Неточные совпадения
— Так-то, душа ты моя, тяжело вести крестьянские дела! — говорят он трактирщику, застегивая под столом пуговки, которые то и дело расстегиваются. — Да, милаша! Крестьянские дела это такая политика, что Бисмарка мало. Чтобы вести их, нужно иметь
особую умственность, сноровку. Почему вот меня мужики любят? Почему они ко мне, как мухи, льнут? А? По какой это причине я ем кашу с маслом, а другие адвокаты без масла? А потому, что в моей голове
талант есть, дар.
Пятнадцать копеек в день, сударь, не заработает, если честна и не имеет
особых талантов, да и то рук не покладая работавши!
Но Иван Алексеевич не способен был кому-либо завидовать. Ему надо одно: быть более хозяином своего времени. Это-то ему и не удавалось. Быть может, с годами придет
особый талант, будет и он уметь ездить на почтовых, а не на долгих в своих занятиях, в выполнении своих работ.
Заплатин — умный, способный думать малый; он не звезда, никаких
особых талантов в нем нет; но он представляет для него — Щелокова — "среднюю пропорциональную"теперешнего развития лучшей доли университетской молодежи.
Неточные совпадения
— О, не извиняйтесь. Нет-с, я думаю, что не имею ни
талантов, ни
особых способностей; даже напротив, потому что я больной человек и правильно не учился. Что же касается до хлеба, то мне кажется…
Читал Вирхов без всякого
особого преподавательского
таланта, а в Палате я его не слыхал. Я даже не помню, был ли он уже тогда депутатом.
Без всякого сословного высокомерия мы не могли бы тогда признать за «босяками» какой-то
особой прерогативы, потому что мы уже воспитывали в себе высокое почтение к знанию,
таланту, личным достоинствам. Любой товарищ по гимназии — сын мещанина из вольноотпущенных — становился в наших глазах не только равным, но и выше нас потому, что он отлично учится, умен, ловок, хороший товарищ. А превратись он в «босяка», мы бы от этого одного не преисполнились к нему никогда особенным сочувствием или почтением.
Фон Зееман обладал мимическим и актерским
талантом и очень удачно копировал графа, заставляя своих собеседников хохотать до слез. В особенности забавлял старика Зарудина рассказ фон Зеемана, как он, уже переведенный в гвардию, был приглашен, по ходатайству Клейнмихеля, думавшего, что он оказывает этим своему родственнику
особую честь, на бал к графу.
Он намеревался открыть в орден доступ не только лицам знатного происхождения и отличившимся
особыми заслугами по государственной службе, но и
талантам — принятием в орден ученых и писателей, таких, впрочем, которые были бы известны своим отвращением от революционных идей.