Неточные совпадения
Она зашла в глубь маленькой гостиной и опустилась на кресло. Воздушная юбка платья поднялась
облаком вокруг ее тонкого стана; одна обнаженная, худая, нежная девичья рука, бессильно опущенная, утонула в складках розового тюника; в другой она держала веер и
быстрыми, короткими движениями обмахивала свое разгоряченное лицо. Но, вопреки этому виду бабочки, только что уцепившейся за травку и готовой, вот-вот вспорхнув, развернуть радужные крылья, страшное отчаяние щемило ей сердце.
Ветер, встряхивая деревья, срывал сухой лист, все
быстрее плыли
облака, гася и зажигая звезды.
Утром, выпив кофе, он стоял у окна, точно на краю глубокой ямы, созерцая
быстрое движение теней
облаков и мутных пятен солнца по стенам домов, по мостовой площади. Там, внизу, как бы подчиняясь игре света и тени, суетливо бегали коротенькие люди, сверху они казались почти кубическими, приплюснутыми к земле, плотно покрытой грязным камнем.
— Ну, зато, Олеша, на привале, на отдыхе, летним вечером в Жигулях, где-нибудь, под зеленой горой, поразложим, бывалоче, костры — кашицу варить, да как заведет горевой бурлак сердечную песню, да как вступится, грянет вся артель, — аж мороз по коже дернет, и будто Волга вся
быстрей пойдет, — так бы, чай, конем и встала на дыбы, до самых
облаков!
Я смотрел, куда старуха указывала своей дрожащей рукой с кривыми пальцами, и видел: там плыли тени, их было много, и одна из них, темней и гуще, чем другие, плыла
быстрей и ниже сестер, — она падала от клочка
облака, которое плыло ближе к земле, чем другие, и скорее, чем они.
Вдруг —
облако,
быстрая косая тень, лед свинцовеет, набухает, как весной, когда стоишь на берегу и ждешь: вот сейчас все треснет, хлынет, закрутится, понесет; но минута за минутой, а лед все стоит, и сам набухаешь, сердце бьется все беспокойней, все чаще (впрочем, зачем пишу я об этом и откуда эти странные ощущения?
Разнообразнейшие чувства, легкие,
быстрые, как тени
облаков в солнечный ветреный день, перебегали то и дело по ее глазам и губам.
И, как тихий пруд на заре, отражающий каждое бегущее
облако, отражала она на пухлом, милом, добром лице своем всякое
быстрое чувство, всякую мысль тех четверых. О том, что ее также судят и также повесят, она не думала совсем — была глубоко равнодушна. Это у нее на квартире открыли склад бомб и динамита; и, как ни странно, — это она встретила полицию выстрелами и ранила одного сыщика в голову.
На берегу показалась фигура мужчины,
быстрыми шагами приближавшаяся к дому княжны Людмилы Васильевны. Граф притаился в тени забора. Фигура приблизилась к калитке и остановилась. Граф стоял шагах в десяти от нее. Луна, на одно мгновение выплывшая из-за
облаков, осветила стоявшего у калитки мужчину. Граф Иосиф Янович узнал князя Сергея Сергеевича Лугового.
В лесу слышалась тревожная перекличка мелких птиц, потом вдруг замолкли голоса пернатых, и все живое попряталось и притаилось. В движении тучи, медленном для неба и
быстром для земли, было что-то грозное и неумолимое. Передний край ее был светлее остальных
облаков и очень походил на пенистый гребень гигантской волны, катившейся по небосклону.
Облака сталкивались и сливались, потом расходились и зарождались вновь, постоянно меняя свои очертания.
Несколько раз поезда, проходя мимо рощи, наполняли её грохотом,
облаками пара и лучами света; эти лучи скользили по стволам деревьев, точно ощупывая их, желая найти кого-то между ними, и торопливо исчезали,
быстрые, дрожащие и холодные.
Быстрым шагом они шли по дороге среди ржи. Солнце садилось в багровые тучи. Небо было покрыто тяжелыми, лохматыми
облаками, на юге стояла синеватая муть.
«Светит месяц, дол сребрится;
Мертвый с девицею мчится;
Путь их к келье гробовой.
Страшно ль, девица, со мной?» —
«Что до мертвых? что до гроба?
Мертвых дом земли утроба». —
«Конь, мой конь, бежит песок;
Чую ранний ветерок;
Конь, мой конь,
быстрее мчися;
Звезды утренни зажглися,
Месяц в
облаке потух.
Конь, мой конь, кричит петух».
И по морщинам старика,
Как тени
облака, слегка
Промчались тени черных дум,
Встревоженный и
быстрый ум
Вблизи предвидел много бед.
Он жил: он знал людей и свет,
Он злом не мог быть удивлен;
Добру ж давно не верил он,
Не верил, только потому,
Что верил некогда всему!
В сумрак — за каплей капля смолы
Падает с легким треском!
Лица, скрытые
облаком мглы,
Озаряются тусклым блеском!
Капля за каплей, искра за искрой!
Чистый, смолистый дождь!
Где ты, сверкающий,
быстрый,
Пламенный вождь!
Быстрее и
быстрее, перегоняя одни других, беглым шагом и рысью, двигались войска, скрываясь в поднимаемых ими
облаках пыли и оглашая воздух сливающимися гулами криков.