— Ай-ай, как стыдно! — начал он шутливо, с удивлением глядя на заплаканное, покрытое красными пятнами, скорбное лицо Тани. — Неужели так серьезно? Ай-ай!
Тетка Анна и Дуня плакали навзрыд. Дедушка Кондратий давно уже не плакал: все слезы давно уже были выплаканы; но тоска, изображавшаяся на кротком лице его, достаточно свидетельствовала о скорбных его чувствах. Один приемыш казался спокойным. Он стоял, склонив голову; ни одна черта его не дрогнула во все продолжение предшествовавшей речи.
И ночью, заслышав издали тихий неуверенный вой, холодеет он от смертельной тоски: что-то созвучное своей доле слышит он в одиноком, злом и скорбном голосе лесного, несчастного, всеми ненавидимого зверя.
– Не стоит так жертвовать, оставляйте свои булочки и пирожки, – я тяжело вздохнула, и попыталась сделать скорбный вид, – я решила пересмотреть свою диету.
В самый тяжелый и скорбный час Слезливый стих нам не нужен! Я за такие стихи стою, Чтоб строить и жить помогали, Чтоб звали вперед, как знамя в бою, Отвагой сердца зажигали!
– Рот закрой, – сказал он. – И погнали! Не забудь сделать скорбное лицо.
Они были благородны и привлекательны, в них преобладало скорбное выражение, но отражалась чуткая, нежная душа.
– Не стоит так жертвовать, оставляйте свои булочки и пирожки, – я тяжело вздохнула, и попыталась сделать скорбный вид, – я решила пересмотреть свою диету.