Неточные совпадения
— Только, пожалуйста, поезжайте рысью, — наказывал Юрий Денисович сыновьям, — рысью и шагом, и думать не смейте о
галопе.
Лошади будут послушны, и вам не придется понукать их: Вострячок очень смирен, пока ему не дают шпоры и не горячат его. Но лишь только его пускают
галопом, он начинает волноваться, и, весьма может случиться, понесет. Слышишь, Юрий? Я надеюсь на твое благоразумие, — заключил Волгин, обращаясь к сыну.
В одну минуту и предостережение отца, и данное им обещание не пускать в
галоп лошадей — все было забыто. Юрик помнил только одно, что он не трус и должен во что бы то ни стало доказать это Мае.
Лицо Анны в ту минуту, как она в маленькой, прижавшейся к углу старой коляски фигуре узнала Долли, вдруг просияло радостною улыбкой. Она вскрикнула, дрогнула на седле и тронула
лошадь галопом. Подъехав к коляске, она без помощи соскочила и, поддерживая амазонку, подбежала навстречу Долли.
Заметив Боброва, Нина пустила
лошадь галопом. Встречный ветер заставлял ее придерживать правой рукой перед шляпы и наклонять вниз голову. Поравнявшись с Андреем Ильичем, она сразу осадила лошадь, и та остановилась, нетерпеливо переступая ногами, раздувая широкие, породистые ноздри и звучно перебирая зубами удила, с которых комьями падала пена. От езды у Нины раскраснелось лицо, и волосы, выбившиеся на висках из-под шляпы, откинулись назад длинными тонкими завитками.
— Ну прощай! — сказал князь Андрей, нагибаясь к Алпатычу. — Уезжай сам, увози чтò можешь, и народу вели уходить в Рязанскую или в Подмосковную. — Алпатыч прижался к его ноге и зарыдал. Князь Андрей осторожно отодвинул его, и, тронув
лошадь галопом, поехал вниз по аллее.
Неточные совпадения
Многие из скачущих были впереди, многие сзади, как вдруг Вронский услыхал сзади себя по грязи дороги звуки
галопа лошади, и его обогнал Махотин на своем белоногом, лопоухом Гладиаторе.
Рядом с Анной на серой разгоряченной кавалерийской
лошади, вытягивая толстые ноги вперед и, очевидно, любуясь собой, ехал Васенька Весловский в шотландском колпачке с развевающимися лентами, и Дарья Александровна не могла удержать веселую улыбку, узнав его. Сзади их ехал Вронский. Под ним была кровная темно-гнедая
лошадь, очевидно разгорячившаяся на
галопе. Он, сдерживая ее, работал поводом.
— Вы выражаете ваши мысли, как
лошади, ногами, — заметил Малов, воображавший, вероятно, что
лошади думают
галопом и рысью, и буря поднялась — свист, шиканье, крик: «Вон его, вон его, pereat» [да сгинет! (лат.).]
И когда они уже сидели рядом и Ромашов, наклоняясь вправо, глядел, как
лошади нестройным
галопом, вскидывая широкими задами, вывозили экипаж на гору, Бек-Агамалов ощупью нашел его руку и крепко, больно и долго сжал ее. Больше между ними ничего не было сказано.
Его шашка отчаянно билась о ребра
лошади, а белая худая
лошадь, вся усыпанная от старости гречкой и с бельмом на правом глазу, судорожно вертела коротким хвостом и издавала в такт своему безобразному
галопу резкие, отрывистые, как выстрелы, звуки.