Неточные совпадения
Возле него стояли Любочка и дочери соседа, полковника Букреева, Наталья и Валентина, или, как их все звали, Ната и
Вата, анемичные и болезненно-полные блондинки лет 16–17, в белых платьях, поразительно похожие друг
на друга.
Ольге Михайловне нравилось молчать, ждать и глядеть
на Варвару. Она согласилась бы простоять так, молча и без всякой надобности, до самой ночи. Но нужно было идти. Едва она отошла от избы, как уж к ней навстречу бежали Любочка,
Вата и Ната. Две последние не добежали до нее
на целую сажень и обе разом остановились, как вкопанные; Любочка же добежала и повисла к ней
на шею.
—
На остров!
На остров! — сказали обе разом одинаковые
Вата и Ната, не улыбаясь.
А она чувствовала себя нехорошо… Ее раздражали многолюдство, смех, вопросы, шутник, ошеломленные и сбившиеся с ног лакеи, дети, вертевшиеся около стола; ее раздражало, что
Вата похожа
на Нату, Коля
на Митю и что не разберешь, кто из них пил уже чай, а кто еще нет. Она чувствовала, что ее напряженная приветливая улыбка переходит в злое выражение, и ей каждую минуту казалось, что она сейчас заплачет.
Бывало, писывала кровью // Она в альбомы нежных дев, // Звала Полиною Прасковью // И говорила нараспев, // Корсет носила очень узкий, // И русский Н, как N французский, // Произносить умела в нос; // Но скоро всё перевелось; // Корсет, альбом, княжну Алину, // Стишков чувствительных тетрадь // Она забыла; стала звать // Акулькой прежнюю Селину // И обновила наконец //
На вате шлафор и чепец.
Порфирий был одет, так же как и барин, в каком-то архалуке, стеганном
на вате, но несколько позамасленней.
Старики проснулись и вышли в гостиную. Гаврила Гаврилович в колпаке и байковой куртке, Прасковья Петровна в шлафорке
на вате. Подали самовар, и Гаврила Гаврилович послал девчонку узнать от Марьи Гавриловны, каково ее здоровье и как она почивала. Девчонка воротилась, объявляя, что барышня почивала-де дурно, но что ей-де теперь легче и что она-де сейчас придет в гостиную. В самом деле, дверь отворилась, и Марья Гавриловна подошла здороваться с папенькой и с маменькой.
— Извините, — сказал старичок, кивнув желтым черепом в клочьях волос, похожих
на вату. — Болтаю, конечно, от испуга души.
Неточные совпадения
Анисья скрылась. Обломов погрозил обоими кулаками Захару, потом быстро отворил дверь
на хозяйскую половину. Агафья Матвеевна сидела
на полу и перебирала рухлядь в старом сундуке; около нее лежали груды тряпок,
ваты, старых платьев, пуговиц и отрезков мехов.