Неточные совпадения
— Ах! — сказала она тихо и нетерпеливо поморщилась. — Вы можете
сделать отличную железную дорогу или
мост, но для голодающих вы ничего не можете
сделать. Поймите вы!
Если со временем какому-нибудь толковому историку искусств попадутся на глаза шкап Бутыги и мой
мост, то он скажет: «Это два в своем роде замечательных человека: Бутыга любил людей и не допускал мысли, что они могут умирать и разрушаться, и потому,
делая свою мебель, имел в виду бессмертного человека, инженер же Асорин не любил ни людей, ни жизни; даже в счастливые минуты творчества ему не были противны мысли о смерти, разрушении и конечности, и потому, посмотрите, как у него ничтожны, конечны, робки и жалки эти линии»…
— В другой раз не будут ошибаться! — сказал хладнокровно цейгмейстер. — Я требую, чтобы из этих самых плотов
сделали мост для перехода мариенбургских жителей, которых я взял под свою защиту!
Нужно ли властителю достигнуть нечистым путем цели, полезной для него и для государства, — он
делает мост из своего кастеляна и по нем, не замарав даже ноги, достигает, что ему нужно.
Неточные совпадения
Послушайте ж, вы
сделайте вот что: квартальный Пуговицын… он высокого роста, так пусть стоит для благоустройства на
мосту.
Но тот, казалось, приближался таинственно и осторожно. Он не взошел на
мост, а остановился в стороне, на тротуаре, стараясь всеми силами, чтоб Раскольников не увидал его. Дуню он уже давно заметил и стал
делать ей знаки. Ей показалось, что знаками своими он упрашивал ее не окликать брата и оставить его в покое, а звал ее к себе.
Однако ж, мост-ат наш каков, // Что Лгун не
сделает на нём пяти шагов, // Как тотчас в воду!
Движения его были смелы и размашисты; говорил он громко, бойко и почти всегда сердито; если слушать в некотором отдалении, точно будто три пустые телеги едут по
мосту. Никогда не стеснялся он ничьим присутствием и в карман за словом не ходил и вообще постоянно был груб в обращении со всеми, не исключая и приятелей, как будто давал чувствовать, что, заговаривая с человеком, даже обедая или ужиная у него, он
делает ему большую честь.
Десять раз выбегал я в сени из спальни, чтоб прислушаться, не едет ли издали экипаж: все было тихо, едва-едва утренний ветер шелестил в саду, в теплом июньском воздухе; птицы начинали петь, алая заря слегка подкрашивала лист, и я снова торопился в спальню, теребил добрую Прасковью Андреевну глупыми вопросами, судорожно жал руки Наташе, не знал, что
делать, дрожал и был в жару… но вот дрожки простучали по
мосту через Лыбедь, — слава богу, вовремя!