Неточные совпадения
«А что, — спросил он меня в другой раз, — у тебя своя вотчина
есть?» — «
Есть». — «Далеко отсюда?» — «Верст сто». — «Что же ты, батюшка, живешь в своей вотчине?» — «Живу». — «А больше, чай, ружьем пробавляешься?» — «Признаться, да». — «И хорошо, батюшка, делаешь; стреляй себе на
здоровье тетеревов, да старосту меняй почаще».
— Какое
здоровье!.. А завтра, чай, тяга хороша
будет. Вам теперь соснуть не худо.
Даже, бывало, в праздничные дни, дни всеобщего жалованья и угощения хлебом-солью, гречишными пирогами и зеленым вином, по старинному русскому обычаю, — даже и в эти дни Степушка не являлся к выставленным столам и бочкам, не кланялся, не подходил к барской руке, не
выпивал духом стакана под господским взглядом и за господское
здоровье, стакана, наполненного жирною рукою приказчика; разве какая добрая душа, проходя мимо, уделит бедняге недоеденный кусок пирога.
— Живу, как Господь велит, — промолвил он наконец, — а чтобы, то
есть, промышлять — нет, ничем не промышляю. Неразумен я больно, с мальства; работаю пока мочно, работник-то я плохой… где мне!
Здоровья нет, и руки глупы. Ну, весной соловьев ловлю.
Вместе с моим французским гувернером m-r Désiré Fleury, добрейшим человеком (который, впрочем, чуть
было навсегда не испортил моего
здоровья, заставляя меня по вечерам
пить лекарство Леруа), часто хаживал я в Чаплыгино.
Сложен он
был неуклюже, «сбитнем», как говорят у нас, но от него так и несло несокрушимым
здоровьем, и — странное дело — его медвежеватая фигура не
была лишена какой-то своеобразной грации, происходившей, может
быть, от совершенно спокойной уверенности в собственном могуществе.
— Ну что ж, пусть садится, а я за его
здоровье выпью, — сказал Обалдуй и подошел к стойке. — На твой счет, брат, — прибавил он, обращаясь к рядчику.
— Господин почтенный, едем мы с честного пирка, со свадебки; нашего молодца, значит, женили; как
есть уложили: ребята у нас все молодые, головы удалые — выпито
было много, а опохмелиться нечем; то не
будет ли ваша такая милость, не пожалуете ли нам деньжонок самую чуточку, — так, чтобы по косушке на брата?
Выпили бы мы за ваше
здоровье, помянули бы ваше степенство; а не
будет вашей к нам милости — ну, просим не осерчать!
Неточные совпадения
Что
было следствием свиданья? // Увы, не трудно угадать! // Любви безумные страданья // Не перестали волновать // Младой души, печали жадной; // Нет, пуще страстью безотрадной // Татьяна бедная горит; // Ее постели сон бежит; //
Здоровье, жизни цвет и сладость, // Улыбка, девственный покой, // Пропало всё, что звук пустой, // И меркнет милой Тани младость: // Так одевает бури тень // Едва рождающийся день.
Освободясь от пробки влажной, // Бутылка хлопнула; вино // Шипит; и вот с осанкой важной, // Куплетом мучимый давно, // Трике встает; пред ним собранье // Хранит глубокое молчанье. // Татьяна чуть жива; Трике, // К ней обратясь с листком в руке, // Запел, фальшивя. Плески, клики // Его приветствуют. Она // Певцу присесть принуждена; // Поэт же скромный, хоть великий, // Ее
здоровье первый
пьет // И ей куплет передает.
Но при всем том трудна
была его дорога; он попал под начальство уже престарелому повытчику, [Повытчик — начальник отдела («выть» — отдел).] который
был образ какой-то каменной бесчувственности и непотрясаемости: вечно тот же, неприступный, никогда в жизни не явивший на лице своем усмешки, не приветствовавший ни разу никого даже запросом о
здоровье.
Первый тост
был выпит, как читатели, может
быть, и сами догадаются, за
здоровье нового херсонского помещика, потом за благоденствие крестьян его и счастливое их переселение, потом за
здоровье будущей жены его, красавицы, что сорвало приятную улыбку с уст нашего героя.
Свеж он
был, как кровь с молоком;
здоровье, казалось, так и прыскало с лица его.