В Смоленской губернии записаны рассказы о том, как баба должна была «прозреть», чтобы сделаться знахаркою, и как леший учил девку знахарству и «усяму пырядку», — отчего завелись лесовые, водяные, полевые и домовые.
А самому бесстрашию Голована не умедлили подыскать сверхъестественное объяснение: Голован, очевидно, что-то знал, и в силу такого знахарства он был «несмертельный»…
— Тьфу-тьфу, служивый… Русская я, орловской породы, мценского завода. Да знахарством все промышляла по слабости здоровья. Рукоделье такое: бес ухмыляется, ангел рукой закрывается. Стало быть, образ мне в избе держать несподручно. Всухомятку молюсь, — на порог выйду, звездам поклонюсь, «Славу в вышних» пошепчу… Авось Господь Бог услышит.
Заговор ли отчинить, порчу ли снять, кумоху [Кумоха — лихорадка.] ль отогнать, при резах, порубах кровь остановить, другое ль знахарство, какое понадобится, — все деревенские тетке Егорихе кучатся и завсегда от нее пользу видят…
Выпускники факультета знахарства могли вылечить от волшебных вирусов, магических ран и тёмных заклятий, изучая чары, трансфигурацию, травологию, колдомедицину и прорицание.
Действия волхвов представляли собой магические способы врачевания, различные по степени «мудрости»: от простого невежественного знахарства до почти научных способов излечения.
Вначале объясняя, кто может заниматься знахарством, какие силы для этого требуются и как необходимо готовиться к приёму больных.
Выпускники факультета знахарства могли вылечить от волшебных вирусов, магических ран и тёмных заклятий, изучая чары, трансфигурацию, травологию, колдомедицину и прорицание.
Действия волхвов представляли собой магические способы врачевания, различные по степени «мудрости»: от простого невежественного знахарства до почти научных способов излечения.