Неточные совпадения
А
в комнатах у нас неугомонно свистали канарейки, и мой хозяин-доктор ходил из угла
в угол и, перелистывая на ходу
законы, мыслил вслух...
Устав о ссыльных разрешает жить вне тюрьмы, а стало быть, и обзаводиться хозяйством только каторжным разряда исправляющихся, но этот
закон постоянно обходится ввиду его непрактичности;
в избах живут не одни только исправляющиеся, но также испытуемые, долгосрочные и даже бессрочные.
Она отучает его мало-помалу от домовитости, то есть того самого качества, которое нужно беречь
в каторжном больше всего, так как по выходе из тюрьмы он становится самостоятельным членом колонии, где с первого же дня требуют от него, на основании
закона и под угрозой наказания, чтобы он был хорошим хозяином и добрым семьянином.
Максимум рабочих часов — 12 1/2
в сутки — приходится на май, июнь и июль, а минимум — 7 час. — на декабрь и январь.] он же предоставляет разные облегчения каторжным разряда исправляющихся; но практика поневоле не всегда сообразуется с
законом именно
в силу местных условий и особенностей труда.
Нельзя же ведь определить, сколько часов каторжный должен тащить бревно во время метели, нельзя освободить его от ночных работ, когда последние необходимы, нельзя ведь по
закону освободить исправляющегося от работы
в праздник, если он, например, работает
в угольной яме вместе с испытуемым, так как тогда бы пришлось освободить обоих и прекратить работу.
Ни составители
законов о ссыльных, ни исполнители их не имели ясного представления о том, что такое каторга,
в чем она должна заключаться, для чего она нужна.
Когда я был
в кухне, там варили
в котлах похлебку из свежей рыбы — кушанье нездоровое, так как от периодической рыбы, пойманной
в верховьях реки, арестанты заболевают острым катаром кишок; но, несмотря даже на это обстоятельство, вся постановка дела как бы говорила, что здесь арестант полностью получает всё то количество пищевого довольствия, какое ему полагается по
закону.
Один живет на деньги, которые он привез с собой из России, и таких большинство, другой —
в писарях, третий —
в дьячках, четвертый — держит лавочку, хотя по
закону не имеет на это права, пятый — променивает арестантский хлам на японскую водку, которую продает, и проч. и проч.
Каторжным по переходе
в разряд исправляющихся
закон разрешает жить вне тюрьмы, строить себе дома, вступать
в брак и иметь деньги.
Каких-нибудь определенных
законов и инструкций на этот счет нет, и всё дело поставлено
в зависимость от такого случайного обстоятельства, как тот или другой состав служащих: находятся ли они на службе уже давно и знакомы с ссыльным населением и с местностью, как, например, г. Бутаков на севере и гг.
По
закону, арестанту, осужденному к ссылке
в каторжные работы, за всякий труд назначается из вырученного дохода одна десятая часть.
Крестьянин из ссыльных может оставить Сахалин и водвориться, где пожелает, по всей Сибири, кроме областей Семиреченской, Акмолинской и Семипалатинской, приписываться к крестьянским обществам, с их согласия, и жить
в городах для занятия ремеслами и промышленностью; он судится и подвергается наказаниям уже на основании
законов общих, а не «Устава о ссыльных»; он получает и отправляет корреспонденцию тоже на общих основаниях, без предварительной цензуры, установленной для каторжных и поселенцев.
Но эта статья существует только как прикрышка от
закона, запрещающего блуд и прелюбодеяние, так как каторжная или поселка, живущая у поселенца, не батрачка прежде всего, а сожительница его, незаконная жена с ведома и согласия администрации;
в казенных ведомостях и приказах жизнь ее под одною крышей с поселенцем отмечается как «совместное устройство хозяйства» или «совместное домообзаводство», [Например, приказ: «Согласно ходатайства г. начальника Александровского округа, изложенного
в рапорте от 5 января, за № 75, ссыльнокаторжная Александровской тюрьмы Акулина Кузнецова переводится
в Тымовский округ для совместного домообзаводства с поселенцем Алексеем Шараповым» (1889 г., № 25).] он и она вместе называются «свободною семьей».
Также не исполняется на практике
закон об освобождении арестантов от работ
в праздники, по которому исправляющиеся должны быть чаще освобождаемы, чем испытуемые.
Ст. 469 «Устава» дает право местному начальству без формального полицейского исследования определять и приводить
в исполнение наказания за такие преступления и проступки ссыльных, за которые по общим уголовным
законам полагаются наказания, не превосходящие лишения всех особенных прав и преимуществ с заключением
в тюрьме.
Где чиновник имеет право по
закону без суда и расследования наказать розгами и посадить
в тюрьму, и даже послать
в рудник, там существование суда имеет лишь формальное значение.
Наказания, которые полагаются каторжным и поселенцам за преступления, отличаются чрезмерною суровостью, и если наш «Устав о ссыльных» находится
в полном несоответствии с духом времени и
законов, то это прежде всего заметно
в той его части, которая трактует о наказаниях.
Вот как описывает это начальник острова: «Начальник Корсаковского округа доложил мне, между прочим, о крайне серьезном случае превышения власти, которое позволил себе (имярек) и которое состояло
в жестоком телесном наказании некоторых поселенцев и
в мере, далеко превышающей
законом установленную норму.
Неточные совпадения
Купцы. Ей-ей! А попробуй прекословить, наведет к тебе
в дом целый полк на постой. А если что, велит запереть двери. «Я тебя, — говорит, — не буду, — говорит, — подвергать телесному наказанию или пыткой пытать — это, говорит, запрещено
законом, а вот ты у меня, любезный, поешь селедки!»
Слесарша. Да мужу-то моему приказал забрить лоб
в солдаты, и очередь-то на нас не припадала, мошенник такой! да и по
закону нельзя: он женатый.
На это отвечу: цель издания
законов двоякая: одни издаются для вящего народов и стран устроения, другие — для того, чтобы законодатели не коснели
в праздности…"
Наконец он не выдержал.
В одну темную ночь, когда не только будочники, но и собаки спали, он вышел, крадучись, на улицу и во множестве разбросал листочки, на которых был написан первый, сочиненный им для Глупова,
закон. И хотя он понимал, что этот путь распубликования
законов весьма предосудителен, но долго сдерживаемая страсть к законодательству так громко вопияла об удовлетворении, что перед голосом ее умолкли даже доводы благоразумия.
"Сижу я, — пишет он, —
в унылом моем уединении и всеминутно о том мыслю, какие
законы к употреблению наиболее благопотребны суть.