— Вот этак лучше, Сергей Петрович, — забормотал он. — Наплюйте на того белобрысого чёрта, чтоб ему… Статочное ли дело при вашем высоком понятии и при вашей образованности малодушием заниматься? Ваше дело благородное… Надо, чтобы все вас ублажали, боялись, а ежели будете с тем чёртом людям головы проламывать да в озере в одеже купаться, то всякий скажет: «Никакого ума! Пустяковый человек!» И пойдет тогда по миру слава! Удаль купцу к лицу, а не благородному… Благородному наука требуется, служба…
Еще несколько лет тяжелой усиленной работы в Москве на курсах с ежегодными летними наездами в родное село к старикам Гурьевым, которых молодая девушка всячески ублажала и баловала из своих скудных средств (она давала постоянно уроки, чтобы иметь возможность жить и учиться в большом городе).
Все, бывало, его ублажает: «Антонович да Антонович, такой-сякой немазаный, утихомирься ты, перекрестись, испей водицы!» Ни жалобы, ни свары от нее он никогда не видал.
Человек может всячески ублажать кошку неделя за неделей, исполнять её малейшие прихоти, а она берёт и уходит от него, потому что по соседству нашла себе местечко, где чаще дают рыбу.
Они уже привыкли каждую ночь ублажать мужчин, служить им, угождать своим телом.
Человек может всячески ублажать кошку неделя за неделей, исполнять её малейшие прихоти, а она берёт и уходит от него, потому что по соседству нашла себе местечко, где чаще дают рыбу.
Готовить, стирать, убирать, воспитывать детей и ублажать мужа?