Неточные совпадения
— Вы сербка? Давно приехали с вашей
родины? Когда поедете обратно? Передайте вашим львам, чтобы они мужались… Скоро идем на помощь к ним. Русские не
оставят без помощи своих младших братьев. Рано же приходить в отчаяние и терять надежду. Где вы живете, скажите? Мы доведем вас до дому. Вы же едва держитесь на ногах…
Стыдно как-то бездействовать, когда наши солдатики запасные семьи свои, жен и детей
оставляют и идут жертвовать своей жизнью
родине за нас всех.
Я, любезные граждане, не затем
оставил родину, чтоб искать себе другой: я всем сердцем люблю народ русский, а Россию оставил потому, что не мог быть немым и праздным свидетелем ее угнетения; я оставил ее после ссылки, преследуемый свирепым самовластием Николая.
Неточные совпадения
— Выпустили меня третьего дня, и я все еще не в себе. На
родину, — а где у меня
родина, дураки! Через четыре дня должна ехать, а мне совершенно необходимо жить здесь. Будут хлопотать, чтоб меня
оставили в Москве, но…
[Только одного я встретил, который выразил желание остаться на Сахалине навсегда: это несчастный человек, черниговский хуторянин, пришедший за изнасилование родной дочери; он не любит
родины, потому что
оставил там дурную память о себе, и не пишет писем своим, теперь уже взрослым, детям, чтобы не напоминать им о себе; не едет же на материк потому, что лета не позволяют.]
Предполагают, что когда-то
родиной гиляков был один только Сахалин и что только впоследствии они перешли оттуда на близлежащую часть материка, теснимые с юга айнами, которые двигались из Японии, в свою очередь теснимые японцами.] селения старые, и те их названия, какие упоминаются у старых авторов, сохранились и по сие время, но жизнь все-таки нельзя назвать вполне оседлой, так как гиляки не чувствуют привязанности к месту своего рождения и вообще к определенному месту, часто
оставляют свои юрты и уходят на промыслы, кочуя вместе с семьями и собаками по Северному Сахалину.
— Да ведь слышно, матушка, что вас по своим местам разошлют, на
родину, значит. Какие ни на есть сродники ведь тоже у каждой найдутся, они не
оставят родных, — сказал высокий, седой, сановитый ивановский фабрикант Старожилов.
Странный осадок в его сердце
оставило это первое свидание на
родине с любимою женщиной.