Был мороз градусов в двадцать. Окна заиндевели. Проснувшись утром, Костя с озабоченным
лицом принял пятнадцать капель какого-то лекарства, потом, доставши из книжного шкапа две гири, занялся гимнастикой. Он был высок, очень худ, с большими рыжеватыми усами; но самое заметное в его наружности — это были его необыкновенно длинные ноги.
Неточные совпадения
И страшное значение всех этих
примет было уже известно детям; старшая девочка, Саша, худенькая брюнетка, сидела за столом неподвижно, и
лицо у нее было испуганное, скорбное, а младшая, Лида, семи лет, полная блондинка, стояла возле сестры и смотрела на огонь исподлобья.
— Не могу, — твердила Маша, — грустно мне таково… Тоска замучит. — Понемногу ее
лицо приняло такое равнодушное, почти сонливое выражение, что Чертопханов спросил ее, уж не опоили ли ее дурманом?
Глаза его были устремлены вдаль, они замаслились, улыбались, и
лицо приняло такое же выражение, какое у него было ранее, когда он глядел на Егорушку.
Неточные совпадения
Сначала,
принявши косое направление, хлестал он в одну сторону кузова кибитки, потом в другую, потом, изменивши образ нападения и сделавшись совершенно прямым, барабанил прямо в верх его кузова; брызги наконец стали долетать ему в
лицо.
Один раз, впрочем,
лицо его
приняло суровый вид, и он строго застучал по столу, устремив глаза на сидевших насупротив его детей.
Но не прошло и минуты, как эта радость, так мгновенно показавшаяся на деревянном
лице его, так же мгновенно и прошла, будто ее вовсе не бывало, и
лицо его вновь
приняло заботливое выражение.
Действительно, сквозь толпу протеснялся городовой. Но в то же время один господин в вицмундире и в шинели, солидный чиновник лет пятидесяти, с орденом на шее (последнее было очень приятно Катерине Ивановне и повлияло на городового), приблизился и молча подал Катерине Ивановне трехрублевую зелененькую кредитку. В
лице его выражалось искреннее сострадание. Катерина Ивановна
приняла и вежливо, даже церемонно, ему поклонилась.
— А? Что? Чай?.. Пожалуй… — Раскольников глотнул из стакана, положил в рот кусочек хлеба и вдруг, посмотрев на Заметова, казалось, все припомнил и как будто встряхнулся:
лицо его
приняло в ту же минуту первоначальное насмешливое выражение. Он продолжал пить чай.