Неточные совпадения
Отставной артиллерийский полковник Перейра получил за
женою в приданое прекрасное
имение и прижил с нею двух детей: мальчика Альфонса и девочку, носившую имя матери Елизавета.
Полковник Перейра, оказалось, был человек зажиточный, содержавший
имение и дом при помощи приветливой и красивой блондинки
жены в примерном порядке.
Он прочел письма. Одно было очень неприятное — от купца, покупавшего лес
в имении жены. Лес этот необходимо было продать; но теперь, до примирения с женой, не могло быть о том речи. Всего же неприятнее тут было то, что этим подмешивался денежный интерес в предстоящее дело его примирения с женою. И мысль, что он может руководиться этим интересом, что он для продажи этого леса будет искать примирения с женой, — эта мысль оскорбляла его.
Сегодня городничий получил от него письмо насчет продажи хлеба
в имении жены его, и там же в том письме приписочка о колокольном звоне столь ясная, что и загадывать нечего, кто шлет; а вдобавок к сему и еще один нумер сей газеты да и в казенном пакете.
Неточные совпадения
Штольц не приезжал несколько лет
в Петербург. Он однажды только заглянул на короткое время
в имение Ольги и
в Обломовку. Илья Ильич получил от него письмо,
в котором Андрей уговаривал его самого ехать
в деревню и взять
в свои руки приведенное
в порядок
имение, а сам с Ольгой Сергеевной уезжал на южный берег Крыма, для двух целей: по делам своим
в Одессе и для здоровья
жены, расстроенного после родов.
— Оставил он сыну наследства всего тысяч сорок. Кое-что он взял
в приданое за
женой, а остальные приобрел тем, что учил детей да управлял
имением: хорошее жалованье получал. Видишь, что отец не виноват. Чем же теперь виноват сын?
Наконец, большая часть вступает
в брак, как берут
имение, наслаждаются его существенными выгодами:
жена вносит лучший порядок
в дом — она хозяйка, мать, наставница детей; а на любовь смотрят, как практический хозяин смотрит на местоположение
имения, то есть сразу привыкает и потом не замечает его никогда.
— Одно решите мне, одно! — сказал он мне (точно от меня теперь все и зависело), —
жена, дети!
Жена умрет, может быть, с горя, а дети хоть и не лишатся дворянства и
имения, — но дети варнака, и навек. А память-то, память какую
в сердцах их по себе оставлю!
Петр Александрович Миусов, о котором я говорил уже выше, дальний родственник Федора Павловича по его первой
жене, случился тогда опять у нас,
в своем подгородном
имении, пожаловав из Парижа,
в котором уже совсем поселился.