Неточные совпадения
Герой наш, по обыкновению, сейчас вступил с нею в разговор и расспросил, сама ли она держит трактир, или есть хозяин, и сколько дает доходу трактир, и с ними ли живут сыновья, и что старший сын холостой или женатый человек, и какую взял жену, с
большим ли приданым или нет, и доволен ли был тесть, и не сердился ли, что мало
подарков получил на свадьбе, — словом, не пропустил ничего.
Чичиков занялся с Николашей. Николаша был говорлив. Он рассказал, что у них в гимназии не очень хорошо учат, что
больше благоволят к тем, которых маменьки шлют побогаче
подарки, что в городе стоит Ингерманландский гусарский полк; что у ротмистра Ветвицкого лучше лошадь, нежели у самого полковника, хотя поручик Взъемцев ездит гораздо его почище.
Прочтя эту записку, в которой Карл Иваныч требует, чтобы ему заплатили все деньги, издержанные им на
подарки, и даже заплатили бы за обещанный
подарок, всякий подумает, что Карл Иваныч
больше ничего, как бесчувственный и корыстолюбивый себялюбец, — и всякий ошибется.
Степан Аркадьич заехал в
Большой Театр на репетицию балета и передал Маше Чибисовой, хорошенькой, вновь поступившей по его протекции танцовщице, обещанные накануне коральки и за кулисой, в денной темноте театра, успел поцеловать ее хорошенькое, просиявшее от
подарка личико.
В сумерки мы простились с хозяевами и с музыкой воротились домой. Вслед за нами приехали чиновники узнать, довольны ли мы, и привезли гостинцы. Какое наказание с этими гостинцами! побросать ящики в воду неловко: японцы увидят, скажут, что пренебрегаем
подарками, беречь — места нет. Для
большой рыбы также сделаны ящики, для конфект особо, для сладкого хлеба опять особо. Я сберег несколько миньятюрных подставок; если довезу, то увидите образчик терпения и в то же время мелочности.
Над дверью был другой
подарок, от него же:
большая серебряная ваза.
Но баниосы не обрадовались бы, узнавши, что мы идем в Едо. Им об этом не сказали ни слова. Просили только приехать завтра опять, взять бумаги да
подарки губернаторам и переводчикам, еще прислать, как можно
больше, воды и провизии. Они не подозревают, что мы сбираемся продовольствоваться этой провизией — на пути к Едо! Что-то будет завтра?
Подарков он не принимал, потому что нечем было отдарить. Ему находили уроки, заказывали диссертации и дарили за это белье, платье, редко деньги, а чаще всего книги, которых от этого у него накопилось
больше, нежели дров.
Это был
подарок Райского: часы, с эмалевой доской, с ее шифром, с цепочкой. Она взглянула на них
большими глазами, потом окинула взглядом прочие
подарки, поглядела по стенам, увешанным гирляндами и цветами, — и вдруг опустилась на стул, закрыла глаза руками и залилась целым дождем горячих слез.
Райский разобрал чемодан и вынул
подарки: бабушке он привез несколько фунтов отличного чаю, до которого она была
большая охотница, потом нового изобретения кофейник с машинкой и шелковое платье темно-коричневого цвета. Сестрам по браслету, с вырезанными шифрами. Титу Никонычу замшевую фуфайку и панталоны, как просила бабушка, и кусок морского каната класть в уши, как просил он.
Так же Мальчик и амбар грачевский очистил… Стали к Грачеву обращаться соседи — и Мальчик начал отправляться на гастроли, выводить крыс в лавках. Вслед за Грачевым завели фокстерьеров и другие торговцы, чтобы охранять первосортные съестные припасы, которых особенно много скоплялось перед
большими праздниками, когда богатая Москва швырялась деньгами на праздничные
подарки и обжорство.
Первые три недели актеры поблещут
подарками, а там начинают линять: портсигары на столе не лежат, часы не вынимаются, а там уже пиджаки плотно застегиваются, потому что и последнее украшение — цепочка с брелоками — уходит вслед за часами в ссудную кассу. А затем туда же следует и гардероб, за который плачены
большие деньги, собранные трудовыми грошами.
Был такой с основания конки начальник станции у Страстной площади, Михаил Львович, записной нюхарь. У него всегда
большой запас табаку, причем приятель-заводчик из Ярославля ящиками в
подарок присылал. При остановке к нему кучера бегут: кто с берестяной табакеркой, кто с жестянкой из-под ваксы.
У Сони была
большая кукла, с ярко раскрашенным лицом и роскошными льняными волосами,
подарок покойной матери. На эту куклу я возлагал
большие надежды и потому, отозвав сестру в боковую аллейку сада, попросил дать мне ее на время. Я так убедительно просил ее об этом, так живо описал ей бедную больную девочку, у которой никогда не было своих игрушек, что Соня, которая сначала только прижимала куклу к себе, отдала мне ее и обещала в течение двух-трех дней играть другими игрушками, ничего не упоминая о кукле.
Так бедствовали мы и пробивались с год времени. Химик прислал десять тысяч ассигнациями, из них
больше шести надобно было отдать долгу, остальные сделали
большую помощь. Наконец и отцу моему надоело брать нас, как крепость, голодом, он, не прибавляя к окладу, стал присылать денежные
подарки, несмотря на то что я ни разу не заикнулся о деньгах после его знаменитого distinguo! [различаю, провожу различие (лат.).]
Капельмейстер поднес певице
большой букет, и она, прижимая
подарок к груди, несколько раз весело кивнула в ложу Ивана Яковлича.
Смолокуров платил хорошо, гораздо
больше других старых рыбников, расчеты давал верные, безобидные и, опричь того, раза по три в году награды и
подарки жаловал, глядя по усердию.
Рада была Дуня
подаркам, с самодовольством называла она себя «отроковицей» — значит, стала теперь
большая — и нежно ластилась то к отцу, то к Дарье Сергевне.
Потому Красноглазихе в старообрядских домах и было
больше доверия, чем прощелыге Ольге Панфиловне, что, ходя по раскольникам из-за
подарков, прикидывалась верующею в «спасительность старенькой веры» и уверяла, что только по своему благородству не может открыто войти в «ограду спасения» и потому и живет «никодимски».
Под Главным домом, у лавочки с уральскими камнями, часу в первом дня стоял Веденеев и, накупив целую кучу красно-кровавых рубинов, голубых сапфиров, сине-алых аметистов, малиновых турмалинов и белых, будто алмазы блестящих, тяжеловесов, укладывал их в
большую малахитовую шкатулку для первого
подарка нареченной невесте. Едва отвел он глаза от игравших разноцветными переливами камней, увидал быстро, с озабоченным видом проходившего мимо Петра Степаныча.
А полюбили ее не только в чаянии богатых
подарков от Марка Данилыча, а за то
больше, что Дуня была такая добрая, такая умница, такая до всех ласковая.
Они иногда летом приносили ему в
подарок крепкий, пьяный кумыс в
больших четвертных бутылях, а на байрам приглашали к себе есть молочного жеребенка.
Varietes, а после спектакля он ужинал с Шнейдер. Париж много острил тогда на эту тему. А самую артистку цинически прозвали"бульваром государей", как назывался пассаж, до сих пор носящий это имя, на Итальянском бульваре. Позднее от старого писателя Альфонса Руайе (когда-то директора
Большой Оперы) слышал пересказ его разговора с Шнейдер о знакомстве с Александром II и ужине. По ее уверению, ей, должно быть, забыли доставить тот ценный
подарок, который ей назначался за этот ужин.
Жених был
большой охотник до голубей и, желая приласкаться к тетушкиным родным, неожиданно сделал мне этот драгоценный
подарок.
— Чтобы в течение недели деньги были в моем столе. Приезжайте в театр, заходите ко мне в уборную, разрешаю даже поднести мне
подарок. По вторникам собираются у меня.
Больше, пока, мне сказать вам нечего. Прощайте.
О, место камеристки она найдет всегда! Особенно теперь, в виду ее романического разрыва с домом Гариных, любая светская приятельница княгини примет ее с
большим удовольствием, из одного благочестивого желания насолить Зое Александровне. Она ядовито улыбнулась и стала пересчитывать деньги, скопленные ею из жалованья и
подарков княгини. Их оказалось двести семьдесят пять рублей.
А
больше и говорить не стал, да и некогда ему было ни с кем разговаривать, потому что государь приказал сейчас же эту подкованную нимфозорию уложить и отослать назад в Англию — вроде
подарка, чтобы там поняли, что нам это не удивительно. И велел государь, чтобы вез блоху особый курьер, который на все языки учен, а при нем чтобы и Левша находился и чтобы он сам англичанам мог показать работу и каковые у нас в Туле мастера есть.
Спальня эта была довольно
большой комнатой, помещавшейся в глубине дома, невдалеке от спальни отца и матери, с двумя окнами, выходившими в сад, завешанными белыми шторами. Сальная свеча, стоявшая на комоде, полуосвещала ее, оставляя темными углы. Обставлена она была массивною мебелью в белоснежных чехлах, такая же белоснежная кровать стояла у одной из стен, небольшой письменный стол и этажерка с книгами и разными безделушками —
подарками баловника-отца, довершали ее убранство.
Кроме того, сегодня был день ее именин — семнадцатое сентября. По милым, отдаленным воспоминаниям детства она всегда любила этот день и всегда ожидала от него чего-то счастливо-чудесного. Муж, уезжая утром по спешным делам в город, положил ей на ночной столик футляр с прекрасными серьгами из грушевидных жемчужин, и этот
подарок еще
больше веселил ее.
— Тактом? — как бы переспросил Николай Силыч. — А кто, паря,
больше их булдыхался и колотился лбом в Золотой Орде и
подарки там делал?.. Налебезят там, заручатся татарской милостью, приедут домой и давай душить своих, — этакий бы и у меня такт был, и я бы сумел так быть собирателем земли русской!
Уже после я узнал, как все служащие, получавшие прежде праздничные
подарки, ругались за грошовый дивиденд.
Больше всех ругались швейцар и кухарка.
Я получил первую награду —
большую золотую медаль, меня окружили сербские женщины и подарили мне
подарок: шитый золотом шарф.
На рождество я послал Маше по почте письмо. На именины свои, 11 ноября, я, между прочим, получил в
подарок «папетри» —
большой красивый конверт, в котором была разноцветная почтовая бумага с накрашенными цветочками и такие же конверты, тоже с цветочками, чистые визитные карточки с узорными краями. На серо-мраморной бумаге с голубыми незабудками я написал...
— Великий государь! — воскликнул он, — изо всех твоих милостей эта самая
большая! Грех было бы мне чиниться на твоем
подарке! Уж выберу в твоей оружейной что ни на есть лучшее! Только, — прибавил он, немного подумав, — коли ты, государь, не жалеешь своей сабли, то дозволь лучше отвезти ее от твоего царского имени Ермолаю Тимофеичу!
Он был представлен графом Сигизмундом Владиславовичем, не стеснялся в деньгах, вел
большую игру и принимал с охотой участие в кутежах, пикниках, обедах и ужинах, в подписке и
подарках актрисам и танцовщицам.
— Вот кольцо… — взволнованным голосом проговорила она. — Это первый драгоценный
подарок, сделанный мне папой… я дорожила им
больше всего.
Он знал, что барин ведет с Алфимовым
большие дела, знал не только как приближенное к Колесину лицо, но принимал, хотя и очень незначительное, участие в прибылях ростовщика, который считал необходимым задабривать камердинера выгодного клиента, «почтенного и благородного человека», маленькими денежными
подарками. Корнилий Потапович даже не ограничился этим, а покумился с Евграфом Евграфовичем, окрестив его последнюю дочь. Куме и крестнице он тоже нашивал дешевенькие
подарки.
Немедленно фонд лишился
подарка профессора Персикова. Калоши исчезли в газетной бумаге. Крайне обрадовавшийся ангел во френче встал и начал жать руку профессору и даже произнес маленький спич, содержание которого сводилось к следующему: это делает честь профессору… Профессор может быть спокоен…
больше его никто не потревожит, ни в институте, ни дома… меры будут приняты, камеры его в совершеннейшей безопасности…
О театре — ни слова, а это ему вскочило в копеечку. Вся труппа жила в его новой гостинице — прекрасной, как в
большом городе. Квартира и содержание всей труппы шли за счет Иванова. Все проходило по секрету от матери, безвыездно жившей в своем имении в окружении старообрядческих начетчиков и разных стариц, которых сын ублажал
подарками, чтоб они не сплетничали матери о его забавах.
За каретой несли гетманские клейноды:
большое белое знамя с русским гербом,
подарок Петра Великого гетману Данииле Апостолу, гетманские булаву, бунчук и печать.
Собака завизжала,
больше от неожиданности и обиды, чем от боли, а мужик, шатаясь, побрел домой, где долго и больно бил жену и на кусочки изорвал новый платок, который на прошлой неделе купил ей в
подарок.
И она осторожно увеличивала посулы, наобещала разных мелких
подарков, шелковое старое платье, и наконец Грушина увидела, что уж
больше Варвара ни за что не даст.
— Удивительный конь! — говорил хорунжий. — Мне привел его в
подарок один горец. Он поймал его арканом в ту минуту, когда он со своим диким табуном носился по Долине. Мне стоило много труда объездить и усмирить его. И он стал покорен мне, как своему победителю, но только мне одному и никому
больше. Остальных он не подпускает к себе. Два наших офицера чуть было не поплатились жизнью, когда вздумали обуздать моего Демона…
«Черт знает, чего этот человек так нахально лезет ко мне в дружбу?» — подумал я и только что хотел привстать с кровати, как вдруг двери моей комнаты распахнулись, и в них предстал сам капитан Постельников. Он нес
большой крендель, а на кренделе маленькую вербочку. Это было продолжение
подарков на мое новоселье, и с этих пор для меня началась новая жизнь, и далеко не похвальная.
Много было наговорено подобных успокоительных рассуждений, сопровождаемых богатыми свадебными
подарками, которые были приняты с
большим удовольствием, смешанным с некоторым страхом.
Прасковья Ивановна была очень довольна, бабушке ее стало сейчас лучше, угодник майор привез ей из Москвы много игрушек и разных гостинцев, гостил у Бактеевой в доме безвыездно, рассыпался перед ней мелким бесом и скоро так привязал к себе девочку, что когда бабушка объявила ей, что он хочет на ней жениться, то она очень обрадовалась и, как совершенное дитя, начала бегать и прыгать по всему дому, объявляя каждому встречному, что «она идет замуж за Михаила Максимовича, что как будет ей весело, что сколько получит она
подарков, что она будет с утра до вечера кататься с ним на его чудесных рысаках, качаться на самых высоких качелях, петь песни или играть в куклы, не маленькие, а
большие, которые сами умеют ходить и кланяться…» Вот в каком состоянии находилась голова бедной невесты.
По приезде в Петербург цесаревна тотчас приобрела
большую популярность в среде гвардейских солдат, вступила с ними в такие сношения, в каких находилась прежде со слобожанами Покровской слободы: крестила у них детей, бывала на их свадьбах; солдат именинник приходил к ней, по старому обычаю, с именинным пирогом и получал от нее
подарки и чарку анисовки, которую, как хозяйка, Елизавета и сама выпивала за здоровье именинника.
Вот эта-то брошка и послужила яблоком раздора, потому что Арише показалось, что свекор
больше любит Дуню и привез ей лучше
подарок.
Однажды, сходя к лекции, Шевырев сказал мне на лестнице: «Михаил Петрович готовит вам
подарок». А так как Степан Петрович не сказал, в чем заключается
подарок, то я находился в
большом недоумении, пока через несколько дней не получил желтого билета на журнал «Москвитянин». На обороте рукою Погодина было написано: «Талантливому сотруднику от журналиста; а студент берегись! пощады не будет, разве взыскание сугубое по мере талантов полученных. Погодин».
— Нет, меня вправду Матреной звать, а не Лизаветой. А это я студента одного надула, чтоб
подарок мне сделал. Я двенадцать раз в году именинницей бываю: и на Веру-Надежду-Любовь, и на Катерину, и на Зинаиду, и на Наталью… Вот подвязки подарил; говорит, три рубля отдал. Врет, конечно, не
больше полутора заплатил.