Неточные совпадения
— Послушайте, я давно хотела
объясниться с вами. Вам нечего говорить, — вам это самим известно, — что вы человек не из числа обыкновенных; вы еще молоды — вся жизнь перед вами. К чему вы себя готовите? какая будущность ожидает вас? я хочу сказать — какой цели вы хотите достигнуть, куда вы идете, что у вас на душе?
словом, кто вы, что вы?
— Я вас понимаю и одобряю вас вполне. Мой бедный брат, конечно, виноват: за то он и наказан. Он мне сам сказал, что поставил вас в невозможность иначе действовать. Я верю, что вам нельзя было избегнуть этого поединка, который… который до некоторой степени
объясняется одним лишь постоянным антагонизмом ваших взаимных воззрений. (Николай Петрович путался в своих
словах.) Мой брат — человек прежнего закала, вспыльчивый и упрямый… Слава богу, что еще так кончилось. Я принял все нужные меры к избежанию огласки…
Неточные совпадения
Нет резона драться, но нет резона и не драться; в результате виднеется лишь печальная тавтология, [Тавтоло́гия — повторение того же самого другими
словами, ничего по смыслу не прибавляющее, а потому лишнее.] в которой оплеуха
объясняется оплеухою.
— Взять аттестат на Гамбетту, я продал его, — сказал он таким тоном, который выражал яснее
слов: «
объясняться мне некогда, и ни к чему не поведет».
Теперь или никогда надо было
объясниться; это чувствовал и Сергей Иванович. Всё, во взгляде, в румянце, в опущенных глазах Вареньки, показывало болезненное ожидание. Сергей Иванович видел это и жалел ее. Он чувствовал даже то, что ничего не сказать теперь значило оскорбить ее. Он быстро в уме своем повторял себе все доводы в пользу своего решения. Он повторял себе и
слова, которыми он хотел выразить свое предложение; но вместо этих
слов, по какому-то неожиданно пришедшему ему соображению, он вдруг спросил:
Алексей Александрович сел, чувствуя, что
слова его не имели того действия, которое он ожидал, и что ему необходимо нужно будет
объясняться и что, какие бы ни были его объяснения, отношения его к шурину останутся те же.
И труды, и старания, и бессонные ночи вознаграждались ему изобильно, если дело наконец начинало перед ним
объясняться, сокровенные причины обнаруживаться, и он чувствовал, что может передать его все в немногих
словах, отчетливо и ясно, так что всякому будет очевидно и понятно.