Неточные совпадения
— Это совершенно другой вопрос. Мне вовсе
не приходится объяснять вам теперь, почему я сижу сложа руки, как вы изволите выражаться. Я хочу только сказать, что аристократизм — принсип, а без принсипов
жить в наше время могут одни безнравственные или пустые люди. Я говорил это Аркадию на другой
день его приезда
и повторяю теперь вам.
Не так ли, Николай?
— Экой ты чудак! — небрежно перебил Базаров. — Разве ты
не знаешь, что на нашем наречии
и для нашего брата «неладно» значит «ладно»?
Пожива есть, значит.
Не сам ли ты сегодня говорил, что она странно вышла замуж, хотя, по мнению моему, выйти за богатого старика —
дело ничуть
не странное, а, напротив, благоразумное. Я городским толкам
не верю; но люблю думать, как говорит наш образованный губернатор, что они справедливы.
— А я думаю: я вот лежу здесь под стогом… Узенькое местечко, которое я занимаю, до того крохотно в сравнении с остальным пространством, где меня нет
и где
дела до меня нет;
и часть времени, которую мне удастся
прожить, так ничтожна перед вечностию, где меня
не было
и не будет… А в этом атоме, в этой математической точке кровь обращается, мозг работает, чего-то хочет тоже… Что за безобразие! Что за пустяки!
— Великодушная! — шепнул он. — Ох, как близко,
и какая молодая, свежая, чистая… в этой гадкой комнате!.. Ну, прощайте!
Живите долго, это лучше всего,
и пользуйтесь, пока время. Вы посмотрите, что за безобразное зрелище: червяк полураздавленный, а еще топорщится.
И ведь тоже думал: обломаю
дел много,
не умру, куда! задача есть, ведь я гигант! А теперь вся задача гиганта — как бы умереть прилично, хотя никому до этого
дела нет… Все равно: вилять хвостом
не стану.
Неточные совпадения
Кто
жил и мыслил, тот
не может // В душе
не презирать людей; // Кто чувствовал, того тревожит // Призрак невозвратимых
дней: // Тому уж нет очарований, // Того змия воспоминаний, // Того раскаянье грызет. // Всё это часто придает // Большую прелесть разговору. // Сперва Онегина язык // Меня смущал; но я привык // К его язвительному спору, //
И к шутке, с желчью пополам, //
И злости мрачных эпиграмм.
Видно было, что хозяин приходил в дом только отдохнуть, а
не то чтобы
жить в нем; что для обдумыванья своих планов
и мыслей ему
не надобно было кабинета с пружинными креслами
и всякими покойными удобствами
и что жизнь его заключалась
не в очаровательных грезах у пылающего камина, но прямо в
деле.
— Все это хорошо, только, уж как хотите, мы вас
не выпустим так рано. Крепости будут совершены сегодня, а вы все-таки с нами
поживите. Вот я сейчас отдам приказ, — сказал он
и отворил дверь в канцелярскую комнату, всю наполненную чиновниками, которые уподобились трудолюбивым пчелам, рассыпавшимся по сотам, если только соты можно уподобить канцелярским
делам: — Иван Антонович здесь?
И, может быть, я завтра умру!..
и не останется на земле ни одного существа, которое бы поняло меня совершенно. Одни почитают меня хуже, другие лучше, чем я в самом
деле… Одни скажут: он был добрый малый, другие — мерзавец.
И то
и другое будет ложно. После этого стоит ли труда
жить? а все
живешь — из любопытства: ожидаешь чего-то нового… Смешно
и досадно!
Мне объявили, что я должен
прожить тут еще три
дни, ибо «оказия» из Екатеринограда еще
не пришла
и, следовательно, отправиться обратно
не может.