Неточные совпадения
Мы уселись около стола. Здоровая баба,
одна из его невесток, принесла горшок с молоком. Все его
сыновья поочередно входили в избу.
— Да чтоб оброку сбавил аль на барщину посадил, переселил, что ли…
Сын у меня умер, так мне
одному теперь не справиться.
В «тверёзом» виде не лгал; а как выпьет — и начнет рассказывать, что у него в Питере три дома на Фонтанке:
один красный с
одной трубой, другой — желтый с двумя трубами, а третий — синий без труб, и три
сына (а он и женат-то не бывал):
один в инфантерии, другой в кавалерии, третий сам по себе…
И все расхохотались, иные запрыгали. Громче всех заливался
один мальчишка лет пятнадцати, вероятно,
сын аристократа между дворней: он носил жилет с бронзовыми пуговицами, галстух лилового цвета и брюшко уже успел отрастить.
— Можно, — ответил Ермолай с обычной своей невозмутимостью. — Вы про здешнюю деревню сказали верно; а только в этом самом месте проживал
один крестьянин. Умнеющий! богатый! Девять лошадей имел. Сам-то он помер, и старший
сын теперь всем орудует. Человек — из глупых глупый, ну, однако, отцовское добро протрясти не успел. Мы у него лошадьми раздобудемся. Прикажите, я его приведу. Братья у него, слышно, ребята шустрые… а все-таки он им голова.
Кроме описанных выше четырех теток, у меня было еще пять, которые жили в дальних губерниях и с которыми наша семья не поддерживала почти никаких сношений. С
сыном одной из них, Поликсены Порфирьевны, выданной замуж в Оренбургскую губернию за башкирца Половникова, я познакомился довольно оригинальным образом.
Макар Тихоныч непомерно был рад дорогим гостям. К свадьбе все уже было готово, и по приезде в Москву отцы решили повенчать Евграфа с Машей через неделю. Уряжали свадьбу пышную. Хоть Макар Тихоныч и далеко не миллионер был, как думал сначала Гаврила Маркелыч, однако ж на половину миллиона все-таки было у него в домах, в фабриках и капиталах — человек, значит, в Москве не из последних, а
сын один… Стало быть, надо такую свадьбу справить, чтобы долго о ней потом толковали.
В числе разнородных лиц, посещавших открытую для всех квартиру Райнера, был молодой человек, Грабилин,
сын одного из известных золотопромышленников.
Рассказывали, что после нескольких лет безумной жизни с переменными обожателями (маркиз или, по другой редакции, оперный певец, вскоре был тоже отставлен), Зинаида Павловна, обобрав изрядно напоследок
сына одного московского миллионера и пожуировав еще года два на денежки этого «московского саврасика», возвращенного с помощью русского посольства из «угарного» Парижа в отцовский дом в Замоскворечье, с оставшимися крохами, но со множеством сундуков и баулов, наполненных парижскими туалетами, благополучно возвратилась в свой родной город Т.
Неточные совпадения
— Еще я попрошу вас, — сказал Чичиков, — пошлите за поверенным
одной помещицы, с которой я тоже совершил сделку,
сыном протопопа отца Кирила; он служит у вас же.
Но в жизни все меняется быстро и живо: и в
один день, с первым весенним солнцем и разлившимися потоками, отец, взявши
сына, выехал с ним на тележке, которую потащила мухортая [Мухортая — лошадь с желтыми подпалинами.] пегая лошадка, известная у лошадиных барышников под именем сорóки; ею правил кучер, маленький горбунок, родоначальник единственной крепостной семьи, принадлежавшей отцу Чичикова, занимавший почти все должности в доме.
— А вот другой Дон-Кишот просвещенья: завел школы! Ну, что, например, полезнее человеку, как знанье грамоты? А ведь как распорядился? Ведь ко мне приходят мужики из его деревни. «Что это, говорят, батюшка, такое?
сыновья наши совсем от рук отбились, помогать в работах не хотят, все в писаря хотят, а ведь писарь нужен
один». Ведь вот что вышло!
Пробираюсь вдоль забора и вдруг слышу голоса;
один голос я тотчас узнал: это был повеса Азамат,
сын нашего хозяина; другой говорил реже и тише. «О чем они тут толкуют? — подумал я. — Уж не о моей ли лошадке?» Вот присел я у забора и стал прислушиваться, стараясь не пропустить ни
одного слова. Иногда шум песен и говор голосов, вылетая из сакли, заглушали любопытный для меня разговор.
Она решительно не хочет, чтоб я познакомился с ее мужем — тем хромым старичком, которого я видел мельком на бульваре: она вышла за него для
сына. Он богат и страдает ревматизмами. Я не позволил себе над ним ни
одной насмешки: она его уважает, как отца, — и будет обманывать, как мужа… Странная вещь сердце человеческое вообще, и женское в особенности!