Неточные совпадения
И действительно, она порадовалась; он
не отходил от нее ни на минуту, кроме тех часов, которые
должен был проводить в гошпитале и Академии;
так прожила она около месяца, и все время
были они вместе, и сколько
было рассказов, рассказов обо всем, что
было с каждым во время разлуки, и еще больше
было воспоминаний о прежней жизни вместе, и сколько
было удовольствий: они гуляли вместе, он нанял коляску, и они каждый день целый вечер ездили по окрестностям Петербурга и восхищались ими; человеку
так мила природа, что даже этою жалкою, презренною, хоть и стоившею миллионы и десятки миллионов, природою петербургских окрестностей радуются люди; они читали, они играли в дурачки, они играли в лото, она даже стала учиться играть в шахматы,
как будто имела время выучиться.
Он боялся, что когда придет к Лопуховым после ученого разговора с своим другом, то несколько опростоволосится: или покраснеет от волнения, когда в первый раз взглянет на Веру Павловну, или слишком заметно
будет избегать смотреть на нее, или что-нибудь
такое; нет, он остался и имел полное право остаться доволен собою за минуту встречи с ней: приятная дружеская улыбка человека, который рад, что возвращается к старым приятелям, от которых
должен был оторваться на несколько времени, спокойный взгляд, бойкий и беззаботный разговор человека,
не имеющего на душе никаких мыслей, кроме тех, которые беспечно говорит он, — если бы вы
были самая злая сплетница и смотрели на него с величайшим желанием найти что-нибудь
не так, вы все-таки
не увидели бы в нем ничего другого, кроме
как человека, который очень рад, что может, от нечего делать, приятно убить вечер в обществе хороших знакомых.
Пусть он
не знал, что это должно неизбежно возникнуть из сущности данных отношений между вашим и его характером, он все-таки
должен был на всякий случай приготовить вас к чему-нибудь подобному, просто
как к делу случайности, которой нельзя желать, которой незачем ждать, но которая все-таки может представиться: ведь за будущее никак нельзя ручаться,
какие случайности может привести оно.
«Я очень довольна, что еще во — время бросила эту невыгодную манеру. Это правда: надобно, чтобы обращение крови
не задерживалось никакими стеснениями. Но зачем после этого
так восхищаться, что цвет кожи стал нежнее? это
так должно
быть. И от
каких пустяков! пустяки, но
как это портит ногу! чулок
должен держаться сам, весь, и слегка; линия стала правильна, этот перерез исчезает.
Как ярко освещен зал, чем же? — нигде
не видно ни канделябров, ни люстр; ах, вот что! — в куполе зала большая площадка из матового стекла, через нее льется свет, — конечно,
такой он и
должен быть: совершенно,
как солнечный, белый, яркий и мягкий, — ну, да, это электрическое освещение.
Неточные совпадения
— Да
как вам сказать, Афанасий Васильевич? Я
не знаю, лучше ли мои обстоятельства. Мне досталось всего пя<тьдесят> душ крестьян и тридцать тысяч денег, которыми я
должен был расплатиться с частью моих долгов, — и у меня вновь ровно ничего. А главное дело, что дело по этому завещанью самое нечистое. Тут, Афанасий Васильевич, завелись
такие мошенничества! Я вам сейчас расскажу, и вы подивитесь, что
такое делается. Этот Чичиков…
Все
будет безуспешно, покуда
не почувствовал из нас всяк, что он
так же,
как в эпоху восстанья народ вооружался против <врагов>,
так должен восстать против неправды.
Лицо его
не представляло ничего особенного; оно
было почти
такое же,
как у многих худощавых стариков, один подбородок только выступал очень далеко вперед,
так что он
должен был всякий раз закрывать его платком, чтобы
не заплевать; маленькие глазки еще
не потухнули и бегали из-под высоко выросших бровей,
как мыши, когда, высунувши из темных нор остренькие морды, насторожа уши и моргая усом, они высматривают,
не затаился ли где кот или шалун мальчишка, и нюхают подозрительно самый воздух.
Вы посмеетесь даже от души над Чичиковым, может
быть, даже похвалите автора, скажете: «Однако ж кое-что он ловко подметил,
должен быть веселого нрава человек!» И после
таких слов с удвоившеюся гордостию обратитесь к себе, самодовольная улыбка покажется на лице вашем, и вы прибавите: «А ведь должно согласиться, престранные и пресмешные бывают люди в некоторых провинциях, да и подлецы притом немалые!» А кто из вас, полный христианского смиренья,
не гласно, а в тишине, один, в минуты уединенных бесед с самим собой, углубит во внутрь собственной души сей тяжелый запрос: «А нет ли и во мне какой-нибудь части Чичикова?» Да,
как бы
не так!
Зло порождает зло; первое страдание дает понятие о удовольствии мучить другого; идея зла
не может войти в голову человека без того, чтоб он
не захотел приложить ее к действительности: идеи — создания органические, сказал кто-то: их рождение дает уже им форму, и эта форма
есть действие; тот, в чьей голове родилось больше идей, тот больше других действует; от этого гений, прикованный к чиновническому столу,
должен умереть или сойти с ума, точно
так же,
как человек с могучим телосложением, при сидячей жизни и скромном поведении, умирает от апоплексического удара.