Те же, Ступендьев и Миша. Ступендьев во время этого разговора подошел к самому графу. Миша остановился у порога. Дарья Ивановна
глядит на графа, на мужа и с звонким хохотом бросается в кресла. Граф в смущении оглядывается и видит Ступендьева. Тот ему кланяется. Граф с досадой обращается к нему.
Неточные совпадения
Граф Любин (почти не
глядя на нее, холодно кланяется). А? Очень рад.
Граф. Я
гляжу на вас,
на ваши глаза,
на ваши локоны — и мне, право, кажется, что вам шестнадцать лет и что мы по-прежнему гуляем с вами в саду, sous ces magnifiques tilleuls… Ваша улыбка нисколько не изменилась, ваш смех так же звонок, так же приятен, так же молод, как тогда.
Граф. (быстро оборачивается,
глядит на него некоторое время и спокойно говорит). А, это вы, Алексей Иваныч. Откуда вы явились?
Дарья Ивановна. Встаньте, прошу вас… (Из передней показывается Ступендьев, напрасно удерживаемый Мишей.) Встаньте… (Она делает мужу знаки и сама с трудом удерживает смех.) Встаньте… (
Граф с изумлением
глядит на нее и замечает ее знаки.) Да встаньте же, говорят…
Корнилий Потапович вытаращил глаза, растопырил руки и так и остался у своего стола, вопросительно
глядя на графа Сигизмунда Владиславовича.
Неточные совпадения
Это была г-жа Шталь. Сзади её стоял мрачный здоровенный работник Немец, катавший её. Подле стоял белокурый шведский
граф, которого знала по имени Кити. Несколько человек больных медлили около колясочки,
глядя на эту даму, как
на что-то необыкновенное.
— А, они уже приехали! — сказала Анна,
глядя на верховых лошадей, которых только что отводили от крыльца. — Не правда ли, хороша эта лошадь? Это коб. Моя любимая. Подведи сюда, и дайте сахару.
Граф где? — спросила она у выскочивших двух парадных лакеев. — А, вот и он! — сказала она, увидев выходившего навстречу ей Вронского с Весловским.
Играя с тетками, я служил, говорю, твоему делу, то есть пробуждению страсти в твоей мраморной кузине, с тою только разницею, что без тебя это дело пошло было впрок. Итальянец,
граф Милари, должно быть, служит по этой же части, то есть развивает страсти в женщинах, и едва ли не успешнее тебя. Он повадился ездить в те же дни и часы, когда мы играли в карты, а Николай Васильевич не нарадовался,
глядя на свое семейное счастье.
В описываемое нами время в селе Грузине царил образцовый порядок — там сам
граф входил положительно во все, и кроме того, за всеми
глядел зоркий глаз графской экономки Настасьи Федоровны Минкиной.
На улицах села была необыкновенная чистота, не видно было ни сору, ни обычного в деревнях навозу, каждый крестьянин обязан был следить за чистотой около своей избы, под опасением штрафа или даже более строгого наказания.
Граф нахмурился,
глядя на почти всегда полупьяного Михаила Андреевича, но в объяснения с ним не вступал; последний же старался как можно далее держать себя, что первое время ему удавалось, так как и сам Алексей Андреевич избегал его.