Так я, несколько лет спустя, в генуэзском Нерви, нечаянно завидев из окна гостиницы «Beau-Rivage» и направляющегося к ней: в ней заточенным нам с Асей — революционера «Тигра», испугалась от радости — так, что швейцарская бабушка, испуганно: «Mais, qu'as-tu donc?
Слегка обеспокоенная взятым на себя неизвестным грехом, а отчасти из любопытства: что это я такое всегда делаю? — я, несколько дней спустя, матери: «Мама, что такое чертыхаться?» — «Черты — что?» — спросила мать. «Чертыхаться». — «Не знаю, — задумалась мать, — может быть — поминать черта? И вообще, откуда ты это взяла?» — «Так мальчишки на улице ругаются».
Да и теперь, тридцать с лишним лет спустя, за каждым служащим священником я неизменно вижу покойника: за стоящим — лежащего. И — только за православным. Каждая православная служба, кроме единственной — пасхальной, вопящей о воскресении и с высоты разверстых небес отрясающей всякий прах, каждая православная служба для меня — отпевание.
Когда несколько минут спустя фрау Луизе вошла в комнату — я все еще стоял на самой середине ее, уж точно как громом пораженный. Я не понимал, как могло это свидание так быстро, так глупо кончиться — кончиться, когда я и сотой доли не сказал того, что хотел, что должен был сказать, когда я еще сам не знал, чем оно могло разрешиться…
Вдруг в уголке рядом с камином, там, где под плинтусом пряталась дыра, послышалось какое-то шебуршение и копошение, и ещё спустя мгновение оттуда вылезла, а затем вновь исчезла мышиная голова.
Уже спустя несколько минут были захвачены первые пленные – секрет 71-й пехотной дивизии, двое ошалевших от происходящего солдат.
Вдруг в уголке рядом с камином, там, где под плинтусом пряталась дыра, послышалось какое-то шебуршение и копошение, и ещё спустя мгновение оттуда вылезла, а затем вновь исчезла мышиная голова.
Несколько месяцев спустя уже полдюжины французских конструкторов работали в этой области.