Плюшкин, однако же, ее простил и даже дал
маленькому внучку поиграть какую-то пуговицу, лежавшую на столе, но денег ничего не дал.
Это был странный рассказ о таинственных, даже едва понятных отношениях выжившего из ума старика с его
маленькой внучкой, уже понимавшей его, уже понимавшей, несмотря на свое детство, многое из того, до чего не развивается иной в целые годы своей обеспеченной и гладкой жизни.
Село опустело, но еще не совсем: оставались старушки с
малыми внучками, но вот и они показались. Одна за другою, они тянули на поводках остающихся в живых коровушек, а девчонки сзади подхлестывали животин хворостинками. Все это потянуло к тому же самому центру, на Аленин Верх, где надлежало добыть живой огонь, сжечь на нем соломенную чучелу коровьей смерти или мары, перегнать через ее пламя весь живой скот и потом опахать село, с девственным пламенем, на раздетых бабах.
Неточные совпадения
Смешно было смотреть, когда этот старик тащил на руках
маленькую «
внучку», как он называл девочку, куда-нибудь на берег Лалетинки и забавлял ее самыми замысловатыми штуками: катался на траве, кричал коростелем, даже пел что-нибудь духовное.
С своей стороны, и Сашенька отвечала бабушке такой же горячей привязанностью. И старая и
малая не надышались друг на друга, так что бабушка, по делам оставшегося от покойного зятя имения, даже советовалась с
внучкой, и когда ей замечали, что Сашенька еще мала, не смыслит, то старушка уверенно отвечала:
— Нет, не осталось. Да она чужая была, из кацапок чи из цыганок… Я еще
маленьким хлопцем был, когда она пришла к нам в село. И девочка с ней была: дочка или
внучка… Обеих прогнали…
Мне было как-то странно думать, что вся эта церемония, музыка, ровный топот огромной толпы, — что все это имеет центром эту
маленькую фигурку и что под балдахином, колеблющимся над морем голов, ведут ту самую Басину
внучку, которая разговаривала со мной сквозь щели забора и собиралась рассказать сестре свои ребяческие секреты.
Тит все время наблюдал Домнушку и только покачал головой: очень уж она разъелась на готовых хлебах. Коваль позвал
внучку Катрю и долго разговаривал с ней. Горничная испугалась не
меньше Домнушки: уж не сватать ли ее пришли старики? Но Домнушка так весело поглядывала на нее своими ласковыми глазами, что у Катри отлегло на душе.