Предложения из русской классики со словом «большевизм»
Для народного сознания большевизм был русской народной революцией, разливом буйной, народной стихии, коммунизм же пришел от инородцев, он западный, не русский, и он наложил на революционную народную стихию гнет деспотической организации, выражаясь по ученому, он рационализировал иррациональное.
Как известно, слово «большевизм» произошло от большинства на съезде социал-демократической партии в 1903 г., слово же «меньшевизм» — от меньшинства этого съезда.
Большевизм считали утопией, но он оказался реальнее, чем капиталистическая и либеральная демократия.
Мышлаевский (передразнивая). «Большевизм и коммунизм». Ну, тогда и за коммунистов…
Он, между прочим, говорил, что не следует рассчитывать ни на какие интервенции и военные насилия для свержения большевизма, а исключительно на духовный переворот внутри русского народа.
— А ведь вы были в революционном комитете при первом большевизме.
— В твоем отношении к буржуазии нет резкости, непримиримости, характерной для большевизма.
После февральской революции Андреев много и ярко писал о развале армии. Большевизма, конечно, он не мог принять ни единым атомом души.
Я прочла сегодня в одной книжке: «Большевизм по заслугам славится своею стройною законченностью и монолитностью в области мировоззрения».
Большевизм и определил себя единственным ортодоксальным, т. е. тоталитарным, интегральным марксизмом, не допускающим дробления марксистского миросозерцания и принятия лишь его отдельных частей.
Он первый противоположил тому русскому применению марксизма, которое считает нужным в России развитие капитализма, буржуазную революцию, конституцию и пр., точку зрения очень близкую русскому большевизму.
В это же время происходили бурные споры большевизма и меньшевиков и нарастала большевистская партийная организация.
За много лет до образования у нас большевизма я столкнулся с явлением, которое можно было назвать тоталитаризмом русской революционной интеллигенции, с подчинением личной совести совести групповой, коллективной.
Слово «большевизм» оказалось отличным символом для русской революции, слово же «меньшевизм» — негодным.
Я относился совершенно отрицательно к свержению большевизма путем интервенции.
В русской среде в Париже были элементы германофильские, которые ждали от Гитлера освобождения России от большевизма.
Большевизм же оказался наименее утопическим и наиболее реалистическим, наиболее соответствующим всей ситуации, как она сложилась в России в 1917 году, и наиболее верным некоторым исконным русским традициям, и русским исканиям универсальной социальной правды, понятой максималистически, и русским методам управления и властвования насилием.
В первые годы революции рассказывали легенду, сложившуюся в народной среде о большевизме и коммунизме.
Революция нарастала под знаком миросозерцания, которое справедливо представлялось нам философски устаревшим и элементарным и которое привело к торжеству большевизма.
Он интересен как теоретик русской революции и как предшественник большевизма.
Как это парадоксально ни звучит, но большевизм есть третье явление русской великодержавности, русского империализма, — первым явлением было московское царство, вторым явлением петровская империя.
— Да! И все-таки… Все-таки, — верю в русский народ! Верю! Вынес он самодержавие, — вынесет и большевизм! И будет прежний великий наш, великодушный народ, учитель наш в добре и правде! В вечной народной правде!..
Со словом «большевизм» ассоциировалось понятие силы, со словом же «меньшевизм» — понятие сравнительной слабости.
Я высказывал мысль (в 22 году), что западные государства должны формально признать советскую власть, что таким образом прекратится изоляция советской России и она будет внедрена в мировую жизнь, что может смягчить самые дурные стороны большевизма.
Лариосик. Позволь тебе сказать, что это одно и то же: большевизм и коммунизм.
В стихии революции 1917 года восставшие народные массы пленялись «большевизмом», как силой, которая больше дает, в то время как «меньшевизм» представлялся слабым, он дает меньше.
Это значило, что меня находили слишком терпимым к большевизму, не одержимым маниакальной ненавистью к русской революции, слишком широким в смысле привлечения «левых» течений.
И я сознал совершенную неизбежность прохождения России через опыт большевизма.
— Большевизм, это — за рабочую власть. Чтоб вся власть была у рабочих и крестьян. Сделать справедливый трудовой строй.
Если остатки старой интеллигенции, не примкнувшей к большевизму, не узнали своих собственных черт в тех, против кого они восстали, то это историческая аберрация, потеря памяти от эмоциональной реакции.
Интересовались или свержением большевизма и белым движением, или душным обрядовым благочестием.
Но только атмосфера войны создала у нас тип победоносного большевизма, выдвинула новый тип большевика-победителя и завоевателя.
Нечаев требовал железной дисциплины и крайней централизации кружков, и в этом он предшественник большевизма.
Флоренского, ни могущественная магия разыгравшейся революционной стихии большевизма не могли мной овладеть и принудить отречься от свободы духа и от личной совести.
Большевизм вошел в русскую жизнь как в высшей степени милитаризованная сила.
— Большевизм — жест отчаяния банкрота — социал-демократии. Вы знаете, что сказал Вандервельде?
Большевизм гораздо более традиционен, чем это принято думать, он согласен со своеобразием русского исторического процесса.
Было что-то маниакальное в этой неспособности типичного эмигранта говорить о чем-либо, кроме большевиков, в этой склонности повсюду видеть агентов большевизма.
«Дмитрий нашел ‹смысл› в политике, в большевизме. Это — можно понять как последнее прибежище для людей его типа — бездарных людей. Для неудачников. Обилие неудачников — характерно для русской интеллигенции. Она всегда смотрела на себя как на средство, никто не учил ее быть самоцелью, смотреть на себя как на ценнейшее явление мира».
Только большевизм оказался способным овладеть положением, только он соответствовал массовым инстинктам и реальным соотношениям.
«Таким типом, может быть, явился бы человек, гармонически соединяющий в себе Дон-Кихота и Фауста. Тагильский… Чего хочет этот… иезуит? Тем, что он говорил, он, наверное, провоцировал. Хотел знать количество сторонников большевизма. Рабочие — если это были действительно рабочие — не высказались. Может быть, они — единственные большевики в… этой начинке пирога. Елена — остроумна».
Каждый раз, когда он думал о большевиках, — большевизм олицетворялся пред ним в лице коренастого, спокойного Степана Кутузова. За границей существовал основоположник этого учения, но Самгин все еще продолжал называть учение это фантастической системой фраз, а Владимира Ленина мог представить себе только как интеллигента, книжника, озлобленного лишением права жить на родине, и скорее голосом, чем реальным человеком.
— В народных массах совершился несомненный перелом, большевизм изживается. В Купянске жители встретили нас на коленях, с колокольным звоном. Когда полки наши выступали из Кубани, состав их был двести — триста человек, а в Украйну они вступают в составе по пять, по шесть тысяч. Крестьяне массами записываются в добровольцы. В Харькове рабочие настроены резко антибольшевистски, не позволили большевикам эвакуировать заводы. Вот увидишь, через два месяца мы будем в Москве.
Скромное и мало значущее по своему происхождению слово «большевизм» приобрело значение знамени, лозунга, самое слово звучало сильно и выразительно.
Вон, в первый большевизм было: арестовали большевики тридцать фабрикантов и банкиров, посадили в подвал.
Я посещал многочисленные митинги того времени, не участвуя в них, всегда чувствовал себя на них несчастным и остро ощущал нарастание роковой силы большевизма.
Приемы Петра относительно церкви и старой религиозности очень напоминают приемы большевизма.
Большевизм воспользовался всем для своего торжества.
Самгин встречал этого писателя и раньше, знал, что он числится сочувствующим большевизму, и находил в нем общее и с дерзким грузчиком Сибирской пристани и с казаком, который сидел у моря, как за столом; с грузчиком его объединяла склонность к словесному, грубому озорству, с казаком — хвастовство своей независимостью.
Но в эпоху торжества большевизма он оттолкнулся от его уродливых сторон, признал не настоящим и занимал очень скромное положение.
Синонимы к слову «большевизм»
Предложения со словом «большевизм»
- На наших глазах русский большевизм уже совершил нечто, что независимо от нашей оценки значимости уже в силу самой грандиозности замысла должно рассматриваться как одно из самых поразительных свершений мировой истории.
- Достижению этой цели и должна была послужить пропаганда угрозы большевизма.
- Утверждая затем, что мировая опасность большевизма может быть устранена лишь уступками ему, докладчик совсем не говорит о том, каковы же должны быть эти уступки.
- (все предложения)
Сочетаемость слова «большевизм»
Значение слова «большевизм»
БОЛЬШЕВИ́ЗМ, -а, м. Возникшее в начале 20 в. в России революционное, последовательно марксистское течение политической мысли в международном рабочем движении, получившее свое воплощение в пролетарской партии нового типа, в партии большевиков, созданной В. И. Лениным. (Малый академический словарь, МАС)
Афоризмы русских писателей со словом «большевизм»
- Большевизм упразднил самое понятие общей свободы и правосудия. Он прямо объявил диктатуру одного класса, вернее, даже не класса, а беднейшей его части с ее вожделениями в качестве программы.
- Большевизм разделил неразделимое: он отделил социальную справедливость от свободы, в том числе от свободы слова… даже противопоставил их друг другу, как начала враждебные.
- Настроение, создаваемое так называемым «большевизмом» в стране…, могу сравнить разве с прививкой горячечной бациллы к ослабленному народному организму.
- (все афоризмы русских писателей)
Отправить комментарий
Значение слова «большевизм»
БОЛЬШЕВИ́ЗМ, -а, м. Возникшее в начале 20 в. в России революционное, последовательно марксистское течение политической мысли в международном рабочем движении, получившее свое воплощение в пролетарской партии нового типа, в партии большевиков, созданной В. И. Лениным.
Все значения слова «большевизм»Предложения со словом «большевизм»
На наших глазах русский большевизм уже совершил нечто, что независимо от нашей оценки значимости уже в силу самой грандиозности замысла должно рассматриваться как одно из самых поразительных свершений мировой истории.
Достижению этой цели и должна была послужить пропаганда угрозы большевизма.
Утверждая затем, что мировая опасность большевизма может быть устранена лишь уступками ему, докладчик совсем не говорит о том, каковы же должны быть эти уступки.
- (все предложения)