Неточные совпадения
—
Твой отец добрый малый, — промолвил Базаров, — но он
человек отставной, его песенка спета.
Он, однако, изумился, когда узнал, что приглашенные им родственники остались в деревне. «Чудак был
твой папа́ всегда», — заметил он, побрасывая кистями своего великолепного бархатного шлафрока, [Шлафрок — домашний халат.] и вдруг, обратясь к молодому чиновнику в благонамереннейше застегнутом вицмундире, воскликнул с озабоченным видом: «Чего?» Молодой
человек, у которого от продолжительного молчания слиплись губы, приподнялся и с недоумением посмотрел на своего начальника.
— В кои-то веки разик можно, — пробормотал старик. — Впрочем, я вас, господа, отыскал не с тем, чтобы говорить вам комплименты; но с тем, чтобы, во-первых, доложить вам, что мы скоро обедать будем; а во-вторых, мне хотелось предварить тебя, Евгений… Ты умный
человек, ты знаешь
людей, и женщин знаешь, и, следовательно, извинишь…
Твоя матушка молебен отслужить хотела по случаю
твоего приезда. Ты не воображай, что я зову тебя присутствовать на этом молебне: уж он кончен; но отец Алексей…
— Она очень важна; от нее, по моим понятиям, зависит все счастье
твоей жизни. Я все это время много размышлял о том, что я хочу теперь сказать тебе… Брат, исполни обязанность
твою, обязанность честного и благородного
человека, прекрати соблазн и дурной пример, который подается тобою, лучшим из
людей!
— Я ненавижу поповское православие, мой ум направлен на слияние всех наших общин — и сродных им — в одну. Я — христианство не люблю, — вот что! Если б
люди твоей… касты, что ли, могли понять, что такое христианство, понять его воздействие на силу воли…
Струнников начинает расхаживать взад и вперед по анфиладе комнат. Он заложил руки назад; халат распахнулся и раскрыл нижнее белье. Ходит он и ни о чем не думает. Пропоет «Спаси, Господи,
люди Твоя», потом «Слава Отцу», потом вспомнит, как протодьякон в Успенском соборе, в Москве, многолетие возглашает, оттопырит губы и старается подражать. По временам заглянет в зеркало, увидит: вылитый мопс! Проходя по зале, посмотрит на часы и обругает стрелку.
Вот рассаженные по вагонам добровольцы запели «Спаси, господи,
люди твоя», и толпа, как один человек, обнажила головы.
Спа-си, Го-о-споди,
люди твоя! — запевает он вполголоса, вынимая посудину из холщовой сумки, прикрепленной сбоку кибитки, и прикладывая ко рту горлышко, — ну вот, теперь ладно! тепло сделалось!
Неточные совпадения
— Пустое, будто я не знаю, что ты куряка. Эй! как, бишь, зовут
твоего человека? Эй, Вахрамей, послушай!
— Послушай, Бэла, ведь нельзя же ему век сидеть здесь, как пришитому к
твоей юбке: он
человек молодой, любит погоняться за дичью, — походит, да и придет; а если ты будешь грустить, то скорей ему наскучишь.
— Послушай, Казбич, — говорил, ласкаясь к нему, Азамат, — ты добрый
человек, ты храбрый джигит, а мой отец боится русских и не пускает меня в горы; отдай мне свою лошадь, и я сделаю все, что ты хочешь, украду для тебя у отца лучшую его винтовку или шашку, что только пожелаешь, — а шашка его настоящая гурда [Гурда — сорт стали, название лучших кавказских клинков.] приложи лезвием к руке, сама в тело вопьется; а кольчуга — такая, как
твоя, нипочем.
— Лжешь, ничего не будет! Зови
людей! Ты знал, что я болен, и раздражить меня хотел, до бешенства, чтоб я себя выдал, вот
твоя цель! Нет, ты фактов подавай! Я все понял! У тебя фактов нет, у тебя одни только дрянные, ничтожные догадки, заметовские!.. Ты знал мой характер, до исступления меня довести хотел, а потом и огорошить вдруг попами да депутатами [Депутаты — здесь: понятые.]… Ты их ждешь? а? Чего ждешь? Где? Подавай!
«Мизинца, говорит, этого
человека не стою!»
Твоего то есть.