Старцеву представили Екатерину Ивановну, восемнадцатилетнюю девушку, очень похожую на мать, такую же худощавую и миловидную. Выражение у нее было еще детское и талия тонкая, нежная; и девственная, уже развитая грудь, красивая, здоровая, говорила о весне, настоящей весне. Потом пили чай с вареньем, с медом, с конфетами и с очень вкусными печеньями, которые таяли во рту. С наступлением вечера, мало-помалу,
сходились гости, и к каждому из них Иван Петрович обращал свои смеющиеся глаза и говорил...
Время шло, он знакомился,
сходился, расставался, но ни разу не любил; было все, что угодно, но только не любовь.
Перед обедом общество опять
сходилось для беседы или для чтения; вечер посвящался прогулке, картам, музыке; в половине одиннадцатого Анна Сергеевна уходила к себе в комнату, отдавала приказания на следующий день и ложилась спать.
Члены семейства были разделены на два лагеря, чуждые и враждебные между собой, которые
сходились теперь только при нем, для него изменяя свой обычный образ жизни.
Не раз избитый в схватке смелой,
Заране кровью опьянелый,
С бойцом желанным, наконец,
Так грозный
сходится боец.