— Тихо? Тем лучше, — зловеще прозвучал ее голос
с порога, и, обведя торжествующим взором воспитанниц, она остановила глаза на Наташе и произнесла, отчеканивая каждое слово: — Наталья Румянцева! Ты по приказанию госпожи начальницы будешь острижена завтра после общей молитвы в наказание за дерзость и непослушание по отношению меня.
Неточные совпадения
— Ага! Сейчас приду! — сразу оживилась та и, вскочив
с места
с живостью девочки, зашагала к двери. На
пороге она остановилась, погрозила пальцем по адресу всех работниц, больших и маленьких, и произнесла своим резким, неприятным голосом...
На
пороге залы стояла
с помертвевшим, белым, как снег, лицом и расширенными от ужаса глазами Паланя Заведеева.
Не успела ответить Дуня, как широко распахнулась дверь рабочей, и тетя Леля в новом сером,
с пелериной из кружев, скрывающей ее горб, платье появилась на
пороге комнаты.
Одетый в безукоризненный костюм,
с длинными белокурыми волосами,
с мечтательным, чрезвычайно благородным лицом, бледный и нежный в своей бархатной куртке
с небрежно повязанным артистическим галстуком, стоявший на
пороге гостиной юноша казался действительно переодетым принцем. Он издали любезно улыбался подходившим девушкам.
Затаив дыхание, на цыпочках воспитанницы переступили
порог огромной комнаты. Гости попечительницы
с чашками кофе в руках сидели здесь на низеньких диванах, табуретах и на золоченых стуликах, уставленных вдоль стен. Барон Вальтер Фукс был за роялем.
Тихо, чуть слышно скрипнула дверь, смежная
с умывальной, и через
порог спальни перешагнула «она».
На
пороге умывальной стояла уже не одна, а две черные фигуры. Плотная пожилая женщина
с лицом, как две капли воды похожим на лицо Варварушки, и Соня Кузьменко, одетая в черную скромную одежду монастырской послушницы и черным же платком, плотно окутывавшим голову и перевязанным крест-накрест на груди. При виде Дуни она попятилась было назад, но ободряющий голос Варварушки успокоил ее.
— О чем толковал? — спросил у него другой мужик средних лет и угрюмого вида, издали,
с порога своей избы, присутствовавший при беседе его с Базаровым. — О недоимке, что ль?
Это было странно. Иноков часто бывал у Спивак, но никогда еще не заходил к Самгину. Хотя визит его помешал Климу беседовать с самим собою, он встретил гостя довольно любезно. И сейчас же раскаялся в этом, потому что Иноков
с порога начал:
— Это болезнь, — говорил Обломов, — горячка, скаканье
с порогами, с прорывами плотин, с наводнениями.
Неточные совпадения
Оборванные нищие, // Послышав запах пенного, // И те пришли доказывать, // Как счастливы они: // — Нас у
порога лавочник // Встречает подаянием, // А в дом войдем, так из дому // Проводят до ворот… // Чуть запоем мы песенку, // Бежит к окну хозяюшка //
С краюхою,
с ножом, // А мы-то заливаемся: // «Давать давай — весь каравай, // Не мнется и не крошится, // Тебе скорей, а нам спорей…»
Бригадир понял, что дело зашло слишком далеко и что ему ничего другого не остается, как спрятаться в архив. Так он и поступил. Аленка тоже бросилась за ним, но случаю угодно было, чтоб дверь архива захлопнулась в ту самую минуту, когда бригадир переступил
порог ее. Замок щелкнул, и Аленка осталась снаружи
с простертыми врозь руками. В таком положении застала ее толпа; застала бледную, трепещущую всем телом, почти безумную.
— А эта женщина, — перебил его Николай Левин, указывая на нее, — моя подруга жизни, Марья Николаевна. Я взял ее из дома, — и он дернулся шеей, говоря это. — Но люблю ее и уважаю и всех, кто меня хочет знать, — прибавил он, возвышая голос и хмурясь, — прошу любить и уважать ее. Она всё равно что моя жена, всё равно. Так вот, ты знаешь,
с кем имеешь дело. И если думаешь, что ты унизишься, так вот Бог, а вот
порог.
— Нет, Павел Иванович! как вы себе хотите, это выходит избу только выхолаживать: на
порог, да и назад! нет, вы проведите время
с нами! Вот мы вас женим: не правда ли, Иван Григорьевич, женим его?
— В самом слове нет ничего оскорбительного, — сказал Тентетников, — но в смысле слова, но в голосе,
с которым сказано оно, заключается оскорбленье. Ты — это значит: «Помни, что ты дрянь; я принимаю тебя потому только, что нет никого лучше, а приехала какая-нибудь княжна Юзякина, — ты знай свое место, стой у
порога». Вот что это значит!