Неточные совпадения
— Мой сыночек весь день мучился, — сказала Липа. — Глядит своими глазочками и молчит, и хочет сказать и не может. Господи батюшка, царица небесная! Я с горя так всё и падала на пол.
Стою и упаду возле кровати. И скажи мне,
дедушка, зачем маленькому перед смертью мучиться? Когда мучается большой человек, мужик или женщина, то грехи прощаются, а зачем маленькому, когда у него нет грехов? Зачем?
Сестра Юля была на полтора года моложе меня. Она догоняла меня ростом и догнала. Дедушка даже уверял, что перегнала, но я с азартом доказывал, что это неправда, что это только так кажется: у Юли в волосах гребешок, гребешок топорщит волосы, а я стриженый. Но
дедушка стоял на своем.
Раз у отца, в кабинете, // Саша портрет увидал, // Изображен на портрете // Был молодой генерал. // «Кто это? — спрашивал Саша. — // Кто?..» — Это дедушка твой. — // И отвернулся папаша, // Низко поник головой. // «Что же не вижу его я?» // Папа ни слова в ответ. // Внук, перед
дедушкой стоя, // Зорко глядит на портрет: // «Папа, чего ты вздыхаешь? // Умер он… жив? говори!» // — Вырастешь, Саша, узнаешь. — // «То-то… ты скажешь, смотри!..
Неточные совпадения
«Уйди!..» — вдруг закричала я, // Увидела я
дедушку: // В очках, с раскрытой книгою //
Стоял он перед гробиком, // Над Демою читал. // Я старика столетнего // Звала клейменым, каторжным. // Гневна, грозна, кричала я: // «Уйди! убил ты Демушку! // Будь проклят ты… уйди!..»
Стоит из меди кованный, // Точь-в-точь Савелий
дедушка, // Мужик на площади.
В углу двора, между конюшней и каменной стеной недавно выстроенного дома соседей,
стоял, умирая без солнца, большой вяз, у ствола его были сложены старые доски и бревна, а на них, в уровень с крышей конюшни, лежал плетенный из прутьев возок
дедушки. Клим и Лида влезали в этот возок и сидели в нем, беседуя. Зябкая девочка прижималась к Самгину, и ему было особенно томно приятно чувствовать ее крепкое, очень горячее тело, слушать задумчивый и ломкий голосок.
— Летом оттого тепло, — поучает
дедушка, — что солнце на небе долго
стоит; оно и греет. А зимой встанет оно в девять часов, а к трем, смотри, его уж и поминай как звали. Ну, и нет от него сугреву.
Обыкновенно дня за два Настасья объезжала родных и объявляла, что папенька Павел Борисыч тогда-то просит чаю откушать. Разумеется, об отказе не могло быть и речи. На зов являлись не только главы семей, но и подростки, и в назначенный день, около шести часов, у подъезда дома
дедушки уже
стояла порядочная вереница экипажей.