Дайте мне законченный
портрет человека — он не напомнит мне ни одного из моих знакомых, и я холодно отвернусь, сказав: «недурно», но покажите мне в благоприятную минуту едва набросанный, неопределенный абрис, в котором ни один человек не узнает себя положительным образом, — и этот жалкий, слабый абрис напомнит мне черты кого-нибудь милого мне; и, холодно смотря на живое лицо, полное красоты и выразительности, я в упоении буду смотреть на ничтожный эскиз, говорящий мне обо мне самом.
Неточные совпадения
Конечно,
портрет хорош только тогда, когда живописец сумел нарисовать совершенно того
человека, которого хотел нарисовать.
Вообще, чем более нам известно о характере поэта, о его жизни, о лицах, с которыми он сталкивался, тем более видим у него
портретов с живых
людей.
Чтобы доказать, как высоко ценится трудность исполнения и как много теряет в глазах
человека то, что делается само собою, без всяких усилий с нашей стороны, укажем «а дагерротипные
портреты; в числе их найдется очень много не только верных, но и передающих в совершенстве выражение лица, — ценим ли мы их?
Портрет снимается с
человека, который нам дорог и мил, не для того, чтобы сгладить недостатки его лица (что нам за дело до этих недостатков? они для нас незаметны или милы), но для того, чтобы доставить нам возможность любоваться на это лицо даже и тогда, когда на самом деле оно не перед нашими глазами; такова же цель и значение произведений искусства: они не поправляют действительности, не украшают ее, а воспроизводят, служат ей суррогатом.
Портрет пишется не потому, чтобы черты живого
человека не удовлетворяли нас, а для того, чтобы помочь нашему воспоминанию о живом
человеке, когда его нет перед нашими глазами, и дать о нем некоторое понятие тем
людям, которые не имели случая его видеть.
Для них я
портреты людей берегу, // Которые были мне близки, // Я им завещаю альбом — и цветы // С могилы сестры — Муравьевой, // Коллекцию бабочек, флору Читы // И виды страны той суровой;
Неточные совпадения
Иные ужасно обиделись, и не шутя, что им ставят в пример такого безнравственного
человека, как Герой Нашего Времени; другие же очень тонко замечали, что сочинитель нарисовал свой
портрет и
портреты своих знакомых…
Герой Нашего Времени, милостивые государи мои, точно
портрет, но не одного
человека: это
портрет, составленный из пороков всего нашего поколения, в полном их развитии.
Эх! эх! придет ли времечко, // Когда (приди, желанное!..) // Дадут понять крестьянину, // Что розь
портрет портретику, // Что книга книге розь? // Когда мужик не Блюхера // И не милорда глупого — // Белинского и Гоголя // С базара понесет? // Ой
люди,
люди русские! // Крестьяне православные! // Слыхали ли когда-нибудь // Вы эти имена? // То имена великие, // Носили их, прославили // Заступники народные! // Вот вам бы их портретики // Повесить в ваших горенках, // Их книги прочитать…
У круглого стола под лампой сидели графиня и Алексей Александрович, о чем-то тихо разговаривая. Невысокий, худощавый
человек с женским тазом, с вогнутыми в коленках ногами, очень бледный, красивый, с блестящими, прекрасными глазами и длинными волосами, лежавшими на воротнике его сюртука, стоял на другом конце, оглядывая стену с
портретами. Поздоровавшись с хозяйкой и с Алексеем Александровичем, Степан Аркадьич невольно взглянул еще раз на незнакомого
человека.
Я его не помню; сказывают, недалекий был
человек, с большим носом и веснушками, рыжий и в одну ноздрю табак нюхал; в спальне у матушки висел его
портрет, в красном мундире с черным воротником по уши, чрезвычайно безобразный.