В кабинете раздели покойного и готовились обмывать его, а в гостиной письмоводитель пристава писал протокол
осмотра трупа внезапно скончавшегося князя Владимира Яковлевича Баратова. По какой-то чисто полицейской чуткости частный пристав вошел в залу именно в тот момент, когда Карл Богданович, замахав руками, выронил деньги.
Там последний написал подробный акт наружного
осмотра трупа, размер и внешний вид замеченных следов, положение кровавого пятна на дороге, прочел его понятым и дал подписать одному оказавшемуся грамотным. Остальные поставили кресты.
Неточные совпадения
Судебно-медицинским
осмотром, вскрытием
трупа и химическим исследованием внутренностей Смелькова обнаружено несомненно присутствие яда в организме покойного, подавшее основание заключить, что смерть последовала от отравления.
На четырех страницах по 27 пунктам шло таким образом описание всех подробностей наружного
осмотра страшного, огромного, толстого и еще распухшего, разлагающегося
трупа веселившегося в городе купца.
Осмотр тела убитого Бодростина давал повод к весьма странным заключениям: на
трупе не было никаких синяков и других знаков насилия, но голова вся была расколона.
Благодаря толкам и газетным корреспонденциям, поднялся на ноги весь прокурорский надзор. Прокурор наезжал в графскую усадьбу через день и принимал участие в допросах. Протоколы наших врачей были отправлены во врачебную управу и далее. Поговаривали даже о вырытии
трупов и новом
осмотре, который, кстати сказать, ни к чему бы не повел.
Земский заседатель произвел тщательный
осмотр положения
трупа, измерил следы и запомнил их внешний вид и расположение гвоздей на широких сапогах, которые должны были принадлежать убийце, так как другие следы по измерению пришлись к следам сапог убитого. В то время, когда заседатель производил этот
осмотр, один из понятых крикнул: