«Рассказ неизвестного человека» (Чехов А. П., 1893) по всей классике
— Когда вы были больны, я слышала, как вы бредили, потом постоянно эти обожающие глаза, вздохи, благонамеренные разговоры о близости, духовном родстве…
Выдержки из русской классики со словом «благонамеренный»
Теперь у нас подлецов не бывает, есть люди благонамеренные, приятные, а таких, которые бы на всеобщий позор выставили свою физиогномию под публичную оплеуху, отыщется разве каких-нибудь два, три человека, да и те уже говорят теперь о добродетели.
Я в том смысле, что тут надо бы поболее точности, так сказать, более наружной определенности: извините во мне естественное беспокойство практического и благонамеренного человека, но нельзя ли тут одежду, например, особую завести, носить что-нибудь, клеймы там, что ли, какие?..
Впрочем, — бог с ней, с этой пьесой: она уже забыта теперь, как забыты князь Луповицкий и другие благонамеренные, но фальшивые произведения, имевшие претензию на представление характеристических народных типов.
Я уже имел честь представить вам, благосклонные читатели, некоторых моих господ соседей; позвольте же мне теперь, кстати (для нашего брата писателя всё кстати), познакомить вас еще с двумя помещиками, у которых я часто охотился, с людьми весьма почтенными, благонамеренными и пользующимися всеобщим уважением нескольких уездов.
Лошадьми, ваше превосходительство, кучера правят, а у нас есть начальство, у нас есть просвещенное начальство, благонамеренное, ваше превосходительство, начальство, которое… которое я… которое всякий обязан чтить… которое в Европе каждого человека знают!
Революция, смягчившаяся после 9 термидора, теперь, очевидно, должна была вновь прибегнуть к террору, который сделал её ненавистной для благонамеренных умов.
Самобытный, пламенный и, однако, справедливый, истинно благонамеренный человек!
Вполне благонамеренные русские граждане с иностранными фамилиями подвергались преследованиям и публичным оскорблениям.
Революция, смягчившаяся после 9 термидора, теперь, очевидно, должна была вновь прибегнуть к террору, который сделал её ненавистной для благонамеренных умов.