Стародум. Богату! А кто богат? Да ведаешь ли ты, что для прихотей одного человека всей Сибири мало! Друг мой! Все состоит в воображении. Последуй природе, никогда не будешь беден. Последуй
людским мнениям, никогда богат не будешь.
Надо приучать себя жить так, чтобы не думать о
людском мнении, чтобы не желать даже любви людской, а жить только для исполнения закона своей жизни, воли бога. При такой одинокой, с одним богом жизни, правда, нет уж побуждений к добрым поступкам ради славы людской, но зато устанавливается в душе такая свобода, такое спокойствие, такое постоянство и такое твердое сознание верности пути, которых никогда не узнает тот, кто живет для славы людской.
Восторг тебя сожигает, неудача исполнения бесит, терзает на части; тебя мучит то страх
людского мнения, то боязнь умереть, не кончив труда.
И Касатскому особенно радостна была эта встреча, потому что он презрел
людское мнение и сделал самое пустое, легкое — взял смиренно двадцать копеек и отдал их товарищу, слепому нищему. Чем меньше имело значения мнение людей, тем сильнее чувствовался бог.
Неточные совпадения
Во-вторых, люди эти в этих заведениях подвергались всякого рода ненужным унижениям — цепям, бритым головам, позорной одежде, т. е. лишались главного двигателя доброй жизни слабых людей — зaботы о
мнении людском, стыда, сознания человеческого достоинства.
Я так долго возмущался против этой несправедливости, что наконец понял ее: он вперед был уверен, что всякий человек способен на все дурное и если не делает, то или не имеет нужды, или случай не подходит; в нарушении же форм он видел личную обиду, неуважение к нему или «мещанское воспитание», которое, по его
мнению, отлучало человека от всякого
людского общества.
Аракчеев не мог не полюбить такого человека, как Тюфяев: без высших притязаний, без развлечений, без
мнений, человека формально честного, снедаемого честолюбием и ставящего повиновение в первую добродетель
людскую.
Человека никогда не будут хвалить все. Если он хороший, дурные люди будут находить в нем дурное и будут или смеяться над ним, или осуждать его. Если он дурной, хорошие не будут одобрять его. Для того, чтобы все хвалили человека, ему надо перед добрыми притворяться добрым, а перед дурными — дурным. Но тогда и те и другие угадают притворство, и те и другие будут презирать его. Одно средство: быть добрым и не заботиться о
мнении других, а награду за свою жизнь искать не в
мнении людском, а в себе.
Только заботой о чужом
мнении можно объяснить себе самый обыкновенный и вместе с тем самый удивительный поступок
людской: ложь. Человек знает одно и говорит другое. Зачем? Нет другого объяснения, как только то, что он думает, что, если он скажет правду, люди не похвалят, а если солжет, люди похвалят его.