Восемнадцати лет она чуть не умерла от злокачественной лихорадки; потрясенный до основания, весь ее организм, от природы здоровый и крепкий, долго не мог справиться: последние следы болезни исчезли наконец, но отец Елены Николаевны все еще не без озлобления толковал об ее нервах.
В тысяча восемьсот тридцать пятом году, стало быть, восемнадцать лет тому назад, совершилось ужасное злодеяние: мать Инсарова вдруг пропала без вести; через неделю ее нашли зарезанною.
Красивая борзая собака с голубым ошейником вбежала в гостиную, стуча ногтями по полу, а вслед за нею вошла девушка лет восемнадцати, черноволосая и смуглая, с несколько круглым, но приятным лицом, с небольшими темными глазами. Она держала в руках корзину, наполненную цветами.
Потом тотчас больница (и это всегда у тех, которые у матерей живут очень честных и тихонько от них пошаливают), ну а там… а там опять больница… вино… кабаки… и еще больница… года через два-три — калека, итого житья ее девятнадцать аль восемнадцать лет от роду всего-с…
Когда мне исполнилось восемнадцать лет и мне предстояло встать на военный учёт, я попросил предоставить мне статус отказника от военной службы по соображениям совести.
Прошло уже восемнадцать лет, но я не представляю свою жизнь без запаха типографской краски от страниц нового издания и ощущения тяжести очередного тома в руке.
Когда отцу исполнилось восемнадцать лет, дед затеял раздел имущества, но семья продолжала жить вместе.
Когда мне исполнилось восемнадцать лет и мне предстояло встать на военный учёт, я попросил предоставить мне статус отказника от военной службы по соображениям совести.
Прошло уже восемнадцать лет, но я не представляю свою жизнь без запаха типографской краски от страниц нового издания и ощущения тяжести очередного тома в руке.