Все трое встали и, надевши шляпы, пошли в палисадник и сели там под тенью бледных кленов, груш и каштана. Зоолог и дьякон сели на скамью около столика, а Самойленко опустился в
плетеное кресло с широкой, покатой спинкой. Денщик подал чай, варенье и бутылку с сиропом.
Сидел он в
плетеном кресле и, раскачивая на желтом шнуре золотой портсигар, смотрел, наклонясь, вдаль, кивая кому-то гладко причесанной головой.
Ашанин вошел прямо в большую бильярдную, где двое офицеров играли в карамболяж, а другие «делали» свою полуденную сиесту в больших
плетеных креслах. Он так был поражен непривлекательным видом этой гостиницы, что хотел, было, снова сделаться жертвой 40-градусной жары и идти искать другого пристанища, как дремавший в бильярдной хозяин, толстый француз, остановил Володю словами:
Прошли в сад, там, в беседке, попадья, закрыв лицо газетой, громко читала о чём-то; прислонясь к ней, сидела Горюшина, а поп, измятый и опухший, полулежал в
плетёном кресле, закинув руки за голову; все были пёстрые от мелких солнечных пятен, лежавших на их одежде.
Зал ревел и гремел. Катя бросилась за кулисы. Княгиня, с новым лицом, сидела в
плетеном кресле. Восхищенный Капралов топтался вокруг. Гуриенко-Домашевская говорила:
(На террасу выходят: Ольга Алексеевна — садится в
плетеное кресло около перил; Рюмин — становится сбоку, она что-то говорит ему негромко; Басов — останавливается у накрытого стола, рассматривает закуски. Варвара Михайловна стоит, прислонившись к колонне террасы. Замыслов перед ней.)
Неточные совпадения
Лавок в тех горницах вдоль стен не было; стояли диван и
кресла карельской березы, обитые черной волосянкой,
плетеные стулья и два ломберных стола, крытых бумажными салфетками с вытканными изображениями города Ярославля.
Его возмущало, что и хозяйка, и ее дочери, и их кузины могут смертельно побледнеть оттого, например, что неосторожный гость свалит головою
плетеный бумажный «макассар» с
кресла или совершит другое, столь же возмутительное преступление против общественного благоприличия.
Эта общая комната, хотя в ней и сидело теперь несколько человек, все почему-то невольно напоминала какой-то нежилой покой: совершенно голые стены, голые окна, из которых в одном только висела, Бог весть для чего, коленкоровая штора, у стен в беспорядке приткнулись несколько
плетеных стульев, в одном углу валялись какие-то вещи, что-то вроде столовой да кухонной посуды, какие-то картонки, какая-то литография в запыленной рамке, сухая трава какая-то в бумажном тюричке, ножка от сломанного
кресла…
Генерал Синтянин, обложенный подушками, сидел в одном
кресле, меж тем как закутанные байковым одеялом ноги его лежали на другом. Пред ним несколько в стороне, на
плетеном стуле, стояла в золоченой раме картина вершков десяти, изображающая голову Христа, венчанного тернием.
К ним нельзя применять пословицы «А la guerre, comme А la guerre» [фр. — на войне как на войне.], так как на биваке у них полный комфорт, прекрасные палатки,
плетёные стулья,
кресла, походные кровати — всё это, конечно, для офицеров.