о чем нижегородцы толковать станут.
Эти ноют, ненавистничают, болезненно клевещут, подходят к человеку
боком, смотрят на него искоса и решают: «
О, это психопат!» или: «Это фразер!» А когда не знают, какой ярлык прилепить к моему лбу, то говорят: «Это странный человек, странный!» Я люблю лес — это странно; я не
ем мяса — это тоже странно.
Он пошёл… Дома стояли по
бокам улицы, точно огромные камни, грязь всхлипывала под ногами, а дорога опускалась куда-то вниз, где тьма
была ещё более густа… Илья споткнулся
о камень и чуть не упал. В пустоте его души вздрогнула надоедливая мысль...
В эту ночь у меня сильно болел
бок, и я до самого утра не мог согреться и уснуть. Мне слышно
было, как Орлов прошел из спальни к себе в кабинет. Просидев там около часа, он позвонил. От боли и утомления я забыл
о всех порядках и приличиях в свете и отправился в кабинет в одном нижнем белье и босой. Орлов в халате и в шапочке стоял в дверях и ждал меня.
Дом
был обставлен с тяжелой, грубо хвастливой роскошью, все в нем блестело и кричало
о богатстве хозяина, но казачка ходила мимо дорогих мебелей и горок, наполненных серебром,
боком, пугливо, точно боялась, что эти вещи схватят ее и задавят.
Быть может, сделав какую-нибудь уступку, она жила бы, как все,
была бы интересной барышней «с загадочными глазами», потом вышла бы замуж, потом погрузилась бы в море бесцельного существования
бок о бок с супругом, занятым необычайно важными делами на какой-нибудь службе.
Там, на
боках Петров и Иванов, юрист уяснит себе понятие
о мере наказаний; там финансист воочию убедится, что кредитные билеты сами хорошо знают карманы, в которых им
быть надлежит.
— Со-о святы-ими упоко-ой…
Пой, кривая шельма! — забурлил дьякон, толкая в
бок своего друга, дремавшего рядом с ним.
Он верил, например, в то, что человек здоровый и обеспеченный в необходимых потребностях жизни не станет лежать на
боку, брезговать работой и
поедать плоды чужих трудов; ему казалось, что всем людям очень легко внушить понятие
о полной солидарности их прав и обязанностей и что легко провести эту солидарность во всей практической деятельности общины.
Но они не рассчитали. Вода
была слишком высока. Лодка ударилась носом
о мостовую настилку, течение тотчас же повернуло ее
боком, прижало к мосту, и вдруг Астреин с ужасом увидел, как вся река хлынула в лодку.
В хаосе природы, среди повсюду протянутых нитей, которые прядут девы Судьбы, нужно
быть поминутно настороже; все стихии требуют особого отношения к себе, со всеми приходится вступать в какой-то договор, потому что все имеет образ и подобие человека, живет
бок о бок с ним не только в поле, в роще и в пути, но и в бревенчатых стенах избы.
Я впервые в моей жизни живу так близко,
бок о бок, с людьми, тратящими на себя в год десятки, может
быть, даже сотни тысяч, с людьми, почти не знающими, что значит «не мочь» чего-нибудь.
громко, во всю мочь голоса
поет Меркулов и с удовольствием думает
о том, как сладко ему
будет сейчас вытянуться усталым телом на высоко взбитой охапке соломы. По обеим сторонам дороги идут вспаханные поля, и по ним ходят, степенно переваливаясь с
боку на
бок, черно-сизые, блестящие грачи. Лягушки в болотцах и лужах кричат дружным, звенящим, оглушительным хором. Тонко пахнет цветущая верба.
Дневальный — Лука Меркулов — только что «заступил на смену». До двух часов пополуночи он должен не спать, ходить по казарме в шинели, в шапке и со штыком на
боку и следить за порядком: за тем, чтобы не
было покраж, чтобы люди не выбегали на двор раздетыми, чтобы в помещение не проникали посторонние лица. В случае посещения начальства он обязан рапортовать
о благополучии и
о всем происшедшем.
На Шихане числится шесть тысяч жителей, в Заречье около семисот. Кроме монастыря,
есть еще две церкви: новый, чистенький и белый собор во имя Петра и Павла и древняя деревянная церковка Николая Мирликийского,
о пяти разноцветных главах-луковицах, с кирпичными контрфорсами по
бокам и приземистой колокольней, подобной кринолину и недавно выкрашенной в синий и желтый цвета.
Ноги не укладывались, всему телу
было неудобно, и она повернулась на другой
бок. По спальне с жужжаньем летала большая муха и беспокойно билась
о потолок. Слышно
было также, как в зале Григорий и Василий, осторожно ступая, убирали столы; Ольге Михайловне стало казаться, что она уснет и ей
будет удобно только тогда, когда утихнут эти звуки. И она опять нетерпеливо повернулась на другой
бок.
Он вяло перевалился на
бок и сел на корточки, по-турецки. На обеих руках у него
были отрублены все пальцы, за исключением большого на левой руке, но этим единственным пальцем он ловко и быстро набил трубку, придерживая ее культяпкой правой руки
о колено, достал из шапки спички и закурил. Сладковатый, похожий сначала запахом на резеду, дымок махорки поплыл синими струйками в воздухе.
Ему
было тепло снизу от Никиты, тепло и сверху от шубы; только руки, которыми он придерживал полы шубы по
бокам Никиты, и ноги, с которых ветер беспрестанно сворачивал шубу, начинали зябнуть. Особенно зябла правая рука без перчатки. Но он не думал ни
о своих ногах, ни
о руках, а думал только
о том, как бы отогреть лежащего под собой мужика.
По ночам он спал теперь нехорошо, чутко, и ему слышно
было, как Матвей тоже не спал и всё вздыхал, скучая по своем изразцовом заводе. И Якову ночью, пока он ворочался с
боку на
бок, вспоминались и краденая лошадь, и пьяница, и евангельские слова
о верблюде.
Аннушка, выпившая и возбуждённая, ластилась кошкой к мельнику. Он старался сохранить солидность, но уже масляно улыбался и ущипнул её за
бок. Она тихонько взвизгнула и ударила его по руке. Они увлеклись понемногу, а вокруг них всё горячее разгорался спор
о том, что и как
петь.
Помощник присяжного поверенного Толпенников выслушал в заседании суда две речи,
выпил в буфете стакан пустого чаю, поговорил с товарищем
о будущей практике и направился к выходу, деловито хмурясь и прижимая к
боку новенький портфель, в котором одиноко болталась книга: «Судебные речи». Он подходил уже к лестнице, когда чья-то большая холодная рука просунулась между его туловищем и локтем, отыскала правую руку и вяло пожала ее.
В третьем часу вместе обедают, вечером вместе готовят уроки и плачут. Укладывая его в постель, она долго крестит его и шепчет молитву, потом, ложась спать, грезит
о том будущем, далеком и туманном, когда Саша, кончив курс, станет доктором или инженером,
будет иметь собственный большой дом, лошадей, коляску, женится и у него родятся дети… Она засыпает и все думает
о том же, и слезы текут у нее по щекам из закрытых глаз. И черная кошечка лежит у нее под
боком и мурлычет...
— Что болит?.. Все болит, во всей болезь ходит… рученьки, ноженьки ломит, у сердца тошно; с печи падала не один раз, пора
бока отбить… Не так
было прежде, жили… да… что станешь делать… не больно нынче маток слушают: хоть говори, хоть нет… третий год в Питере не бывал, какое уж это дело!.. О-о-ой, тошнехонько!..
Нет существа более пристрастного, более близорукого в отношении к самому себе, как мнимый больной; ничтожнейшему из них кажется непременно, что внимание целого мира должно
быть устремлено на его печень и легкие; он возмущается, когда не падаете вы в кресло и не приходите в ужас, слушая рассказ
о колотье в
боку, или остаетесь равнодушны при известии, что он дурно спал вчерашнюю ночь.
Тут уж нечего
было останавливаться: Марк Иванович не вытерпел и, видя, что человек просто дал себе слово упорствовать, оскорбясь и рассердившись совсем, объявил напрямки и уже без сладких околичностей, что пора вставать, что лежать на двух
боках нечего, что кричать днем и ночью
о пожарах, золовках, пьянчужках, замках, сундуках и черт знает об чем еще — глупо, неприлично и оскорбительно для человека, ибо если Семен Иванович спать не желает, так чтобы другим не мешал и чтоб он, наконец, это все изволил намотать себе на ус.
Только вблизи, у самого корвета, можно
было видеть эти громадные свинцово-зеленые валы с высокими гребнями, окружающие со всех сторон корвет, и бешено, с гулом разбивающиеся
о его
бока, обдавая брызгами своих верхушек.
И видеть их рядом более странно, чем
было бы видеть рощу пальм
бок о бок с полярным ледником, сверкающее солнце в черной глубине ночного неба.
И вдруг перед ним встает смерть. «Нельзя
было обманывать себя: что-то страшное, новое и такое значительное, чего значительнее никогда в жизни не
было с Иваном Ильичем, совершалось в нем». Что бы он теперь ни делал — «вдруг боль в
боку начинала свое сосущее дело. Иван Ильич прислушивался, отгонял мысль
о ней, но она продолжала свое, и она приходила и становилась прямо перед ним и смотрела на него, и он столбенел, огонь тух в глазах, и он начинал опять спрашивать себя: неужели только она правда?»
Я за ним не последовал, тем охотнее, что никакой луны не
было — и я считал затею Лаптева
о прогулке пустою фантазиею, а потому, проводив его, я уснул глубоким и сладким сном, но… вдруг совершенно неожиданно проснулся — точно меня кто в
бок толкнул; я открыл глаза: луна светила в окно, обливая длинную анфиладу огромных опустелых палат бледным дрожащим светом.
Я с трудом удерживал Бесенка, он косился и грозно ржал на шедшего
бок о бок Мальчика. Дорога
была узкая, мокрые ветви осинок то и дело обдавали нас брызгами, и мы ехали совсем близко друг от друга.
«Знаешь, дорогой мой Алексеюшка, в чем горе наших отношений? Ты никогда не позволял и не позволяешь
быть с тобою откровенным… Почти полгода прожил я на Капри
бок о бок с тобой, переживал невыносимые и опасные штурмы и дранги, [Бури и натиски (от нем. Sturm and Drang).] искал участия и совета, и именно в личной, переломавшейся жизни, — и говорил с тобою только
о литературе и общественности. Это факт: живя с тобой рядом, я ждал приезда Вересаева, чтобы с ним посоветоваться — кончать мне с тобой или нет?»
Когда на мою долю выпадает обязанность ходить под руку с дамой или девицей, то почему-то всегда я чувствую себя крючком, на который повесили большую шубу; Наденька же, или Варенька, натура, между нами говоря, страстная (дед ее
был армянин), обладает способностью нависать на вашу руку всею тяжестью своего тела и, как пиявка, прижиматься к
боку. И так мы идем… Проходя мимо Карелиных, я вижу большую собаку, которая напоминает мне
о собачьем налоге. Я с тоской вспоминаю
о начатом труде и вздыхаю.
И пошли мы всей «бандой» к Бранденбургским воротам, а оттуда в парк. Разговор сейчас же зашел именно
о Тиргартене. Гончаров восхищался этим удобством: иметь под
боком, в центре города, такую обширную и прекрасную прогулку. Дорогой
было удобно оглядеть его.
В каждом письме он подробно ей сообщает
о своем здоровье и житье, — что сегодня у него
была изжога, что покалывает в
бок, что маленький угар
был, что мышь мешала ему спать.
— Садись на этот камень, спиною к ветру, так, — приказала Таисия, а сама осталась стоять; и говорили они не лицом, а
боком друг к другу, словно объяснялись с кем-то третьим. Трудно
было поверить, что они только недавно
были здесь с Михаилом Михайловичем и весело, по-французски, говорили
о буре.
Не лучше ль бы
было тебе молиться и исполнять свои требы в наших богатых костелах,
бок о бок с вашими домами, слушать божественную музыку наших органов и трогательную, горячую проповедь нашу.